Друг моего жениха, или Французский поцелуй (СИ) - Волкова Ольга

— Стас, успокойся уже, — не выдержала я, и хотела приласкать своего мужчину, но он отшатнулся от меня, стоило мне протянуть руку к нему. Я замерла в недоумении. Раньше он никогда не отказывался от моих ласк. — Я не понимаю тебя, — почти шепотом произнесла, и только тогда Стас поднял глаза на меня. В них я не ощутила к себе ничего – пустота, как будто моего жениха подменили.

— Что между вами произошло? — Стас снова задал мне вопрос, с которым встретил двадцать минут назад на пороге квартиры, когда я вернулась домой.

Оторопев, я замотала головой.

— Ничего. Я тебе уже об этом говорила. Зачем спрашивать еще раз?

Стас сощурил глаза, как будто ему была известна вся правда, и он проверял меня. Привкус горечи от предположения на подобное, заставило меня заледенеть и окончательно расстроиться.

— Почему-то мне кажется, что ты врешь, — заявил он, гордо вскинув головой. Сама не своя, я не отдавала отчета в том, что сделала – залепила пощечину жениху. Смачный удар отразился эхом по комнате. Мы оба затаили дыхания. На моих глазах на щеке Стаса проявился след моей ладошки. Почувствовав жалящее и покалывающее ощущения, я приготовилась к тому, что Стас накажет меня за такое поведение. Он напрягся, сжав кулаки по швам. Боже… Мы не сводили с друг друга взгляд.

— Лиза, — зло произнес мое имя, а потом резко схватил за обе руки и повалил на кровать. Противостоять разъяренному Стасу было бесполезно, но я до жути испугалась его, и потому начала вырываться из его крепкой хватки.

Больно приземлившись на кровать спиной, я захныкала и зажмурила глаза от пронзивших насквозь иголок. Перед глазами зарябило. Стас удерживал мои руки над моей головой, а сам сел сверху на низ живота, придавив меня своим весом. Брыкаясь и вырываясь, я старалась скинуть его с себя, но все тщетно.

— Стас! — закричала я, уставившись на него обалдевшими глазами. Он сменил позу таким образом, что сместил свой центр тяжести на бок правой ноги, и мне стало легче дышать. Захватив в плен мои руки теперь одной своей, мой жених другой свободной крепко ухватился за нижнюю часть моего лица, пальцами причиняя мне точечную боль на челюсти, специально удерживал мой взгляд на себе.

— Я спрашиваю в последний раз: Влад касался тебя?

— Нет! — мгновенно ответила я, и коленкой, наконец-таки, смогла ударить в спину жениха. — Слезь с меня! Быстро!

— Лиза, если ты соврала мне – поверь, я так просто не оставлю этот факт, — с предупреждением в своем тоне голоса проговорил Стас, лаская указательным пальцем мою левую щеку. Я не хотела видеть его, не желала его прикосновений – он предал меня.

Когда он высвободил меня из оков, я соскочила с кровати и рванула на кухню. Меня всю трясло. От пережитых эмоций и потрясений мне становилось плохо.

На столе стояла вазочка с розочкой, подаренная мне мимом. Я печально улыбнулась ей, касаясь хрупких листиков и стебля. Цветок начал отходить в тепле, распуская свои лепесточки – они становились бархатистыми. А потом перед глазами вновь появился образ Влада и его загадочный, хмурый взгляд. Неужели мое сердце по-настоящему влюбилось? Почему именно сейчас, когда я в буквальном смысле стояла на пороге семейной жизни?

Послышался шорох позади меня, и я обернулась на шум. Стас. Он виновато посмотрел на меня и завел руку за голову, как будто у него затекла шея и он пытался ее размять. Я сразу вернулась в прежнее положение – отвернулась, не желая видеть глаза, в которые я когда-то смотрела с непередаваемой любовью. Его агрессия, вызванная совершенно из ничего, меня обескуражила в самом плохом смысле слова. Таким я никогда его не видела. Да, по работе было пару раз, но, чтобы Стас срывался на мне или ком-то другом – никогда. Что на него нашло?

— Родная, прости меня, — Стас подошел ко мне вплотную, положив руки на плечи, и уткнулся лбом в мой затылок.

