Слишком чужой, чтобы быть родным (СИ) - Поздно Джулия

— Это моя жена! А ну ка, пойдем выйдем Шкура!

— Кирилл перестань, вернись к своей спутнице! Давид, никуда не пойдет!  — твердым голосом произнесла я.

— А что, собственно, здесь происходит? — огибая аквариум, подплыла виляя бедрами блондинка и тут же оскалилась, завидев меня.

— Выйдем, выйдем, — улыбаясь мне проговорил Давид. — Катерина, все хорошо!           «Мало мне было одной драки! И зачем мы только пришли в этот ресторан?!»

Мужчины вышли на улицу, а я не знала, как себя вести в этой ситуации и от расстройства начала рвать бумажную салфетку.

— Администратор, вызовите охрану! На улице драка, — крикнул кто-то из зала.

«Какой ужас! Ковалев не простит мне убитого чеха» — подумала я, вспомнив, что Кирилл занимался боксом.

Гелла, фурией рванула к своему столику, сгребла в охапку журналы, и направилась к выходу, где чуть не сбила с ног Кирилла, с разбитой скулой, в разорванной рубашке.

— Домой не приходи! —крикнула пышногрудая блондинка и скрылась за дверями.

— Где Давид? —подлетела я к мужу и дернула его за ворот рубашки, от которой тут же оторвались пуговицы.

— Я здесь, Катерина! — услышала я голос из-за спины Кирилла.

Давид, с кровоподтеком под глазом, улыбался мне белоснежной улыбкой.

— Катерина, я плохо знаю русский язык, но он назвал вас девушкой легкого поведения. Это слово мне знакомо…

— Может заказать лед? — спросила я и нежно провела пальцем по щеке Давида…

Муж, который стоял и смотрел на нас, с нескрываемым потрясением, наконец, очнулся и сказал:

— Ты еще пожалеешь! Я этого так не оставлю!

Глава 22

— Николаева? — окликнул меня охранник, когда я проходила через турникет.

— Да, это я, —оглянулась я и вопросительно посмотрела на мужчину.

— Вам просили передать, — проговорил он и полез куда-то под стол. — Вот!

Я стояла и не понимала радоваться мне очередному сюрпризу или выкинуть сразу букет белых роз в урну.

— Спасибо. Вы не подскажите кто оставил для меня эти цветы?

— Ваш коллега из Чехии.

Я облегченно выдохнула и поспешила в приемную.

«Слава Богу это не Кирилл», — подумала я, отстукивая ритм шпильками по ламинату в холле.

В приемной было тихо и по-утреннему свежо. Я включила компьютер, кофемашину, и достала с полки вазу для цветов. 

Дверь приемной слегка приоткрылась…

— В знак моего качества вам! —  лицо Давида, украшала не только улыбка, но и опухший глаз, с растекшейся синевой под ним.

— В знак внимания, вы хотели сказать? — поправила я в очередной раз любителя русских пословиц и поговорок. — Доброе утро, Давид! Спасибо большое за розы!

— Вы красивая, как этот цветок! До встречи, очень много работы! — проговорил Давид и направился к выходу, успев поцеловать мне руку.

В дверях приемной Давид столкнулся с Вадимом.

— Господин Ковалев, — поприветствовал он генерального. —Хорошего вам утра!

— Доброе утро! У вас неприятности? — спросил Вадим, увидев лицо Давида.

Я мысленно приготовилась к худшему. Сейчас Давид расскажет обо всем, что вчера произошло в ресторане…

— Пустяки, темно и упал, — не задумываясь ответил мужчина.

— Будьте внимательней, я в ответе за вас, — произнес Ковалев и добавил. — Хорошего дня, коллега!

Мужчины обменялись рукопожатием. Шкрла исчез за дверями, Ковалев повернулся в мою сторону и глядя в глаза жестко бросил:

— Ваших рук дело?

Я так и застыла на месте, потеряв дар речи…

— Только не надо мне говорить, что вы не в курсе, я наблюдал за вашим лицом и понял, что вы замешаны в этом падении!

— Я.. Я не хотела…Мы были в ресторане…это муж, — лепетала я, понимая, что это конец.

— Да вы что, с ума сошли? Какой ресторан и причем тут муж? — Вадим бросил портфель на диван, и, засунув руки в карманы, начал нервно ходить из угла в угол. — Я откровенно жалею, что взял вас на работу! Вы притягиваете неприятности! Рассказывайте!

