Фиктивная мама (СИ) - Ильина Настя

Оля кивает и, поставив последнюю игрушку в домик, спешит к Максиму Борисовичу. Мужчина берет ее на руки.

- Полетим на самолетике?

- Да!

По коридору разносится радостный детский визг. Юля улыбается. Ей нравится происходящее. Очень. И если это продлится недолго, она будет вспоминать этот период своей жизни… Непременно будет.

За ужином Максим Борисович немного забавляется с Олей. Ему легко удается рассмешить девочку, а Юле нравится наблюдать за ними, хоть порой она одергивает их и говорит, что с едой шутить нельзя. Скоро от ужина ничего не остается, и девушка вызывается помыть посуду (не оставлять же ее на утро, а Алена Викторовна уже вряд ли вернется). Когда она приходит в комнату Оли, то наблюдает, как Максим Борисович катает девочку по полу, изображая из себя породистого скакуна. Юля не может удержаться и смеется. Максим Борисович, вероятно, услышав ее смех, оборачивается и помогает Оле слезть с себя. Он сидит на полу вспотевший, раскрасневшийся, но счастливый, девочка прижимается к нему, а на ее лице сияет улыбка.

- Это выглядит слишком забавно, верно?

- Это замечательно, - выдыхает Юли и скрещивает руки на груди.

- Пора ложиться спать, Оленька, - улыбается Максим Борисович.

- А как же принять ванную и почистить зубки? - вмешивается Юля.

- Черт! - Максим Борисович ругается, и его глаза округляются, когда он понимает, что сделал это при ребенке. - Я не купил ей ванные принадлежности.

- Думаю, лишнее полотенце у вас найдется, а чистку зубов один день можно и пропустить, - находит выход из ситуации Юля. - Давай, маленькая принцесса, вставай и беги в ванную. Я сейчас приду.

Оля поднимается на ноги и без лишних вопросов идет в ванную (хорошо, что в особняке Максима Борисовича в каждой большой комнате есть ванная и туалет).

Максим Борисович проходит мимо Юли и шепчет ей на ухо:

- Спасибо.

Его горячее дыхание обжигает кожу, а шлейф парфюмерии, оставшийся после его ухода, сводит с ума.

В голове всплывают слова Любы, слетевшие с ее уст, когда они с Юлей сидели в баре: «Игорюня наш мужик такой, любую бабу с ума свести может». Тогда она не придала значения этим словам, но теперь чувствует, что коллега оказалась права.

Юля прикусывает губу и спешит в ванную, откуда уже доносится недовольное детское сопение.

Уложить Олю оказывается не так уж сложно. После купания в ванной и сказки на ночь, она быстро засыпает. Юля улыбается, поправляет одеяльце и выходит из комнаты. Она идет в кабинет Максима Борисовича, чтобы выяснить, о чем он хотел поговорить. Неприятное чувство сковывает каждую клеточку тела. В животе появляются спазмы.

Юля подходит к кабинету и какое-то время просто стоит около него, не решаясь постучать. Она боится услышать: «Вы свободны, Юлия Сергеевна. Спектакль окончен». Ведь, если подумать, зачем она Максиму Борисовичу? Он мог удочерить Олю и без супруги, так зачем она ему сейчас, когда ребенка он забрал и начал оформлять документы.

Перед глазами появляется улыбающаяся девочка. Юля вздрагивает, представив, что совсем скоро не увидит ее… Не увидит Максима Борисовича.

Наконец, собравшись с силами, она заносит руку и стучит. Стучит негромко, но по ту сторону двери ей отвечают. Юля проходит. Максим Борисович сидит в кожаном кресле. Верхние пуговицы на рубашке расстегнуты, что открывает вид на завитки волос с груди. Юля пытается не смущаться и не пялиться на него, поэтому переводит внимание на общую обстановку кабинета. Она заходила сюда всего лишь раз и не обратила внимания как здесь уютно.

Кабинет больше напоминает комнату для отдыха, чем рабочее место, однако, здесь есть все необходимое и для работы. Стены обклеены обоями под дерево и создается ощущение, словно ты вошел в деревенский домик. Теплые воспоминания из детства окутывают, и Юля улыбается.

