Ночь. Лифт. Два Босса (СИ) - Безликая Янита

— Так и должно быть. Рядом с богиней должны быть только шикарные мужчины.

— Я — богиня? — пропускаю мимо ушей про мужчин.

— Ты божественно красива. Если Ева была хоть каплю похожа на тебя, то у Адама не было шансов преодолеть искушение. Дыхание спирает, когда ты смотришь на меня. Когда стонешь мое имя, я схожу с ума, зверею. Боюсь потерять контроль, проявить свою первобытную жажду, причинить боль. Я неутолим, и если ты хочешь остановиться, пока я с трудом сдерживаю себя в руках, то сейчас самый подходящий момент.

— Я скажу только одно, — провожу губами по жесткой щетине. — К черту контроль, Ален Александрович! К черту…

Грубый поцелуй, рык, и я стою на ногах, опираясь ладонями на стол, выгибаюсь. Шлепок по заднице. Один, второй третий. Обжигает.

— Ален… — томно выдыхаю, верчу задницей, мечтая об одном.

Между ног настолько мокро, что мужские пальцы входят в меня, как по маслу, и с громким хлюпаньем выходят.

— Охуеть, — матерится и вновь шлепает.

— Пожалуйста… — изнываю.

Не могу больше ждать!

Звук разрывающейся фольги, бормотание Алена, кажется, проклятья и что-то о непрочности.

Наконец-то. Вторая попытка надеть презерватив увенчалась успехом.

— Готова? Сейчас я тебя объезжу, малыш.

— О, да, — откидываю голову назад и закрываю глаза, наслаждаясь медленным проникновением.

Как же давно во мне не было настоящего члена. Совсем другие ощущения, если сравнивать с вибратором. Как же мне этого не хватало.

Глава 9.1

Ален — мужчина-загадка. Такой внимательный и воспитанный в общении. Ласковый касательно любых тактильных контактов. Казалось бы, и в сексе должен быть нежным котиком.

Да вот только это даже близко не котик. Скорее дикий, необузданный, оголодавший зверь.

Его страсть граничит с грубостью и болью.

Его язык настолько развязан, что сказанные им слова заставляют смущаться, но в тоже время добавляют остроты в страсти.

Его темп нереален. Я думала, так только в порно могут трахать, чтобы стоял оглушающий звук шлепающих яиц о тело. Так, чтобы в глазах темнело, а голос охрип от настоящих криков.

Я и так девочка громкая, но происходящее слишком даже для меня, не то что для бабульки снизу, которая энергично бьет по трубам.

Еще стол, наш старенький, хлипкий, бьется о стену с такой силой, что кажется, мгновение — и он развалится.

— Нет, — останавливаю и в тоже время подаюсь назад.

— Да, крошка, да-а, — рычит, как животное, слегка меняя угол проникновения.

Визг поднимается изнутри, ноги дрожат, внизу так щекочет, что хочется сжаться в калачик и в тоже время прыгать, бегать. Нереальные ощущения.

Толчок.

Мурашки по коже и судорожный вздох.

Толчок.

Шлепок по заднице, сжатый сосок между пальцами до боли.

Вскрик и закрытые глаза.

Ален замедляется, сжимает болезненно ноющую грудь в ладонях.

— Ален… — шумный вздох.

Ладонь поднимается к шее и сжимает ее.

Мужская грудь прижимается к моей взмокшей спине.

Никаких движений, только громкий стук сердец и жаркое дыхание.

— Прошу, — облизываю сухие губы.

Зачем так мучить? Зачем останавливаться, когда до оргазма считанные минуты? Это жестоко.

— Прости нас, — проговаривает на ухо, кусает мочку и медленно начинает двигаться внутри.

О, да! Еще, пожалуйста, ещё!

Миллиметр за миллиметром. Все ближе…

Замираю, задерживая дыхание, поджимаю пальчики на ногах.

Рука на шее сжимается сильнее, в глазах темнеет.

Воздух, мне нужен воздух.

— Скажи, что простила, Зоя.

Грубый толчок и дрожь внутри.

— Скажи, что не уволишься.

Обжигающий шлепок по ягодице.

— Скажи, что подумаешь насчет нас.

Ален убирает руку от шеи, и я хватаю ртом воздух. Обессиленно наклоняюсь на стол, практически ложусь грудью.

— Скажи, и получишь освобождение.

Выходит из меня, осыпая поцелуями спину, поглаживает бедра, попу.

— Ален, — хнычу.

Ощущение пустоты убивает. От предоргазменного состояния колотит.

