Под крылом чудовища (СИ) - Ильина Настя

Саша скрещивает руки на груди и демонстративно закатывает глаза. Она пристально смотрит на меня несколько секунд, превращая это в какую-то дурную игру в гляделки. Кто кого пересмотрит? Хм… Ладно… Я всегда выходил победителем из таких игр, потому что упрямства у меня, пожалуй, больше, чем всего остального. Хотя… Что уж я так себя обижаю? Я дьвольски хорош во всём… Вот только основные мои качества Веснушке не суждено узнать. Собственные мысли вызывают у меня негромкий смешок. Негромко цокнув языком, Веснушка сдаётся под напором моего взгляда — я даже не моргнул ни разу — и жалобным голосом малой о том, что она хочет поскорее оказаться в парке.

— Ты отдашь мне паспорт дома, если не хочешь познакомиться с тем подсвечником, который…

— Знаешь, сколько подсвечников уже погнули о мою голову? Не испугала, Веснушка! — отвечаю я.

Она фыркает, как маленький недовольный ёжик и садится в машину.

А я стою несколько секунд, пытаясь обмозговать, на что подписался.

Я поеду в парк с двумя девчонками и буду изображать с ними семейную идиллию?

Просто прекрасно…

Глава 19. Саша

Прогулка проходит как-то мимо меня. Я нахожусь рядом с сестрой, но в то же время её внимание приковано к новоиспечённому родственнику — человеку, который хочет украсть её у меня. И Аня ему не нужна, не знаю почему, но мне кажется, что причина его желания оформить опеку над племянницей, о существовании которой, он не знал раньше, скрывается в чём-то другом…

Вот только в чём?

В получении доступа к фирме Олега?

Но если Даниил заявляет, что всё принадлежит ему, то зачем ему Аня? Зачем ему мы с сестрой? Хотя я как раз просто препятствие, которое мешает ему подобраться к заветной цели…

Как же не повезло с тем, что незадолго до смерти мама продала свою квартиру и инвестировала деньги в бизнес Олега… Она не предполагала даже, что в скором времени её не станет, и мы с сестрой можем остаться на улице. Мама говорила, что нам следует выбрать квартиру для меня, чтобы у меня было своё жильё, но мы не успели этого сделать. Я постоянно откладывала этот момент из-за подготовки к вступительным экзаменам, а зря… Квартира мне бы сейчас не помешала.

Я тяжело вздыхаю, глядя на то, как Аня вцепилась в руку Даниила и идёт рядом с ним к машине, облизывая губы от сахарной ваты. Внутри разыгралось противное чувство: нет, это была совсем не ревность, а боль за то, что малышка совсем не понимает происходящее. Она искренне верит человеку, которому не нужна.

Тётя Римма сказала, что Даша успела позвонить ей и сообщить о том, что вычудил Даниил в офисе, и что если я захочу, то подруга привезёт документы на подписание нам домой, вот только могу себе представить реакцию Халка, когда он снова увидит Дашку… Да и нет смысла пытаться отдать долг, если это не наш дом. Мне нужно теперь думать о том, как поскорее получить опеку над сестрой.

«Не забывай о том, что замужество может легко решить проблему с опекой. Только скажи мне, что согласна», — всплывают в голове слова Лёши.

Мурашки пробираются под кожу и начинают щекотать её изнутри. Брак мог бы решить многое, но я не хочу становиться его женой… Лёша — мой брат, пусть и не по крови, и я не могу начать воспринимать его как-то иначе…

Хотя, если это будет мой единственный шанс оставить сестру рядом!..

Я смотрю, как Даниил присаживается перед Аней на корточки, и вытирает большим пальцем правой руки растаявший сахар с уголков её губ, и меня охватывает страх. Сестра очарована Даниилом, и её маленькое сердечко разобьётся, когда она поймёт, что он просто играл с нами. Когда потеряет ещё и его.

На глаза наворачиваются слёзы, и я умело скрываю их, отвернувшись в сторону и зажмурившись. Взяв себя в руки, иду следом за ними к машине и молчу. Я просто хочу поскорее добраться до дома, забрать у этого монстра свой паспорт и думать, что делать дальше.