- Юлия Сергеевна, я хотел бы поговорить с вами о вашем… о нашем будущем, - начинает Максим Борисович, и Юля чувствует, как дрожат ее руки. - Я задержался не просто так. Я завозил документы в органы опеки и поговорил с инспектором. Он уверен, что семья, подавшая документы на удочерение Оли, не отступит и подаст апелляцию, ведь они думали, что первые в очереди на ее удочерения. Особенно он уверен, что они продолжат бороться за ребенка, если хотели заполучить ее в корыстных целях. По этой причине он предупредил, что нам не следует раскрывать тот факт, что наш брак фиктивный и нужно продержаться вместе как можно дольше. Я понимаю, что прошу многого, но вы могли бы остаться с нами, Юлия?

Теплые нотки в голосе Максима Борисовича заставляют душу встрепенуться.

«Ну почему он такой соблазнительный?» - думает Юля и прикусывает губу.

- Конечно, я не против, но как вы будете справляться без секретарши?

- Думаю, что замену там будет найти проще, чем здесь.

Глаза Юли широко округляются от удивления.

«Замену. Он хочет найти мне замену. Я не смогу вернуться на работу».

- Юлия, как вы смотрите на то, чтобы стать Олиной няней?

Такого вопроса Юля явно не ожидала, поэтому ее охватывает паника. Она училась в университете явно не для того, чтобы работать няней…

«Но и не для того, чтобы работать секретаршей», - пытается оправдать свое желание сказать «да» Юля.

Она действительно чувствует себя комфортнее рядом с ребенком, чем в компании коллег, пытающихся сделать из всего горячую новость, о которой можно будет потрещать весь день, а то и несколько.

Вероятно, не выдержав напряженную тишину, Максим Борисович поднимается на ноги и подходит к Юле. Он берет ее за руку и пристально смотрит в глаза.

- Юлия, я понимаю, что это не лучшее предложение, которое вы желали бы услышать, но… Я не справлюсь без вас. Я видел, как легко вы общаетесь с Олей… Боюсь, что не смогу дать ей столько же теплоты и заботы… Кроме того, у меня работа…

Юля прикусывает губу и отводит взгляд. Она думает, точнее, делает вид, что думает, потому что не может выпалить сразу «да» и дать мужчине понять, что она ждала именно этого предложения. И пока оно кажется ей лучшим, чем какие-либо другие.

- У меня есть одно условие. - Юля старается, чтобы ее голос не дрожал.

- Я повышу вашу заработную плату. Няней вы будете получать в разы больше, чем получали бы в офисе, работая секретаршей.

Юля злится и резко выдергивает руку из теплой ладони Максима Борисовича. Она прожигает его гневным взглядом.

«Неужели он думает, что все покупается и продается?»

- Я сейчас не о деньгах собиралась поговорить с вами, но раз уж об этом зашел разговор, вы еще должны осуществить перевод за наш фиктивный брак, - с отвращением в голосе бросает Юля.

Она не хотела напоминать Максиму Борисовичу об этом, но он сам вынудил ее.

- Да, конечно. Я завтра же осуществлю перевод на ваш банковский счет, - холодно произносит Максим Борисович.

Кажется, что в его голосе звучат победные нотки.

«Я убедила его, что все в этом мире продается», - сокрушается Юля. Она чувствует металлический привкус во рту от раскусанной щеки и старается начать контролировать свои эмоции.

- Итак, каково же ваше условие, Юлия Сергеевна?

Мужчина садится в свое кресло и теперь смотрит на нее, как начальник на подчиненную. От этого становится неприятно, но Юля терпит.

- У меня их три. Во-первых, завтра мне нужен выходной хотя бы на первую половину дня. Во-вторых, я хочу, чтобы моей маме было разрешено приходить сюда. В-третьих, у Оли скоро день рождения, и было бы неплохо обсудить, как мы его отметим.

Улыбка тронула уголки губ Максима Борисовича.

- Выходной на первую половину дня я смогу вам обеспечить, вашей маме никогда не было запрещено приходить сюда, Олин день рождения! Черт! Я про него забыл! Миша говорил, что его супруга хочет отметить день рождения дочки в горах. На туристической базе отдыха. Там есть прекрасная детская площадка с зимними детскими забавами. Она хотела, чтобы Олин первый юбилей был каким-то особенным… Катание на коньках летом, игра в снежки, катание на снегокатах.