Игра в семью (СИ) - Каретникова Ксения

Спев дуэтом нашу любимую балладу из репертуара Земфиры, мы вернулись за стол и, в ожидании следующей, продолжили пить "Мохито". Народ начинал потихоньку расходиться. Завтра — рабочий день.

Ксюня мотала головой по сторонам, присматриваясь к оставшимся окружающим, я решила сделать тоже самое и, повернувшись к дверям, увидела как в зал вошел Вадим.

Он заметил меня сразу, радостно улыбнулся, словно и ожидал увидеть, и подошел.

— Какая встреча! — произнес он и без приглашения уселся к нам. — Привет!

Я закатила глаза:

— Я даже почти не удивлена, но все равно — ты здесь какими судьбами?

Вадим, проигнорировав мою иронию, спокойно ответил:

— Ты ж сама помогала нахваливать лучшие развлекательные места вашего города.

— Имела такую неосторожность, — согласилась я, а Ксюня в этот момент пихнула меня по ноге под столом. Вадим, заметив это движение, сказал:

— Ты сегодня опять с подружкой. Представишь нас?

— Сам представься, — ответила я.

Ксюха протянула руку, решив назваться первой:

— Ксения.

— Вадим, — тоже протянул он руку. — Очень приятно.

— Вадим? — хихикнула Ксюшка. — А мне-то как приятно.

Вадик нахмурил брови и с интересом спросил:

— Вам Кира про меня рассказывала?

— Ну если вы тот самый Вадим — брат Кириного дядюшки? — уточнила она.

— Он самый.

— Тогда рассказывала, — опять хихикнула Ксюха, а я одарила ее гневным взглядом.

— И что именно? — ехидно спросил Вадим. Ксюха, поняв мой взгляд, быстро нашла что ответить:

— Что вы приехали погостить к брату.

Таким ответом все остались довольны. Во всяком случае — все сделали именно такой вид.

Ксюха улыбалась и внимательно разглядывала Вадима. А Вадим делал вид, что этого не замечает и смотрел на меня. Пристально смотрел.

— Может прекратим в гляделки играть? — не выдержала я. — Зачем мы сюда пришли?

— Мы с тобой отдыхать. А вы, Вадим? — спросила у него Ксюня.

— И я отдыхать… Ксения, а может мы перейдем на ты? — предложил он.

Ксюшка кивнула, а я подметила:

— А мне ты, помнится, такого не предлагал. Сразу начал "тыкать".

— Ну так, с твоей подругой мы видимся впервые, — пожал он плечами.

— А со мной тогда значит нет? — с улыбкой поинтересовалась я. — Значит в Крыму ты все таки меня сразу узнал?

Вадик лукаво улыбнулся и отвечать не спешил. Тут подошла наша очередь на песню и Ксюша поднявшись, сказала:

— Вы тут пообщайтесь пока, а я спою, — и вышла из-за стола.

Мы проводили ее взглядом. Ксюха подошла к диджею, что-то ему сказала. Потом взяла в руки микрофон, подошла к экрану и, дождавшись музыки, запела.

Глотнув коктейля, я поставила стакан и повторила Вадиму свой вопрос:

— Значит — сразу узнал?

Хоть музыка и играла довольно громко, но мы сидели так, что могли разговаривать практически не повышая голос.

— Ну не совсем сразу, — откинувшись на спинку стула, ответил Вадик. — Сначала ты мне просто показалась знакомой. Потом, услышав как тот блондинчик называет тебя по имени, подумал, что и это редкое имя я где-то слышал. А на утро проснулся и вспомнил, что у жены моего брата есть красавица племянница с таким именем, — Вадим мне подмигнул и закончил: — Ну и социальные сети убедили меня окончательно, кто передо мной.

В принципе — я так и думала.

И, на удивление, тому что Вадим сейчас сидит за нашим столом, была совсем не против. Он уже не вызывал у меня такого острого негатива, и даже наоборот — появилась вполне нормальная человеческая симпатия. Подогретая алкоголем и, какими-никакими, родственными связями.

— А чего ж сразу не признался? — задала я вопрос.

— Мне стало интересно, узнала ли ты меня, — сказал он с усмешкой. — И даже, в какой-то момент мне показалось, что все таки узнала… После той стычки с ребятами в ресторане, когда ты сказала, что я ВДВ-шник, — я усмехнулась. Вадим, цокнув языком, развел руками. — Но нет. Не узнала. Татуировку мою запомнила.

