Здравствуй, папа! (СИ) - Борн Амелия

- Хочешь, подойдем и сфотографируемся? - предложил я, не скрывая улыбки при виде неподдельного восторга дочери.

- Ой, я по-английски только несколько слов знаю, - смутилась дочь.

- Ничего, он тебя поймет, - пообещал я.

Заполучив заветную фотографию на память с самым знаменитым мышонком в мире, мы двинулись дальше. Кинув взгляд искоса на шагающую рядом Аню, я усмехнулся:

- Нужно подарить нашей маме костюм Минни-маус. По-моему, ей очень пойдут ушки.

- Точно, - кивнула Лера. - А я хочу платье, как у Русалочки! И хвостик!

Я знать не знал, что там за платье такое, но готов был скупить Лере гардероб хоть всех подряд диснеевских принцесс. И с хвостом, и без хвоста… все, что угодно, лишь бы она была счастлива. Поэтому пообещал:

- Найдем обязательно.

Радостный огонек, зажегшийся в ее глазах, был самой лучшей наградой, которую я только мог пожелать.

- Васнецов, ты ли это? - окликнул меня кто-то на чистом русском и я, повертев головой по сторонам, обнаружил спешащего нам навстречу Игоря Разумовского, своего старого знакомого, являющегося владельцем строительной компании. На удивление - был он при этом один. Мне показалось несколько странным, что взрослый мужик решил провести время в Диснейленде, но кто их знает, этих архитекторов, что они могут тут выискивать? Может, он таким образом черпал вдохновение или изучал местные постройки из профессионального интереса?

- Привет, - я протянул ему руку в знак приветствия и получил в ответ крепкое пожатие.

- Сто лет тебя не видел! - сказал Игорь. - И надо же, где встретились! Я решил вывезти куда-нибудь своих спиногрызов, и ты, как я вижу, тоже не скучаешь в одиночестве. Как зовут твоих очаровательных леди? - расплылся он в той неотразимой улыбке, от которой, как мне было известно, женщины перед ним штабелями падали.

- А где, прости, твои спиногрызы? - уточнил я, удивленно приподняв брови, и Разумовский, оглядевшись по сторонам, с отчаянием всплеснул руками.

- Твою же мааааать! - буквально простонал он. - Адам! Дина!

Я наблюдал, как через несколько секунд метаний среди толпы Игорь устремился туда, где двое детей пытались в этот самый момент лишить Микки-мауса его достоинства. То бишь - хвоста.

Оттащив двух юных саботажников от несчастного мыша, Разумовский вернулся к нам, тяня за собой, как буксир, двух упирающихся детей лет пяти или шести. Судя по виду - двойняшек.

- Извините, - вздохнул он. - С тех пор, как моя бывшая умотала с любовником то ли на Мальдивы, то ли на Сейшелы, чтоб ее там крокодилы съели, они стали совершенно неуправляемы!

- Хотим к маме! - дружно заныли дети.

- Да хрен ее найдешь… вашу мать, - пробормотал Игорь себе под нос. - Ну-ка поздоровайтесь! - одернул он детей.

- Здрасьте, - хмуро, но на удивление в унисон произнесли они, глядя исподлобья, как два диких звереныша.

- Привет, - улыбнулся я. - Меня зовут Роман, а это моя… Аня и моя дочь - Лера.

- Очень приятно, - снова расплылся в улыбке Разумовский. - Рад, что ты… решил начать жизнь заново, Васнецов.

- Чего и тебе желаю, - хмыкнул я.

- Ну уж нет! - в ужасе открестился Игорь. - Итак родня на меня всячески давит - мол, детям мать нужна! А я этого чудесного опыта повторять не собираюсь! Хватит с меня и двух этих маленьких монстров… черт, да где они опять?!

- Кажется, они пытаются угнать вон ту красную машинку, - подсказала Лера и Игорь, закатив глаза, быстро с нами распрощался, побежав спасать имущество Диснейленда.

- Твой друг? - спросила Аня как бы между делом.

- Хороший приятель скорее, - передернул я плечами. - Когда-то вращались в одних кругах.

- Понятно. Похоже, ему весьма не помешало бы нанять хорошую няню.

- Определенно, - хмыкнул в ответ. - Ну так что, куда направимся? В замок Спящей Красавицы? А может, в дом с привидениями? Или хотите почувствовать себя пиратами Карибского моря?

