Чёртов мажор (СИ) - Левина Ксюша

Ты кивнул. И палец той руки, что лежала на животе, проскользил выше, до самого подбородка. Между рёбер, между грудей, до ямки у основания шеи, и уже тогда я задержала дыхание. Потому что пальцы сомкнулись на шее и потянули вниз. Ты не душил, ты держал, а я не могла дёрнуться.

— Не надо, — попросила я.

— Почему? — спросил ты.

— Мы ненавидим друг друга, — шепнула я.

— Это просто слова, — ответил, блин, ты.

И ухмыльнулся, как чёртов убийца.

— Я не ненавижу тебя, — ты покачал головой, и я увидела во взгляде то, что не походило на всё, что было раньше.

Это не было похоже на самый первый день, когда ты играл влюблённого, а я играла сдающуюся на его милость. Это не походило на тот взгляд, что был у тебя, когда я сама целовала и пугала.

— Почему ты такой разный? Когда мне тебе верить?..

— Сей-час, — выдавил ты.

Я кивнула. Я всхлипнула. Я поняла, что никогда так себя не вела и не сидела полностью обнаженной на мужских коленях. И не чувствовала, как колотится твое сердце, будто заведённое. Ты меня сжал, и я вся уместилась в твоих руках. Моя обнаженная грудь касалась твоей обнаженной груди — перебор.

— Не могу. Пусти! — И вырвалась, а ты разжал руки. — Прости, но… это слишком.

— Я думал, ты смелее, — эта усмешка прошлась по позвоночнику кубиком льда.

Ты усмехался, и я хотела тебя поколотить, но это выглядело бы жалко, как и одеваться при тебе. Я… усмехнулась. Хватило смелости. Переступила через майку и гордо покинула балкон. Занимать неудобный диван было выше моих сил, потому решила лечь на кровать. Я заслужила комфорта и спокойствия, а ты — будь неладен.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Новая “ночнушка” нашлась тут же — твоя футболка, скинутая перед сном. Она пахла тобой. Не парфюмом или гелем для душа, а твоей чистой кожей, и я натягивала её с мстительной улыбкой, прежде чем пошире открыть окна и лечь на прохладный матрас.

Укрылась одеялом, кайфуя от такой мелочи, как не-диванная-подушка, и устроилась поудобнее.

— И что это? — спросил ты, появляясь рядом с кроватью.

— Твоя очередь спать на диване, — спокойно ответила я, чтобы ты случайно не решил, что смутил меня своими наглыми действиями. Я решила быть твёрдой, как камень.

— М-м… нет! Это моя квартира, и решать мне…

— М-м… нет! Я твоя “невеста” и ношу твоего ребёнка, выкуси — придурок, — я даже не смотрела в твою сторону, даже не открыла глаза, и ты просто расхохотался от этих новостей.

— У тебя какое-то расстройство мозга? Ладно, раз уж ты моя “невеста” и “носишь моего ребёнка” я имею право спать с тобой в одной кровати. Как-то же мы “ребёнка” сделали! Или ты Дева Мария? — ты упал рядом, залез под одеяло и оказался как раз за моей спиной. Я почувствовала сквозь твою футболку тепло твоего тела. — Ты что, в…

Тебя взволновал мой вид. Мне было слишком интересно увидеть реакцию, и я перекатилась на спину, робко поглядывая на тебя. Ты смотрел голодным зверем, почему-то даже голоднее, чем когда на мне была майка.

— Ты чего?

— Ничего. Слабость к девушкам в футболках моих любимых команд. Эдакая эротическая фантазия, — ты кивнул, и я пригляделась. И прыснула со смеху.

— Аха-ха, так ты еб**ий глор! Ахах! “Челси”? И как тебе итоги этого года? Выгнали твоего Жозе поганой метлой. Боже мой! Умереть не встать! — у меня аж всё подпрыгнуло внутри.

— Чего? — ты резко сел на кровати. — Что это сейчас было?

— Ничего-ничего. Спи спокойно… голубок.

— Ну уж точно теперь буду спать спокойно, но сначала ты объяснишь, что это сейчас было!

И ты навалился сверху, раздвигая мои колени и устраиваясь между бёдер. Твои руки были по обе стороны от моей головы и по идее должно было стать страшно, но сейчас во мне бурлили совсем другие мысли.

— Слу-ушай, а ты с какого года болельщик? С две тысячи… четвёртого? Угадала?