— Я промолчала, когда ты заявился не понятно откуда. Я промолчала и о том, что на звонок мой на твой сотовый приняла Лера, — проглатывая остатки гордости, сказала я. Ревность очень сильное чувство, которое вызывает самые неприятные формы эмоций. Этого я не хотела больше всего, и всегда избегала подобного. — Где ты был? — мой вопрос повис в воздухе, ниточкой удерживаемый моим ожиданием. — Стас…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— У Леры ночевал, — сухо ответил он, затем отошел от меня и принялся делать себе кофе, как ни в чем не бывало.

Меня будто ножом в спину проткнули. Полоснули так, что дышать стало нечем. Смахнув предательскую слезинку с щеки, я сделала глубокий вдох, затем выдох. На раз-два-три, я обернулась к Стасу лицом, собираясь спросить о последствиях этой ночи.

— Я просто спал у нее. Перебрал со спиртным, — Стас опередил меня, но я не поверила ему. Он прямо сейчас солгал мне в лицо, скрывая большее, о чем не хотел сознаваться.

— Нам нужно отложить свадьбу, — твердо заявила я, и Стас настороженно уставился на меня. Он поставил кружку с кофе на стол, расплескивая жидкость по поверхности.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Что?

— Ты все слышал, — возмутилась я, хмуро глядя на мужчину.

— В каком смысле: отложить? Лиза, я не собираюсь ничего откладывать, — в гневе выпалил Стас. — Или ты передумала? — теперь снова в его глазах отразились подозрительные нотки, которые впивались в мою кожу до озноба.

— Я – нет, — сказала ему в ответ. — Но ты не оставляешь мне выбора! Боже! Черт бы побрал твою Францию! Твой Париж! Я хочу домой! — меня накрыло волной негодования, и я выплеснула всё, что накопилось за несколько недель проживания заграницей.

— Это все усталость и нервы, родная, — Стас притянул меня к себе, хотя он ничего не понял из мною сказанного. Это уже был крик души и отчаяние от сложившейся ситуации. Уткнувшись носом в его каменную грудь, я ощутила запах женских духов на его рубашке. Мне не оставалось ничего, кроме как стерпеть и этот факт.

— Ты изменился, как только мы приехали сюда. Огорошил меня, что остаемся тут на постоянке, а у меня вся моя жизнь дома – в Москве. Меня ждут там, Стас, — отпрянув от него, я попыталась вызвать в нем хотя бы крупицу понимания и сочувствия, но мой жених оказался не пробиваемым.

— Здесь нам будет лучше, — сказал, как отрезал, избегая прямого зрительного контакта.

— Не будет, — прошептала я, но Стас уже не слышал моих слов. Он вышел из кухни, оставив меня одну с полуразбитым сердцем и плачущей душой...

Глава 19.

Мы со Стасом больше не разговаривали. И тема о переезде вновь повисла под знаком вопроса. Перетянув меня сюда, мой жених не посчитался с моим мнением, хотя обещал, что здесь будет только свадьба. Собравшись, Стас снова сбежал на свою работу. Его короткий поцелуй в щеку, будто мы чужие друг другу, окончательно расстроил меня. Я провожала его совершенно разбитой эмоционально.

— Буду вечером. Сходим поужинать в ресторан, — сухо сказал он напоследок.

— Хорошо, — кивнула я, соглашаясь с ним. — Ты не мог сегодня оставить свою работу на работе? Выходной же, — заупрямилась я.

Стас покачал головой и пожал плечами. Мой жених выглядел собранным, но по лицу пробежалась тень сомнения.

— Что с тобой, Стас? — я схватила его за руку и потянула на себя. Мужчина оценивающе пробежался по мне взглядом, ухмыльнулся.

— Я такой же, как и прежде, Лиза.

— Нет! Это не так, — настаивала на своем, показывая недовольство и свое подозрение. — Твоя мама против нашей свадьбы… почему? Почему она постоянно говорит мне о Лере? Как моя подруга связана с тобой? Не лги мне хотя бы сейчас, — пристально глядя друг другу в глаза, мы молчали. В коридоре выяснять отношения не самый лучший вариант, но другого момента у меня могло и не быть.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Лиза, ты слишком воспринимаешь все близко к сердцу. У тебя предсвадебная лихорадка. Ты волнуешься. Я все понимаю, — затараторил Стас, повторяя одно и то же уже в сотый раз.

— Да нет у меня никакой лихорадки! — воскликнула я. — Ты издеваешься надо мной?