Кэтрин Куксон - Слепые жернова

– Что случилось? Что он теперь натворил?

Сара отвернулась от сестры и, закрыв лицо руками, привалилась к двери.

– В чем дело, Сара? – не унималась Филис. – Что тебе наговорили?

Не убирая рук от лица, Сара пролепетала:

– Моя бессмертная душа… Он сказал…

– Боже! – Можно было подумать, что умудренная женщина вразумляет безмозглую девчонку. – Не будь дурочкой, Сара, не бойся ты этой пустой болтовни! Бессмертная душа! Скажи ему, чтобы он забрал ее и засунул себе в… И бессмертную душу нашего папаши пускай засунет туда же. Головой ручаюсь, не стань отец О'Малли священником, он был бы точь-в-точь как Пат Бредли.

– Тсс! Не говори таких вещей, тем более про священников!

– Знаешь, Сара, – снова зашептала Филис, – я думала, что у тебя есть голова на плечах. Неужели ты способна теперь отказаться от него?

– Нет! – Сара села на кровать, сорвала с головы шляпку и метнула ее в угол комнаты, приговаривая: – Не готова, не готова! Дэвид не примет католичества, и точка. Он не возражает против церковного венчания, но креститься в католика отказывается. Но им меня не сломить.

– Послушай, Сара! – Филис опустилась перед сестрой на колени, схватила ее за руки, заглянула в лицо. Ее рвение говорило о большем желании помочь, чем того требовал простой родственный интерес. – Почему бы тебе не послушаться дядю, этого Дэна? Заключите гражданский брак, чтобы между вами не стояла ни баптистская часовня, на которой настаивает его мать, ни Церковь.

– Не могу… Нет. – Сара обреченно покачала головой. – Если мы просто распишемся, я не буду чувствовать себя по-настоящему замужем.

Филис села на корточки и, глядя на Сару снизу вверх, сказала:

– Знаешь, Сара, ты простушка, каких мало. Ты позволяешь играть своими чувствами то одним, то другим. А ведь ты должна думать только о Дэвиде, и больше ни о ком. Помяни мое слово, ты дождешься, что на всем твоем замужестве будет поставлен жирный крест.

– Мне ничто не помешает выйти за него замуж. Единственное, чего я хочу, – это обвенчаться в церкви, а он против этого не возражает.

Филис долго смотрела на Сару, потом встала и отошла к окну. Окно было занавешено, но она все равно уставилась в него. До Сары донесся ее неистовый шепот:

– Я надеялась, что вы поженитесь раньше. Больше я ждать не намерена.

– Раньше? Но мы знакомы всего два месяца! Что значит «Больше я ждать не намерена»?

Сара выпрямилась на краю кровати и ухватилась за железную спинку. Назревало то, чего она давно боялась, но не хотела вспоминать, так как у нее самой хватало причин для волнения.

– Филис! Не смей делать глупости!

– Смотря что называть глупостями. Ты не пыжься.

Сара подскочила к сестре, развернула ее и заглянула ей в лицо.

– Не собираешься же ты жить…

– Собираюсь. Только сначала я выйду за него замуж. Я могла бы это сделать уже месяц назад, но все ждала, все думала, что ты сделаешь решительный шаг, перестанешь быть мячиком, который все пинают…

– Но, Филис, это немыслимо! Ты не можешь уйти жить к арабам. – Она не могла заставить себя произнести «жить с арабом, стать женой араба».

– Знаешь, что я тебе на это скажу? – Филис не кричала, а неторопливо цедила слова. – Если бы хоть половина наших соседей были такими же достойными людьми, как арабы… Не все арабы, конечно, я не дура!… Если их сравнить, то наши окажутся в проигрыше.

– Разве умно вредить самой себе, чтобы досадить другому? – взмолилась Сара. – Ты же знаешь, что с тобой будет, если ты ради того, чтобы досадить ему, уйдешь туда…

Филис вырвалась и спокойно ответила:

– Сначала я действительно мечтала только о мести, но это в прошлом. Мне нравится Али, он даст мне жилье, и неплохое, деньги. – Она вскинула голову. – Его отец содержит пансион с питанием, а Али ему помогает. Настанет день, когда дело перейдет к нему, и не только оно. Его отец – видный человек среди них, а у них есть свой табель о рангах… Понимаешь, отец Али и многие тамошние не больно счастливы, что Али собрался на мне жениться. Раньше я думала, что все смотрят на них как на отбросы, даже наши жалкие соседи. А оказывается, у них есть собственное представление об отбросах, и мы – первые в том списке. Только в самые последние дни я лишилась иллюзий на этот счет.

– Он все равно не позволит. – Грудь Сары вздымалась так же прерывисто, как несколько минут назад, когда она преодолела отвесный подъем на второй этаж. – Он заявит в полицию.

– Пускай заявляет, куда хочет. Ну его к черту!

– Не бранись, Филис!

– В общем, пускай хоть на уши становится. Когда все будет оформлено честь по чести, ему останется только кусать локти. На прошлой неделе мне исполнилось восемнадцать лет, к тому же я знаю его натуру. Это будет такой пощечиной по его гнусной роже, что он даже не сможет утереться, а спрячется за мамину спину.

– Значит, твоя главная цель – все-таки досадить ему!

– Нет, говорю же тебе! Но я то и дело слышу его голос: «Чтобы я еще занимался этой шлюхой?!» – Филис подняла глаза к низкому потолку, криво усмехнулась и мечтательно произнесла: – Разве не здорово – заделаться шлюхой и сбежать отсюда, от него, вообще от всего?!

Сара опять села. Ей было нехорошо, она боялась, что ее сейчас стошнит. Это будет конец – ее конец. Филис уйдет, а она останется: стоит матери Дэвида прослышать, что ее сестра ушла в Костерфайн-Таун и спуталась с арабом, даже если она выйдет за него замуж, и никакого Дэвида ей не видать.

Миссис Хетерингтон и без того вела себя в последнее время как-то странно, холодно. Ей очень хотелось, чтобы сын сочетался браком в баптистской часовне. В последние недели Сара сумела разобраться, что представляет собой мать Дэвида. Это была властная, гордая женщина, оберегающая честь своей семьи, кичащаяся тем, что они живут в хорошем месте, в лучшем доме – единственном, который не был поделен надвое. Когда Саре стал понятен характер будущей свекрови, то это – вместе с ее решимостью не допустить брака Дэвида и бедняжки Эйлин – превратило ее в глазах Сары в сверхъестественно могучую женщину. Теперь Сара не сомневалась, что, не пожелай миссис Хетерингтон появления альтернативы нежелательной невесте, Сара бы ни за что не переступила порога ее дома.

Она развернулась, бросилась к сестре и взмолилась, вкладывая в эту мольбу всю душу:

– Подожди, пока я выйду замуж, Филис! Подожди!

– Я уже достаточно ждала, Сара. Начало у вас было такое поспешное, и я решила, что и дальше все пойдет так же стремительно и ты быстро выскочишь замуж. Помнишь, как все начиналось?

Сара покачала головой.

– Больше я ждать не могу – тому есть причина. Я… В следующий понедельник я уйду из дому. Все уже решено. Я выхожу замуж.