— Нет, если хочешь зн…

— Не хочу, — помотала я головой и сложила в молитве руки. — Не хочу знать ничего из твоей челсинутой головы… Умоляю! Ни слова про…

— Ты, вообще, что мне тут хочешь…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Ты пытался, честно пытался, но я была сейчас куда круче. Я села на любимого конька, и нет, я ни за кого не болела и ни в чём особенно не разбиралась, но разбирался мой крутой двоюродный брат. Мы с ним были относительно близки, он жил недалеко, и я часто от скуки сидела, развесив уши, в его странной компашке болельщиков.

— Да ничего… ничего. А другая футболка есть? Оу! Оу! “Тоттенхема”, например? Как насчёт дружеского “дерби”?

Намёк на секс был очевиден, но я понимала, что после слова “Тоттенхем” у тебя очень вряд ли встанет, всё-таки это кровная вражда. Но ты удивил, прижался ближе и расплылся в идиотской улыбочке.

— Всегда мечтал наказать кого-то в футболке “Тоттенхема”, куплю тебе такую! И с радостью сыграю Лондонское Дерби. А теперь не мешай мне спать, идиотка, — ты крепко меня поцеловал, так, что челюсть хрустнула, и завалился спать, закинув мне на талию свою лапищу.

Я проснулась рано, ещё на рассвете. твоя рука лежала на моей талии, нога давила на мои ноги, было жарко и влажно. Мы нагрелись под одеялом, я скинула его и ты замурчал от удовольствия. Вывернуться из твоих рук, чтобы по крайней мере лечь на спину или другой бок оказалось ужасно непросто, ты держал крепко, как хищник добычу.

— Не вертись, — пробормотал ты.

— Хочу на другой бок.

Ты отпустил, я развернулась и тут же оказалась в новом капкане. Ты сам устроил мою голову на своей руке и крепко обнял другой. Ноги опять обвили меня, как игрушку.

— Что ж такое, ты всегда такой прилипчивый? — засмеялась я в сгиб твоей шеи.

— Не знаю.

— Это как?

— У меня не много опыта, но ты так прикольно помещаешься в руках, как игрушка.

— Жарко же…

— Так разденься, если жарко.

— Нет.

— Почему?

— Ты меня трахнешь тогда.

— Ну конечно трахну, дурочка, — ласково ответил ты и погладил меня по голове. — Ты сомневалась?

— Ты дурак…

— Не совсем, — ты покачал головой касаясь губами моего лба. — Хотя может и такое быть, но вот что я скажу. Мы с тобой друг друга раздражаем. Мы друг другу явно нравимся. С того момента, как встретились ты ни разу меня не разочаровала.

— Это как? — утренний свет заливал спальню, всё казалось сумрачным, волшебным.

Я встречала рассвет в твоей постели и всё моё тело ныло и вибрировало. Рассвет играл со мной, он делал что-то с твоим лицом и твоими глазами, он меня зомбировал и это было даже страшнее чем тот момент на балконе, когда я обнаженная сидела на твоих коленях.

— Ты выкидываешь фортели ровно так, как я бы хотел. Нет, я не могу предсказать твои дейстия. Но я хочу чтобы ты меня удивляла и ты это делаешь. Ты сложная, с тобой много проблем будет ещё больше.

— И…

— И я тебя непременно трахну. Мне кажется, что это логично, разве нет?

— Да? Логично?

— Конечно. ты сама не понимаешь?

Я понимала. Но боялась признать.

— Я не хочу. То-есть может моё тело и хочет, но я не хочу. Я не должна тебе доверять, не должна с тобой спать. Секс — это наверняка весело, но от него много проблем. От него влюбляются, а потом страдают. От него дети, ссоры, одни беды от него. Я…

— Монашка? — ты перекатил меня на спину и я тут же будто замерзать начала. — Я очень хочу спать, но ты же, дурочка, не успокоишься. так что сейчас я тебе кое что расскажу. Но для этого ты бы не могла раздеться?

— Нет! — я вскинула руки и вцепилась в футболку “Челси”.

— Ок-е-ей… Если я правильно понял, а это наверняка так, у тебя или очень мало опыта или он был плохим. Не вдаёмся в подробности. Но я прав?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Прав, — я кивнула поражаясь тому, о чём говорю с едва знакомым человеком. Это было что-то с чем-то. Нельзя обсуждать такие вещи, даже если лежишь с одной постели.

— Секс — это не просто весело, это очень весело. Я не гуру, не какой-то там великий соблазнитель, но я примерно представляю, что значит наслаждаться сексом друг с другом. И это охренительно.