Четвертый поцелуй (СИ) - Алешкина Ольга

Леська вышагивала по коровнику с видом умницы, я топталась у входа. Доярки переглядывались, наверняка гадали, что за дамочку к ним занесло и чего ждать от такого подарка судьбы. Сменила траекторию подружка неожиданно, не дойдя до женщин несколько метров. Внимание её привлекла одна из буренок. Чем именно могла похвастать интересующая корова, с моего ракурса не разглядишь, только подружка подошла вплотную к ограждению и потянула к парнокопытному руки.

— Коровка… — просюсюкала она.

— М…муу… — отчётливо издала бурёнка, явно настаивая, чтобы её оставили в покое. Мычание получилось грудным, громогласным, больше напоминающим рык. Леська от неожиданности шарахнулась — хотя, чего уж тут неожиданного, коровы имеют привычку мычать — и чуть не грохнулась на пол. Женщины заулыбались, снисходительно, продолжая разглядывать подружку, словно забаву. Впрочем, ухмылки вскоре сползли с их лиц, потому как, Леська резко повернулась к ним и задала вопрос:

— Скажите, мы можем увидеть кого-нибудь из руководства?

Женщины обеспокоенно переглянусь, одна из них вернулась к работе, а другой ничего не осталось, как вступить в диалог.

— В это время уже никого, — растеряно обронила она. — Дмитрий Сергеевич бывает, заглядывает по вечерам, но сегодня он в город уехал. Разве только Степаныч ещё задержался. Вы его в страусятнике гляньте, он туда с полчаса как ушел.

Похоже, женщина имела в виду ветеринара, я попыталась припомнить его имя, а вот Леське вспоминать нечего, она уточнять принялась. Нахмурилась и манерно спросила:

— У Степаныча имя есть?

— Анатолий, — смущаясь, произнесла доярка и добавила: — Ветеринар он тутошний.

Нам объяснили, как найти страусятник, и мы отправились на поиски ветеринара. Леська заявила, что это второй человек на ферме, после начальства, и адрес руководителя ему определенно известен.

— Тебе же русским языком сказали — Дмитрий Сергеевич в городе. А это и есть Помещик, — втолковывала я. — Не вижу смысла тут слоняться.

— Не вечно же он там будет, домой вернется. Сейчас и выясним, где та обитель.

Раздобыть адрес Помещика для меня не представляло никаких трудностей — стоило позвонить Дюше. А ещё можно подойти к любому жителю села, уверена каждый знает. Да тех же доярок спроси. Только идейный организатор «операции» у нас Леська, вот пусть сама и добывает. Тем более, я не прочь глянуть на страусов, вдруг удастся. Анатолий Степанович экскурсию обещал.

Страусятник оказался немногим меньше коровника, только серое блочное помещение было абсолютно новым. Правее к нему примыкала и тянулась до самого леса огромная изгородь. Полагаю, для выгула птичек. Изгородь представляла собой столбы из дерева, поперечные перекладины и прикрепленную к ним металлическую сетку, поэтому просматривалась она отлично со всех сторон.

В данное время там находилось несколько взрослых особей. Я насчитала семерых. Мы прилипли к сетке, разглядывая птичек. Счастья полные штаны — вспомнила я расхожую фразу и задумалась. «Полные штаны» звучит э… пикантно. Типа, видят все, а тепло чувствуешь только ты? Вот и мы так же: радость от созерцания может кому и покажется непонятной, но внутри нас она неподдельная, сродни детской.

— Африканский черный страус, — загуглила Леська. — Слушай, погладить-то как хочется… Где тут у них калитка?

— Ты уже коровку погладила, лимит исчерпан.

— Да я её едва коснулась! — на полном серьёзе парировала подружка и воодушевленно двинула вдоль ограждения: — Идём, может покормить получится.

Попасть к страусам, судя по всему, представлялось возможным лишь через основное здание, служившее птицам ночлегом. Леся уверенным шагом подошла к нему, распахнула ворота, а я напряглась — а ну, как оттуда страусы повыскакивают! Бегай, лови их! Любопытный нос подружка просунула первым, заглянула, вытягивая шею, и крикнула в открывшееся пространство:

— Эй, есть тут кто живой?!

