Никому Не Отдам... (СИ) - Бойцова Виктория

Не смотря ни на что, я очень благодарна ему за Катю и за себя. И раз могу ему отплатить за это, то обязательно сделаю.

С озера дул прохладный ветер, не смотря на то, что в последние недели стояла жара, сегодня было достаточно прохладно. Пасмурное небо вот-вот грозилось разразиться проливным дождем, даже утки время от времени подплывавшие к берегу, спрятались где-то в камышах.

— Кате бы они очень понравились… — произношу свои мысли в слух.

Моя девочка! Она была бы в полном восторге, уж очень любит птиц.

Сейчас бы обнять ее, вдохнуть сладкий запах своей малышки! Хочу домой, хотя то место домом сложно назвать… Я просто хочу к своему ребенку, хочу покоя. Нужно собрать вещи и сказать Виктору, что мы уезжаем, а если заупрямится, что же делать?

Решив действовать по обстоятельствам, разворачиваюсь и врезаюсь в Лядова, который, как оказалось, стоял позади. Как он так бесшумно подкрался? Видимо, я настолько погрязла в своих мыслях, что просто не заметила как он подошел. От его близости я растерялась и не сразу сообразила, что сказать.

— Кто понравился бы Кате? — опередил меня Виктор.

О чем он?

— Я об утках. Катя любит птиц. — спохватываюсь, понимая, что мужчина подслушал мой комментарий.

Виктор внимательно изучает мое лицо, его взгляд пронизывает, заставляет сердце биться чаще.

— У нее день рождения послезавтра, — зачем-то выпаливаю я, хотя не собиралась говорить ему о празднике дочери. — Мы, обычно, ходим в парк возле дома и кормим уток и лебедя, которые живут там. Это традиция. — добавляю, а сама себе поражаюсь. Ну, зачем я все это ему рассказываю?!

Виктор легонько касается моей щеки и хмурится, затем снимает с себя байку и также молча накидывает мне ее на плечи.

— Ты замерзла, пойдем в дом. — он осторожно обнимает меня за талию и направляет в сторону крыльца. — Спасибо, что сказала о дне рождения, я успею подготовиться, купить подарок. Дочка у тебя очень милая, думаю, мы подружимся.

В груди неприятно кольнуло: «Может я все же не права и им двоим стоит узнать о существовании друг друга?».

— Я подумал над тем, что ты сказала.

Дорожка, покрытая мелким щебнем, неприятно хрустела под ногами, а я делала вид, что внимательно слежу за процессом ходьбы, чтобы Лядов не увидел моей заинтересованности, а мне, действительно, было интересно. Ведь этот мужчина никогда не признавал своих ошибок, считая, что они ему не свойственны.

— Во-первых, ты перестанешь фамильничать, не забывай, ты теперь тоже Лядова.

Я чуть не задохнулась от возмущения!

— Виктор, что ты несешь, — вырываюсь из его объятий и теперь прямо смотрю ему в глаза, в которых отражается лишь тень улыбки, в секунду мужчина становится серьезным, реагируя на мой резкий выпад. — Ты даже извиняться начинаешь с обвинений! Ты неисправим!

Взмахиваю руками, демонстрируя бессилие, и разворачиваюсь по направлению к дому.

— Мы уезжаем! — кричу ему на ходу.

Возражений не приму, я хочу к дочери!

Глава 24. Виктор

Догоняю Олю практически у двери, смотрит на меня зло, но пусть смотрит так, чем вообще не обращает внимания, как это было сегодня утром.

— Я не договорил, а ты не дослушала! — втягиваю запах ее волос и одуреваю, но нужно держать себя в руках и не пугать ее напором. — Оля, ты изменилась, но додумывать за других так и не перестала. Не узнала, что я хотел тебе сказать, а выводы уже сделала. Или я не прав?

Поворачивается, но не отдаляется, лишь уперлась в меня недовольным взглядом. Мне ничего не стоит притянуть ее к себе и поцеловать долгим глубоким поцелуем, от которого она сойдет с ума, это всегда действует. Оля всегда отвечает на мои ласки страстно и, как показала сегодняшняя ночь, достаточно непредсказуемо. Но нет, не буду. Устал слышать обвинения в свой адрес, что подавляю и нарушаю ее границы. Ведь именно это она хочет мне сказать?

