Фрэнсин Паскаль - Новенькая

Но у миссис Уэйкфилд были плохие новости.

– Очень жаль, – объявила она, входя в гостиную, – но у виновницы торжества нет настроения для вечеринки.

– Что?..

Шум затих, ребята переглянулись. Выходит, они старались напрасно?

– Я только что разговаривала с мистером Деннисом. Он не против, чтобы Брук пошла к нам. Поэтому сказал ей, что хочет сегодня обсудить дизайн дома, и попросил ее участвовать. Но Брук отказалась.

– Но, мама, – Джессика чуть не плакала, – она просто обязана прийти!

– Видимо, ваш трюк оказался слишком злым. – Миссис Уэйкфилд вздохнула. – Брук сказала отцу, что никогда в жизни больше не захочет видеть вас с Элизабет.

11

Ребята растерянно молчали. Тогда Элизабет приняла решение:

– Брук не хочет идти к нам. Что ж, мы сами пойдем к ней. – Быстро сбегав на второй этаж, она вернулась в гостиную, схватила Джессику за руку и потащила к выходу.

– Давай, давай, сестричка, у нас много дел. – У дверей Элизабет обернулась. – Не расходитесь, мы вернемся и приведем почетную гостью.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – жалобно пролепетала Джессика, когда они выбежали на главную дорогу.

Вдруг она резко остановилась.

– Эй, куда это мы! Брук живет в другой стороне!

– Знаю. – Элизабет продолжала путь. – Мы к миссис Брэймбл.

Миссис Брэймбл была хозяйкой коккер-спаниеля, с которым Джессика гуляла в день своей первой встречи с Брук. Старушка любила сестер, и девочки часто приходили к ней поболтать за чашкой чая. Но чем она могла помочь сейчас? Джессика недоумевала.

– Если мы хотим добиться у Брук прощения, надо придумать что-нибудь необычное, – объяснила Элизабет. – У меня есть план. Посмотри-ка! – Она вытащила из кармана три маленьких блестящих бантика, точь-в-точь какие носила Дженифер.

– Двух Дженифер Брук уже ненавидит. Думаешь, она будет любить трех? И разве миссис Брэймбл наденет такой легкомысленный бантик?

– Бант не для нее, а для Салли.

Это еще больше сбило с толку Джессику. Зачем собаке бантик? Тем временем они добрались до дома миссис Брэймбл, и Элизабет, увидев старушку, сразу попросила „одолжить" им Салли.

Вскоре все трое были на пути к дому Брук. Вид двух белокурых девочек, похожих друг на друга как две капли воды, и толстой лохматой собаки привлекал всеобщее внимание. Картину дополняли три одинаковых бантика, повязанных у каждой из них. Это было настолько забавно, что даже Брук не смогла сдержать улыбку, когда открыла дверь. Но улыбка тут же погасла, и Брук хмуро взглянула на девочек.

– Можете не рассчитывать, что я приглашу вас войти. Снова быть посмешищем не собираюсь, – сказала она вызывающе.

– Все правильно, Брук, – кивнула Элизабет. – На твоем месте я поступила бы так же. – Она заставила Салли сесть и намотала поводок на руку, чтобы собака не вскочила. – Мы пришли сказать, что были не правы и хотим загладить вину, если ты позволишь.

Джессика заметила, как из холла ей дружески подмигнул мистер Деннис. Теперь-то, наверное, он будет больше времени уделять дочери.

– Брук, пожалуйста! – умоляюще произнесла Джессика. – Выслушай нас. Честное слово, мы хотим начать все сначала.

– Правда, – поддержала Элизабет. – Помнишь, когда ты впервые увидела Джессику и Салли и подумала, что у Джессики есть все? Даже собака, которая совсем не похожа на декоративных собачек твоей мамы.

Тень печали пробежала по лицу Брук.

– Знаешь, иногда все выглядит не так, как есть на самом деле. – Элизабет наклонилась, чтобы погладить Салли и поправить съехавший бант.

Салли лизнула Элизабет в лицо, потом принялась за ноги Брук. Сейчас девочка и не пыталась ее отпихнуть. Напротив, она присела и погладила старую рыжую собаку по голове.

– Это не наша собака. Я иногда гуляю с ней, когда хозяйка, старушка с улицы Шеди, уезжает к родственникам, – сказала Джессика. – Но самое главное, наше первое впечатление о тебе тоже было неверным.

Брук удивленно подняла глаза:

– Что ты хочешь этим сказать, Элизабет?

– Я Джессика. Тогда, на улице, ты показалась мне страшно грубой и противной девчонкой. Я решила, что мы никогда не подружимся. – Джессика смущенно улыбнулась Брук. – Твои роскошные наряды, знаменитый папа, красивый дом… Ничего этого у меня нет.

– Как ты можешь говорить такое? – изумилась Брук. – Это у тебя есть все: мама, которая тебя любит, отец, который всегда дома, никуда не уезжает! И в школе тобой все восхищаются. Чего же еще желать?

Мистер Деннис подошел к дочери и нежно обнял ее за плечи.

– Похоже, вы друг друга не поняли. – Он покачал головой. – И не только вы. Мне очень хотелось, чтобы ты ни в чем не нуждалась, Брук. И я забыл, что живу не только для тебя, но и с тобой. – Он взъерошил тщательно уложенные волосы дочери. – Я даже забыл сказать, как сильно тебя любит мама.

Брук обернулась к нему с надеждой в глазах.

– О чем ты? Мама же уехала от нас.

– Да, уехала. Ты ведь понимаешь: чтобы начать новую жизнь, нужно время! Но этим летом мама собирается навестить нас. Хотела сделать сюрприз и просила держать это в секрете. – Он взял дочь за руку и пригласил всех в гостиную. – И все-таки я решил рассказать. Думаю, в последнее время сюрпризов было достаточно.

– Почти достаточно, – засмеялась счастливо Джессика. – Остался еще один.

– Если пойдешь с нами, – добавила Элизабет и улыбнулась так приветливо, что даже Брук не усомнилась в ее искренности.

– Хорошо, Джессика, уговорила, – сказала она. – Только пусть папа пойдет со мной. И обещайте, – Брук лукаво подмигнула, – что мне достанется крепкий стул.

– Я Элизабет. Мы согласны на любые условия.

– Когда, наконец, научусь вас различать? – весело спросила Брук, переводя взгляд с одной сестры на другую.

– Мы и сами запутались, – со смехом призналась Джессика. – Эта кутерьма с тройняшками ужасно утомительна. Так хорошо быть самой собой!

В доме Уэйкфилдов Кэролайн Пирс выглядывала из-за штор на улицу. Заметив приближающихся сестер, Брук и ее отца, она закричала:

– Быстро! Всем спрятаться!

Элизабет и Джессика пригласили гостей войти. Дом казался безлюдным. Но стоило им перешагнуть порог гостиной, как отовсюду выскочили ребята с громкими криками:

– Сюр-приз! Сюр-приз!

Взволнованная, Брук стояла в кругу новых друзей и растерянно улыбалась.

– Даже не знаю, что сказать. – Она подняла красное от смущения лицо и принялась разглядывать убранство комнаты.

Затем сделала несколько шагов к столику с тортом.

– Не бойся, – заверил ее Чарли. – Не взорвется. – Он дурашливо поклонился и подал нож. – Только режь его сейчас же, не то мы сами взорвемся.