Отвечать ей никто не спешил. Я подошла, встала у неё за спиной и тоже заглянула. Вдоль длинных стен шли деревянные перекладины, на которых висели… поильники? Понизу тянулись кормушки, пол заботливо устлан смесью сена и песка, лишь посередине дорожка из плитки для персонала. Слева помещение в помещении, похожее на уголок для сотрудников, хотя, возможно за бетонной стеной хранится корм, например. Ветеринар явил себя именно оттуда, после того, как Леська позвала повторно.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Тут я, — на ходу отозвался он, пряча в карман носовой платок. Анатолий Степанович суетливо поднял на нас глаза и сбился с шага. Похоже, нас он ожидал увидеть меньше всего. В лице наметилось узнавание, мужчина кашлянул в кулак и удивился: — Евгения? Вы Людмилу Васильевну заменять?

— А её сегодня не было? — пришла моя очередь удивляться.

— Не было, — виновато произнес он, как будто это он прогуливал. Ветеринар моргнул пару раз и нерешительно шагнул к нам, отводя взгляд. — Вы не беспокойтесь, сегодня чисто. — Понизил голос до шепота и добавил: — Тем более, Дмитрий Сергеевич сегодня отсутствует. А вы по какому вопросу?

— Ко мне подруга приехала, а вы экскурсию обещали, — начала я. Пригляделась к нему, пытаясь вызнать его отношение к нашей идее, и поняла, что мне в нём не нравится. Мужчина ревел. Несмотря на то, что они не плачут, и не прямо сейчас, но минут пять назад, наедине, уж точно. Я немного смутилась, не каждый день видишь мужчин с глазами «на мокром месте», и попыталась выкрутиться: — Если нет, то мы в другой раз зайдем. Завтра или на следующей неделе, когда вам удобно.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Нет-нет, отчего же, я могу, — закивал он и поднял к верху палец, призывая нас оставаться на местах: — Одну минуту, пожалуйста.

Анатолий Степанович скрылся в подсобке, вернулся через минуту, как и обещал. Оживленным, нарочито бодрым. Эта его воодушевленность объяснялась легко и просто: мужчина принял порцию «успокоительного». Судя по скорости и запаху, коньяк он предпочитал не закусывать.

Экскурсию начали «не отходя от кассы», а именно со страусятника. Наш экскурсовод подтвердил, страус действительно Африканский, черный и перешёл к режиму его питания. Спокойно вникать новым сведениям подружка не могла — её голова по обыкновению забита тысячей разных фантазий — поэтому, она довольно невежливо перебила рассказчика вопросом не по существу.

— А Дмитрий Сергеевич надолго уехал?

Я показала подруге кулак, пользуясь тем, что Анатолий Степанович повернулся ко мне спиной. Та невозмутимо хлопала ресницами, мол, я блондинка, мне простительно, а ветеринар ответил:

— Возможно, уже вернулся, заезжать на ферму он не обещал. Дмитрий Сергеевич контролирует текущие работы в ресторане, осенью открытие. Это будет отличный ресторан, в котором гостей кормят экологически чистыми продуктами с фермы!

Сказал и вскинул голову. Безусловно, гордился: и фермой, и хозяином, а себя считал причастным, частью успеха.

— Ресторан, — хмыкнула Леська. — Ресторан — это хорошо.

Она отвернулась и красивой поступью, обходя попадавшееся под ногами сено, двинула впереди нас, не забывая осматриваться по сторонам. Анатолий Степанович продолжил экскурсию, обращаясь ко мне.

Сквозь натянутую на двери сетку, в конце ангара, просматривался загон для выгула птицы, Леська стремительно приближалась к нему. Боковым зрением я пыталась не упускать её из вида, параллельно слушая мужчину (мы уже перешли к размножению). Рассказ интересный, я бы не отвлекалась, но меня беспокоила подружка, державшаяся особняком. Томилась я, как оказалось не зря. Мы вертелись возле инкубатора, когда Леська таки выскользнула за дверь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А выйти к ним можно? — дождавшись, когда он закончит мысль, спросила я. Пусть Леська уже там, в загоне, и с вопросом я опоздала, но всё же стоило поинтересоваться.

— Прямой контакт не рекомендуется. Знаете, что мы сделаем… Сейчас я определю их на ночь, вы в это время дождетесь снаружи, — показал он рукой, что нам следует выйти из страусятника. — Когда птица займет свои места, вы вернетесь и сможете на них посмотреть вблизи.