— Скажи, Зоя, — настаивает, входит в меня пальцем.

Но этого недостаточно, слишком мало.

— Прощаю. Подумаю, — произношу с отчаянием, изгибаюсь от едва ощутимых прикосновений к клитору.

Ален молча отстраняется.

Что? Почему? Что я сказала не так?

"Не уходи, не бросай меня в таком состоянии" — мысленно умоляю.

Тишину нарушают гудки, раздающиеся из динамиков телефона Алена. Напряжение накрывает с головой. Встать мешает рука мужчины.

— Тише, малыш, — поглаживает по спине, целует в плечо и кладет телефон рядом с моим лицом на стол.

— Алло, — произносит Марк, и Ален, сжимая плечо, резко входит на всю длину.

— Боже, — зажмуриваюсь.

Вот же…

Ален сжимает волосы и тянет на себя.

— Зоя, — Марк сладко произносит мое имя. — И чем же ты сейчас занимаешься?

— Марк, отключись, — прошу из последних сил.

Стол тарабанит о стенку, и раздающийся треск слышится словно издалека.

— Шлепни ее от меня, — хрипло говорит Марк и часто дышит.

Он что там, дрочит?

От этой мысли бросает в жар, а Ален послушно шлепает и протяжно стонет, вбиваясь в меня.

— Да-а, — в голосе Марка слышится удовлетворение. — Тебе нравится, Зоя? Как же я хочу быть рядом. Сто процентов твоя попка сейчас красная от шлепков. Наверное, завтра тебе будет некомфортно сидеть, — рассуждает, пока я постанываю от резких переходов быстрого темпа к медленному. — Если бы я сейчас был рядом, то трахнул бы твой рот. Поцеловал тебя. Или ты предпочитаешь двойное проникновение? Тебе нравится анальный секс, Зоя? Ты хоть раз кончала от него? А может, ты хочешь ощутить в своей киске сразу два члена, малыш? Только представь, как мы наполним тебя. Ты будешь визжать от кайфа.

— Заткнись, — зажмуриваюсь, приоткрывая рот.

— Я чувствую, как она близка, — говорит Ален

Его пальцы кружат возле клитора.

— Давай, малыш, кончай, я хочу услышать это.

Что? А больше он ничего не хочет? Хотя глупый вопрос, конечно хочет и много чего.

— Чокнутые, — тихо произношу.

Нет сил больше сдерживаться.

Оргазм подталкивает в пропасть. Вздрагиваю, и Ален кончает следом. Навалившись на меня, целует в плечо.

— Вот так, — слышу, словно сквозь вату, стон Марка.

Дальше все происходит стремительно. Звук открывающейся двери и второй треск. Стол падает, вместе с ним и мы. Падают баночка с сахаром, вазочка с вареньем, кружки.

Я в шоке смотрю на охеревшую Марину, стоящую в дверях кухни.

— Что там у вас произошло? — спрашивает Марк.

Марина приподнимает бровь. Ален, прикрываясь мной, сбрасывает вызов.

— Ты же на работе должна быть, — бормочу, прикидывая, что сказать.

— Должна, — повторяет и отводит взгляд в сторону. — Черт, Попкович, какого хрена?

— Тебе показать? Я могу отодвинуться, чтобы ты рассмотрела, — хмыкнула.

Ален уже там отошел и тихо смеется в волосы.

— Зоя!

От смущенной подруги и след простыл.

— Ален Александрович, — произношу, прокашливаясь.

— Да, Зоя Аркадьевна, — подхватывает босс.

— С Вас новый стол!

Глава 10

— Знаешь, у меня такое чувство, что если я оставлю тебя хоть на минуту, ты себя накрутишь, — шептал, когда мы стояли в прихожей.

— Ален, иди, хватит меня обрабатывать, — так же отвечаю шепотом, посматривая на комнату Марины.

— Я не обрабатываю, — прижал крепче к себе. — Я не могу оторваться от тебя. Ты так вкусно пахнешь, так сладко.

Вновь поцелуй наполнен страстью и жадностью.

— Поехали со мной.

— Ага, дай угадаю, к Марку?

— Даже если и к Марку, разве ты против?

— Ты и сам знаешь, что я не против.

— Тогда в чем проблема?

— Я боюсь, что мне понравится, — признаюсь, тая от ласковых прикосновений к лицу.

— Глупышка, — нежно улыбается и целует в кончик носа.

— Да Боже мой! — громко произносит Марина, возвращаясь к себе в комнату.

— Тебе нужно идти, — отстраняюсь.