Теперь сама ко мне придет, когда будет готова, ну, а мне придется набраться терпения и ждать. Но, черт! Как же это сложно! Даже сейчас, от одного ее вида, пусть нахмуренного и злого, кровь отливает от мозга и концентрируется ниже пояса.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Хорошо, — вздыхает и нажимает ручку двери. — Давай поговорим, только внутри. И, обещай, что сегодня мы уедем, я очень по Кате соскучилась…

А вот этого обещать не могу. И причина не в том, что не хочу. Но, возможно, все к лучшему.

— Оля, ты ведь новости не смотрела? — она удивленно уставилась на меня. — Дело в том, — обхожу ее и захожу в дом, жестом предлагаю следовать за мной, иначе мы так и будем стоять у порога. — что дорога завалена поломанными деревьями — последствия ночной бури, как ты понимаешь на то, чтобы убрать все это — нужно время.

— Сколько?! У меня ребенок там один, с чужими людьми! — выпаливает на одном дыхании.

Не понимаю, что чувствую от ее такой острой реакции. Укол ревности? Не могу же я ревновать к маленькой девочке! Оля теперь мать… И мать, видимо, хорошая. Другая на ее месте наслаждалась тишиной, и возможностью побыть одной, но не она. Жаль только, что все сложилось так, что не я отец той малышки, о которой сейчас так переживает любимая женщина. Обязательно стану для девочки хорошим отцом, раз уж настоящий им не стал.

— Завтра утром мы уедем, а сейчас кофе будешь или чай? — Олю нисколько не утешают мои слова, девушка не находит себе места от волнения. Наблюдая ее состояние, не могу все оставить так. — Если хочешь, я могу позвонить няне, и ты сможешь поговорить с дочкой.

Оля как дикая кошка подлетает ко мне, ее глаза полны ярости. Что я опять делаю не так?

— То есть, все это время у тебя был телефон, и ты не удосужился сказать об этом?!

— Так, ты не спрашивала! — делаю попытку оправдаться, но выходит мягко сказать никак, ибо девушка все больше свирепеет. — Давай его!

Протягивает одну руку ладонью вверх, второй же упирается себе в бок. Комичное зрелище, Оля похожа на кипящий чайник. В любой другой момент пошутил бы на этот счет. Но сейчас, чувствую, вылезут мои шутки боком, поэтому иду в комнату, достаю телефон и набираю номер няни.

Сеть ловит с перерывами, но и этого достаточно, чтобы связаться и объяснить женщине, что с ее подопечной хочет поговорить мама. По шуму, доносящемуся из трубки, понимаю, что малышке весело, скорее всего они на презентации детского центра. Молча передаю телефон Оле, которая прошмыгнула мимо меня, скрывшись в комнате и прикрыв за собой дверь, будто я буду подслушивать о чем они будут щебетать.

Много ли нужно молодой маме для счастья? Видимо, не так уж, потому что через пять минут на пороге появляется совсем другая женщина с горящими глазами.

— Все в порядке? — интересуюсь, хотя знаю, что все с девочкой прекрасно: няня проверенный человек, ну, а Игорь не зря занимает должность начальника охраны, он уж точно с Кати глаз не спустит. На их счет я полностью спокоен. А вот, что делать с Ольгой? Этот вопрос придется решать, думал, будет проще, но девушка своим сопротивлением сбивает меня с толку, не знаю, что выкинет в очередной раз.

— Да, все хорошо. — спокойным тоном произносит и поглядывает в сторону кофемашины, из которой тонкой струйкой бежит в чашку ароматный напиток. — Она со мной толком не поговорила, побежала кататься на слоне. Вот только откуда он там?

Не могу сдержать улыбку, девушка ведь не знает, в каком месте развлекается ее дочь. Наверное, думает, что это городской детский парк, но это не так. Не буду вводить ее в курс дела, если Катя захочет сама все ей расскажет.

Машинка издала пищащий звук, сообщая, что кофе готов.

— Надеюсь, теперь ты спокойна? Поняла, что никто из, как ты выразилась, «чужих» людей, ей зла не желает? — не знаю, почему провоцирую ее, понимаю, что не стоит, но все равно делаю.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Оля удивляет своим спокойствием, молча принимает чашку горячего кофе из моих рук, никак не реагируя на мою колкость.

— Оль, я не совсем понимаю, что должен сказать тебе… — тру переносицу, сложно мне даются такие задушевные разговоры. — Ты должна знать одно — я никогда не сделаю что-то такое, что сможет навредить тебе или твоей дочери.