Джулия Фэнтон - Великосветский прием

– Я не знала, что так получится, – сдавленно прошептала Джетта. – Честное слово, не знала.

Что они могли на это ответить? Что Джетта, самая неугомонная из них, затеяла эту поездку? Что она сама за это горько поплатилась?

– Мы тебе верим, – помолчав, сказала Александра.

– Что же теперь будет? – причитала Мэри-Ли. – Как мы вернемся в школу?

– У нас нет выбора, – медленно произнесла Александра. Перед отъездом они сочинили, что отправляются проведать тетушку Александры, которая якобы как раз в это время прилетела в Лондон. Теперь этот предлог казался наивным и неправдоподобным. – Но думаю, нам нужно принести клятву. Давайте возьмемся за руки.

Они сжали друг другу пальцы.

– Клянемся никогда и никому не рассказывать о том, что с нами случилось прошлой ночью, – произнесла Александра.

– Никогда и никому, – эхом повторила Мэри-Ли. – Если мы проговоримся, то можно ставить крест на своем будущем.

Они молчали, обдумывая эти пугающие слова. У каждой были совершенно определенные планы на будущее. Александра должна была вернуться в Бостон, где ей предстоял дебют в свете, а потом собиралась поступить в Вассар, один из лучших женских колледжей Америки. В этом же колледже мечтала учиться и Мэри-Ли. Джетту ждал Беверли-Хиллз; она была полна решимости «добиться в чем-нибудь потрясающих успехов». Но если хоть один из тех молодых аристократов проговорится...

– И никогда не бросим друг друга, – добавила Джетта, – как вы меня не бросили в беде. Где бы мы ни были, чем бы ни занимались, за кого бы ни вышли замуж, что бы с нами ни случилось... достаточно будет позвать – и мы придем друг другу на помощь.

Они все еще держались за руки.

– Клянемся? – спросила наконец Александра дрогнувшим голосом.

– Постойте! – воскликнула Джетта; к ней мало-помалу возвращалась природная живость. – На словах – не считается. Надо клясться на крови. У кого есть булавка?

Мэри-Ли отколола от платья брошку. Каждая из них уколола подушечку указательного пальца и выдавила красную каплю. Они прижали друг к другу эти маленькие ранки и ощутили невидимую нить, которая связала их как кровное родство.

– Вот так, – удовлетворенно сказала Джетта. – Это настоящая клятва – навек!

Почему-то она расплакалась. В следующую минуту у Александры по щекам тоже побежали слезы. Мэри-Ли густо покраснела и крепко сжала их руки. Она одна не проронила ни слезинки.

III

АЛЕКСАНДРА, 1989

Подруги юности, думала Александра, ставя на место маленькую выцветшую фотографию. Что мы без дружеского участия и поддержки? Муж может отдалиться, уйти с головой в дела; брак может оказаться шатким. Но старая дружба всегда остается с тобой.

Одиннадцать лет минуло с того дня, когда они связали себя клятвой. Мысль о подругах согревала сердце Александры. На Джетту и Мэри-Ли всегда можно было рассчитывать.

И на Диану. Хотя их разделяли долгие годы и многие мили, Диана была ей по-прежнему дорога.

Повинуясь порыву, Александра сняла трубку и набрала приватный номер, который сообщила ей Диана. Из-за разницы во времени между Чикаго и Англией в Лондоне сейчас было девять часов вечера.

– Алло! Это Диана. Я вас слушаю, – раздался знакомый голос. Где-то рядом звучал женский смех.

– Диана! Это Александра.

– О, Александра, как хорошо! – искренне обрадовалась Диана. – Я как раз думала о тебе и о нашей предстоящей встрече.

– Я решила, что надо тебе позвонить. Подготовка идет полным ходом!

– Чудесно, – сказала принцесса своим мягким, теплым голосом. – Александра, мне не терпится узнать, кого из знаменитостей ты пригласила. Мне так нравятся Дон Джонсон и Мелани Гриффит. Она прекрасно сыграла в фильме «Рабочая девушка». А Фил Коллинз из группы «Дженезис»? Да, кстати, а Джоан Коллинз? Я записываю все ее программы, – зачастила она. – В ней столько шика, правда? Она, между прочим, пользуется услугами Брюса Олдфилда, одного из моих модельеров – ну, ты знаешь. Если ты ее еще не включила в список, непременно пошли ей приглашение, очень тебя прошу.

Александру всегда покоряла удивительная теплота Дианы. Ее не охладило ни безжалостное внимание прессы, ни бульварные сплетни, ни бесчисленные протокольные мероприятия.

Они еще поговорили о кинозвездах, которых Диана жаждала увидеть на предстоящем приеме. Потом Диана сказала:

– Александра, ты не представляешь, как мне приятно с тобой поболтать. Мы так давно не виделись! Скажи, не могли бы вы с Ричардом прилететь к нам в гости, в Хайгроув? В конце недели мы обычно сбегаем из Кенсингтона. Чарлз терпеть не может Лондон. А в Хайгроуве такая красота в это время года! И потом, как ты знаешь, в следующие выходные состоятся скачки в Эскоте. Не забудь захватить шляпку – туда непременно надо являться в шляпке.

Александра затаила дыхание от восторга. Но нет, сейчас она не может оставить детей. Это просто немыслимо. Диана словно читала ее мысли:

– Привози с собой детей. Они здесь поиграют – Уилс и Гарри будут счастливы. Можно будет устроить для них детский праздник. Александра, это будет так здорово!

Диана уточнила, что секретарша Александры должна связаться с дворцовой фрейлиной и сообщить, сколько сопровождающих прибудет с Коксами в Англию. Предполагалось, что Александра с семьей погостит у Дианы дней пять-шесть.

Повесив трубку, Александра мечтательно задумалась. Подумать только, она будет представлена королеве! Что полагается надевать в таких случаях? Надо ли делать реверанс или можно, по примеру Нэнси Рейган, обойтись и без этого?

Приглашение было как нельзя более своевременным. Дети будут недосягаемы для любых провокаций, а к моменту их возвращения уже будут приняты все меры безопасности.

Выйдя из кабинета, она прошла по коридору в детскую. Когда отделывали эту комнату, Александра дала волю фантазии. Сюда свободно лился солнечный свет, на полу лежал зеленый ковер, а стены были расписаны тропическими лианами и диковинными зверюшками.

– Мама, смотри, я рисую пришельца! – радостно сообщил шестилетний Трип, бросаясь ей навстречу. – Видишь, какой он большой, занимает целый лист, а сзади у него разрушительные крылья.

Александра похвалила несусветное творение сына, навеянное утренним мультфильмом.

– Я тоже рисую такого пришельца. – Эндрю, как всегда, обезьянничал.

– А я рисую девочку, – гордо объявила Стефани.

Гувернантка, Элизабет Клиффорд-Браун, с достоинством поднялась навстречу Александре. Ее открытое лицо обрамляли коротко стриженные каштановые волосы. У нее был безупречный послужной список. В молодости она получила профессию медсестры в колледже при клинике св. Варфоломея в Лондоне, затем несколько лет служила у принцессы Кентской и помогала воспитывать двух ее детей: лорда Фредерика и леди Габриэлу.