— Мы когда с тобой виделись в первый раз мне было двенадцать лет. Я должна была тебя запомнить? — спросила я, а он, соглашаясь, покачал головой. — Вот. Я не запомнила. И в Крыму не узнала… Но рожа твоя мне тоже показалась знакомой.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Мой собеседник притворно нахмурился:

— Фи, леди, рожа — как грубо из твоих уст.

— Так и ты грубо себя вел, согласись? — он было собрался кивнуть, но передумал. — Клеился так… беспардонно. Нагло. Если ты притворялся, то получилось у тебя не плохо. Я поверила, — закончила я с усмешкой.

— И отшила, — подметил он. — Почему, кстати, отшила? — придвинувшись ко мне поближе, спросил он. — Неужто и в правду не понравился? Или — есть кто?

Я засмеялась.

— Почему, понравился. Визуально ты вполне не плох, — не стала я скрывать.

Вадим фыркнул:

— Ты не ответила на последний вопрос.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- А надо ли? — широко улыбаясь, поинтересовалась я.

Вадим уставился в мое лицо, а потом пробежался взглядом по всему моему телу и внимательно меня рассмотрел. Как буд-то видит в первый раз. Мое тело вдруг покрылось мурашками от такого взгляда его необычных, зеленых глаз. Я дернулась, как от холода и вновь глотнула, уже заканчивающийся у меня, "Мохито".

— Хорошо выглядишь. Как обычно — дорого, — произнес он.

— Это ты опять про мою цену? — приподняла я брови.

— Нет. Это комплимент, — смеясь, поправил он меня.

— Первый раз в жизни слышу такой комплимент. Удивил.

Тут к нам вернулась Ксюня. Она села на свое место и взяла в руки свой бокал. Мы с ней, не сговариваясь, потянулись друг к другу и чокнулись.

— Следующую ты поешь, — сказала мне подруга. Мы одновременно допили коктейли и поставили бокалы на столик.

— Сегодня тоже будешь петь Аллегрову? — ехидно спросил у меня Вадим.

— Если напьюсь, — кивая, ответила я.

— Очень бы хотелось еще раз на это посмотреть, — лукаво произнес Вадим и заметив в зале официанта, подозвал его к нам.

— Ты пела Аллегрову? — с удивлением спросила у меня Ксюня, я кивнула. — Угонщицу?! — и вновь мой кивок. — Ну, значит ты действительно, напилась… Эта песня в твоем исполнении — знак того, что твое опьянение достигло самой последней стадии. — Ксюха хихикнула и они с Вадимом загадочно переглянулись. А я обиженно нахмурилась.

Подошел официант. Вадик открыл меню, лежавшее на столе и, листая его страницы, спросил:

— Леди, может водочки?

— От водочки меня быстро уносит… — начала я, а Вадим усмехнувшись, сказал официанту:

— Нам водки, пока ноль-пять, сок… апельсиновый, графинчик… и… давайте пиццу, вот — пеперонни.

Молодой человек кивнул, забрал пустые бокалы со столика и удалился.

— Значит ты решил нас напоить? — спросила у него Ксюша.

— Решил, — не стал он спорить. — Если вы сами не против.

— Не против, — ответила за нас Ксюха, а я, смеясь, добавила:

— Главное в конце разъехаться по своим домам.

— У меня пока нет своего дома, — заявил Вадим серьезно, но с улыбкой.

— Ничего. Скоро ремонт в родительской квартире закончится и свой дом появится… Ты, кстати, все таки надумал здесь остаться? — поинтересовалась я.

— Пока не знаю. На данный момент я в бессрочном отпуске. В котором не был… лет шесть. Вот с лихвой и восполняю этот пробел.

— Шесть лет? — удивленно спросила Ксюха. — Не, за это точно надо выпить. Такая выдержка.

К нам как раз вовремя подоспел официант. Он поставил на стол все, что заказывал Вадим и неспеша удалился. Вадик быстренько разлил сок в стаканы, водку в рюмки и предложил тост:

— Давайте за… отдых. И за отпуска. Там порой случаются такие удивительные вещи.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Мы кивнули и одновременно выпили.

— Знаешь, — запив водку соком, обратилась я к Вадику. — Я по идее должна сказать тебе спасибо.

— За что? — удивился он.

— Ну во-первых — за то что тогда довел меня до номера, — начала я, Вадим усмехнулся. — А во-вторых, что не выдал меня.