- Хочу все! - заявила Лера. - Но сначала давай в замок. Интересно, принцесса все еще там спит?

- Сейчас узнаем, - усмехнулся я, ведя свою маленькую семью к узнаваемому силуэту замка, списанного Диснеем с легендарного баварского Нойшвайнштайна.

Нужно будет обязательно свозить Леру и Аню в Баварию. А еще в Австрию, на лучший горнолыжный курорт. Господи, сколько же всего я хотел им показать! И как отчаянно надеялся, что успею.

Часть 25. Аня

Наши дни в США, проведенные с дочерью и Васнецовым, взаправду казались мне похищенными у судьбы. Я чувствовала себя странно. Во-первых, мне не давал покоя вопрос того, как признаться Лере в том, что она уже стала старшей сестрой. Особенно если учесть, что дочь хотела насладиться общением с отцом на все сто.

Во-вторых, мое физическое состояние вызывало тьму вопросов. То я ощущала себя так, как будто была здоровее быка, то вдруг испытывала такую слабость, что у меня возникали сомнения в том, что я в принципе останусь жива после очередного приступа.

И чем ближе становился визит к врачу, тем больший ужас сковывал меня по рукам и ногам. Я все время спрашивала себя, что стану делать, если узнаю, что ничего предпринять нельзя, и я умру в ближайшее время с нерожденным ребенком под сердцем? И это было настолько кошмарно, что я задыхалась в невозможности хоть что-то изменить.

- Мам! Ты меня слышишь? - задала вопрос дочь в десятый, должно быть, раз, когда мы сидели на балконе, наслаждаясь солнцем.

У меня даже возникло ощущение, что теперь все именно так и будет. Никаких проблем, никаких мыслей о будущем. Никакой болезни.

- Да! Конечно, я тебя слышу, - отозвалась, сдвигая темные очки на лоб. - Что-то случилось?

- А как лепить динозавра? Может, сделать ему гриву? - уточнила Лера, хмурясь и потирая в пальчиках кусок пластилина.

- Гриву динозавру? Это будет кто-то, похожий на лошадь! - хохотнула я.

- Тогда сделаем лошазавра, - решила дочь и принялась за сооружение этого чуда природы.

Я же отпила глоток молочного коктейля, и сделала глубокий вдох. Каждый раз, когда смотрела на Леру, задавала себе вопрос - правильно ли я поступила? Не стоило ли мне поставить интересы дочери над всем, что сейчас составляло мою жизнь? Лера ведь ни в чем не была виновата. Она и не знала, что именно происходит в ее окружении. Может, я сделала все не так, как должна была сделать?

И в то же время я понимала - ответов на этот вопрос у меня не имелось. И вряд ли я найду их в обозримом будущем.

- Ну, теперь впереди только анализы, - сказал Рома после того, как мы поговорили с врачом.

Тот изучил все, что мы смогли ему предоставить, и единственное, что меня напрягло - доктор хмурился, когда смотрел на бумаги, переданные ему десятью минутами ранее.

- Только анализы, - вздохнула я, ожидая, когда у меня возьмут кровь.

Легкое головокружение сейчас воспринималось так, как будто я вот-вот готова была грохнуться в обморок. Раньше бы я подобное состояние не восприняла всерьез. Наверно, зря.

- Боишься? - спросил Васнецов, и я повернулась к нему.

На лице - выражение, по которому ничего не скажешь. Губы сурово поджаты, лоб - в складках. При этом Васнецов смотрит так, словно хочет прочесть что-то, доступное лишь ему.

- Не боюсь, - соврала в ответ и, поднявшись, направилась туда, где должна была сдать кровь и узнать ответ на все мучившие меня вопросы.

- Знаешь, кого я сегодня встретила? - первым делом спросила мама, когда я набрала ее номер.

Обычно она была более сдержанной, уверенная в том, что отправила нас с Лерой на отдых, где ни дочь, ни внучку, совсем не стоит трогать.

- Кого? - лениво поинтересовалась в ответ, сидя на излюбленном месте - балконе нашего дома, откуда открывался чудесный вид.

- Тещу Ромы! Но это не главное. Она меня расспрашивала о тебе. Понимаешь?

Мое сердце сначала остановилось, а потом - забилось так быстро, что даже уши заложило.