Вспомнив о домике в деревне, который достался маме от моего отца, и который мы использовали как дачку, изредка выезжая туда на свежайший воздух в доме, окружённом лесом, пока мама не познакомилась с Олегом, я готова закричать «Эврика!». Возможно, это и есть моё спасение. Там нас с Аней никто не разыщет. Даниил не найдёт нас… А потом дядя Серёжа обязательно поможет решить что-то с органами опеки…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

На губах появляется улыбка, и я радуюсь тому, что скоро окажусь дома и начну незаметно собирать наши с сестрой вещи. Её игрушки я могла бы собрать под видом генеральной уборки, но боюсь привлекать излишнее внимание со стороны Даниила, поэтому выберу всё самое необходимое на первое время. Мне ещё нужно позаботиться о продуктах. Хотя… Как-то мы с мамой отдыхали там и заказывали доставку через курьерскую службу.

Я воодушевляюсь, предвкушая тот день, когда этот монстр поймёт, что всё пошло совсем не по его плану… Тогда я бы задала ему вопрос, есть ли у него план «Б», но вряд ли у меня представится такой шанс.

В машине я оживляюсь и разговариваю с Аней. Она устала и впервые после похорон родителей не говорит о них с грустью, а её глазки не становятся влажными от подступающих слёз. Ей было хорошо, а на природе будет ещё лучше. Там ведь есть моя старая песочница и качели… И нет никого, кто желал бы навредить нам.

— Веснушка, я смотрю, ты прям повеселела. Прогулка пошла на пользу, и ты поняла, какое благое дело я сотворил для тебя? — спрашивает Даниил, когда мы подъезжаем к дому и выходим из машины.

— Отдай мне паспорт! — игнорируя его вопрос, настаиваю на своём я.

Даниил сдаётся на удивление легко. Он открывает дверцу, наклоняется, наполовину забравшись в салон, и достаёт из бардачка мой паспорт. Его рубашка немного задирается, открывая вид на идеальный загорелый пресс, который я вижу только сбоку, но даже этого зрелища достаточно, чтобы покраснеть и отвести взгляд.

— Держи! — протягивает Даниил мой паспорт, но когда я пытаюсь его взять, отводит руку. — Пообещай, Веснушка, что ты не сделаешь глупость… Потому что я клянусь тебе, что если ты посмеешь пойти в этот свой эскорт, ты никогда больше не увидишь сестру!

Аня уже поднимается по ступенькам крыльца и не слышит наш разговор, а слова Даниила раз за разом повторяются в голове, пробуждая внутри ненависть к нему.

«Ты никогда больше не увидишь сестру!».

Мне так и хочется сказать ему, что это он никогда больше не увидит нас, но я молчу. Он не услышит этого, а когда поймёт, что проиграл, будет слишком поздно. — Я не пойду в эскорт! — чуть вздёргиваю подбородок я. — Ты уже убедил меня в том, что смысла искать деньги нет, потому что главному монстру нужны не деньги, а что-то другое…

Зрачки Даниила увеличиваются в размере. Он смотрит на меня несколько секунд, а затем отдаёт паспорт и достаёт из кармана пачку сигарет.

Я больше ничего не говорю ему и спешу зайти в дом. Нужно приготовить ужин и искупать сегодня сестру. А ещё начать собирать наши вещи…

***

Анютка устала, и я поднимаюсь наверх, чтобы уложить её на дневной сон. Мои мысли все витают в доме, где я не была уже давно. Интересно, там всё сильно поросло травой? Работы мне предстоит немало, чтобы привести его в порядок, но я справлюсь. Главное то, что у меня появился реальный шанс защитить семью.

Прочитав сестре сказку и убедившись, что она заснула, я убираю прилипшие светлые кудряшки с её лба и целую её.

— Ты мой самый близкий человек, и я буду жить для тебя! — шепчу я, а сестра улыбается во сне, словно услышала мои слова.

А быть может, ей снится мама, и малышка рассказывает о сегодняшней прогулке или о пирожках тёти Риммы?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Непрошенная слезинка скатывается со щеки, и я вытираю её тыльной стороной ладони. Приготовление ужина я откладываю на потом и иду в кабинет Олега, чтобы проверить, нет ли у него денег… Возможно, в сейфе у него есть хоть что-то, чтобы нам с Аней прожить первое время, потому что просить деньги у дяди Серёжи я не хочу. Я не знаю, можно ли доверять и ему. Я так сильно запуталась, что теперь могу полагаться только на себя. Хотя мне всё равно придётся обратиться к нему после побега, чтобы попросить о помощи с оформлением опеки, если не смогу всё сделать сама.