Стелла Бэгуэлл - Младшая дочь короля

— Нет, — ответила Доминик, чуть заметно улыбнувшись.

«Если бы я полетела в Париж и прыгнула с Эйфелевой башни, — подумалось ей, — и тогда бы этот день не получился более насыщенным!»

Прюденс неодобрительно поцокала языком.

— Напрасно ты не ужинала вместе со всеми, — заметила она, вешая пальто в стенной шкаф. — Герти приготовила чудный ростбиф.

— Ужин мне принесла горничная. Я немного поела. — Поднявшись на ноги, Доминик подошла к вращающейся двери, ведущей в небольшую кухню. — А сейчас, пожалуй, выпью молока. Тебе налить?

— Ушам своим не верю — ты наконец решила чем-то поддержать силы! — фыркнула Прюденс.

Доминик в ответ скорчила гримасу. Она любила молодую фрейлину, как сестру, и жалела, что в последние дни докучает ей своей мрачностью и унынием. Остается лишь надеяться, что Прюденс, когда узнает правду, поймет принцессу и не осудит ее слишком строго.

— Да, сегодня мне получше.

Это правда, думала она, доставая из холодильника кувшин молока. В первый раз со дня приезда в Эдембург мир вокруг нее обрел устойчивость. И благодарить за это следует Маркуса. Он не просто ее друг и защитник, не просто человек, на которого можно положиться. Не просто предмет первой девичьей влюбленности. Она его любит.

Это внезапное озарение поразило ее, словно вспышка света в темной комнате.

Захлопнув дверцу, она начала разливать молоко по чашкам. Мысли ее блуждали в лабиринте недоумений и тревог. Что делать? Признаться Маркусу в своих чувствах? Едва ли он поверит. Несколько встреч, один поцелуй... разве этого довольно, чтобы полюбить? Маркус не поймет, что Доминик четыре года пыталась подавить в себе любовь к нему, но та, затаившись, лишь ждала подходящего момента, чтобы воскреснуть вновь.

Не подозревая о мыслях принцессы, Прюденс взяла кувшин у нее из рук.

— Дай-ка мне, а то, того гляди, прольешь.

Залившись краской, Доминик тряхнула головой.

— Извини. Я просто задумалась.

— Это понятно, — заметила Прюденс. — Об отце? Полиция узнала что-то новое?

— Нет, — быстро ответила Доминик и перевела разговор на другое: — Как прошел вечер?

Прюденс закатила глаза.

— На редкость тоскливо. Пришлось два часа выслушивать излияния о рыбалке, игре в гольф и радостях торговли страховыми полисами.

Доминик невольно улыбнулась.

— Где ты вообще откопала этого парня?

— В бизнес-школе, где я училась, пока ты была в колледже. Я согласилась с ним встретиться, потому что не хотела его обижать.

— Лучше сейчас, чем потом.

Прюденс энергично закивала.

— Поверь, в следующий раз я скажу, что очень-очень занята!

Доминик отпила молока и с облегчением заметила, что желудок не протестует.

— Сегодня у меня был гость, — заметила она.

— Правда? — оживилась Прюденс. — Кто? Твоя сестра?

Доминик покачала головой, чувствуя, как губы сами собой изгибаются в дурацкой сияющей улыбке. Однако она вовремя подавила желание заулыбаться. Ни к чему Прюденс знать, как обрадовал ее визит советника.

— Нет, Маркус Кент.

Прюденс вздернула брови.

— Вот как? И о чем же вы говорили? О катастрофе?

— Да нет, об этом речь не заходила.

Доминик почти видела, как крутятся шестеренки в мозгах у подруги.

— Мне казалось, в последние две недели никто ни о чем другом и не говорит. Хорошо, о чем же шла речь?

«Не в разговорах дело», — подумала Доминик. Однако она понимала, что ни за что не расскажет фрейлине о поцелуе. Этим восхитительным воспоминанием она не могла делиться даже с лучшей подругой.

— Да ни о чем особенном, — пробормотала она, уставившись в пол. — Он зашел узнать, как я поживаю.

— А, понятно. Исполнял свой долг.

— Возможно. Маркус очень серьезно относится к своим обязанностям.

— Ясно-ясно... — протянула Прюденс, не спуская с подруги испытующего взгляда.

Доминик сердито нахмурилась.

— Если ты воображаешь, что Маркус относится ко мне как-то по-особенному, то очень заблуждаешься! Его брак кончился катастрофой, и теперь он сторонится женщин.

Прюденс только усмехнулась в ответ.

— Чему ты улыбаешься? — почти рявкнула Доминик. — Что здесь смешного?

— Интересно получается, — проговорила подруга. — Неделю назад, вернувшись с прогулки с Маркусом, ты горько рыдала — а теперь, поговорив с ним, сияешь от счастья. Знаешь что, Доминик? Ты, конечно, горюешь по отцу, но дело не в этом. Ты любишь Маркуса Кента!

На следующее утро, спускаясь по лестнице в восточном крыле дворца, Доминик едва не врезалась в Маркуса, шедшего навстречу.

— Доминик! — Он подхватил ее под локоть, удержав от падения. — Что вы делаете в этом крыле? — удивленно спросил Маркус, быстрым взглядом окидывая ее наряд — просторный желтый свитер и бежевые брюки. — Куда-то собрались?

Доминик робко улыбнулась в ответ. Интересно, подумалось ей, Маркус тоже полночи не спал, занятый мыслями о вчерашнем поцелуе? Но тут же Доминик одернула себя. Маркус — не наивный мальчик, он мужчина, а мужчины не предаются романтическим мечтам; они просто наслаждаются минутным удовольствием, а потом о нем забывают.

— Хочу погулять в саду — объяснила она. — А по замку прошлась, чтобы размять ноги.

Не выпуская ее руки, он поднялся на ступеньку выше и стал к ней вплотную. Взволнованная его близостью, Доминик тщетно старалась не замечать, каким высоким и властным выглядит он в строгом черном костюме, как лениво скользят по ее лицу его золотистые глаза.

— Сегодня вы выглядите куда лучше. Смотрите-ка, румянец на щеках!

«Это от смущения», — мысленно ответила Доминик. Вчера Прюденс с первого взгляда угадала, что ее подруга влюблена в Маркуса, и теперь Доминик страшилась, что по лицу любой сможет догадаться о ее чувствах.

Прошлым вечером она до хрипоты спорила с Прюденс, отрицая ее догадку. Но теперь, стоило бросить взгляд на Маркуса — и сердце расплавилось от жгучего желания снова прикоснуться к нему, ощутить на щеке его теплое дыхание, вновь познать чувственное волшебство его поцелуя.

Глубоко вздохнув, Доминик поправила коричневый шарф, которым перехватила волосы.

— Спасибо. Мне и в самом деле лучше.

Маркус огляделся кругом, словно желая удостовериться, что их не подслушивают.

— Хорошо, что я вас встретил, — заговорил он. — Я собирался позвонить вам из своего кабинета.

Сердце ее забилось в предчувствии чего-то важного.

— Вот как? Зачем?

— Хочу попросить вас сегодня со мной поужинать.

Поужинать с Маркусом? Да они даже выпить кофе в таверне не смогли без того, чтобы не поссориться! Что же будет за ужином? И как сможет Доминик провести несколько часов с ним за одним столом, не признавшись в чувствах, переполняющих ее сердце?