 — Я показывала город Давиду, мы немного проголодались и зашли в ресторан.

 — И что? Там за дверями притаился ваш муж с битой? — язвительно проговорил Ковалев. — Вы его предупредили, что идете в этот ресторан не одна? Так сказать, одна из женских уловок, заставить ревновать мужчину?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Все было не так…— тихо ответила я и опять замолчала.

Я стояла перед ним, виновато склонив голову и понимала, что больше ему не скажу ни слова! Кто он, чтобы вот так нагло расспрашивать меня о личном!

— Катерина Юрьевна, я жду подробных объяснений…

— Можете больше не ждать! Я не обязана отчитываться перед вами о том, что происходит со мной, по окончании рабочего дня! — выпалила я на одном дыхании.

Ковалев замер на месте, опешив от моей наглости.

— Может вам рассказать, кто подарил мне цветы? — крикнула я и застыла в ожидании.

— Рассказать, — настойчиво проговорил Ковалев, не сводя с меня глаз.

— А вот кто! — ярость охватила меня, я схватила вазу с цветами со стола и со всей силы грохнула ее об пол.

Ваза разлетелась на три крупных куска, выплеснув из себя воду и цветы. Силы меня покинули, я опустилась на стул и разрыдалась…

— Ну как? Вам стало легче? — с иронией в голосе спросил Вадим. — Стоимость антикварной вазы вычту из зарплаты.

Я посмотрела на Ковалева, как на круглого дурака.

— Вы меня не уволите? — удивленно спросила я, стирая руками со щек слезы.

— С чего бы вдруг? Испытательный срок еще не окончен, — произнес он. — А в гневе вы прекрасны! Такой страсти и достоинства я давно не встречал. Уважаю…

— А что тут у вас происходит? — раздался голос у дверей приемной.

Сергей Михайлов, видимо, уже несколько минут стоял и наблюдал за нами.

Меня бросило в жар, слезы моментально высохли на пылающих щеках.

— Да вот, Катерина Юрьевна, разбила случайно вазу и расстроилась, а зря. Сергей, проходи в кабинет, подожди меня там.

— Катерина Юрьевна! Не стоит расстраиваться из-за какой-то вазы. Вот цветы жалко. У вас появился поклонник в стенах нашей компании? — Михайлов явно решил проявить настойчивость и докопаться до истины.

— Эти цветы подарил я в знак благодарности! — вдруг произнес Ковалев. — Катерна Юрьевна, очень помогла мне в деловой переписке, применив знания английского языка, которых у меня нет.

Я вообще перестала понимать, что происходит вокруг.

— Катерина Юрьевна, вызовите Галину Петровну, пусть уберет все здесь и сварите нам два кофе, да покрепче…

— Да, конечно…— тихим голосом произнесла я.

Мужчины зашли в кабинет. В приемной наступила тишина… С меня вдруг спали «колдовские чары» и я с ужасом осознала, что натворила.

«Боже, какой позор!» — подумала я, глядя на огромную лужу воды и сломанные розы на полу.

Я приготовила кофе, выложила на блюдце миндальное печенье, купленное утром в кондитерской у дома, и направилась в кабинет Вадима. Дверь в кабинет была неплотно прикрыта и я услышала обрывки разговора.

— Я не забыл о твоей просьбе, но понимаешь всем приходиться платить, — произнес Сергей.

— Этот меня меньше всего волнует…Я заплачу любую сумму.

— Там есть запись с видеокамеры, я видел…изображение, оно не очень четкое, но при желании кое-что можно рассмотреть…

— Сколько?

— Да чего ты заладил…Я выкуплю сегодня запись, потом сочтемся.

— Найди мне ее! С той ночи она не выходит у меня из головы!

«С той ночи она не выходит у меня из головы — последняя фраза заставила биться мое сердце изо всех сил. — Так значит это был точно Вадим и я не ошиблась! Запись с камеры…Какой ужас, об этом я и не подумала!»

Я взяла себя в руки и постучала в дверь.

— Войдите, — отозвался Вадим.

— Вадим Денисович, кофе, — проговорила я и поставила поднос на стол. Что-то еще?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Нет. Можете идти!

Глава 23

— Катерина Юрьевна! — услышала я в спину, уже на выходе из кабинета. — Меня ни для кого нет! Нам с Сергеем Александровичем надо обсудить важные организационные вопросы.