Норма Клейн - Любовь и «каннибалы»

Вопль застрял в горле у Эйджи. Держа в руке свою металлическую дубинку, она следила за дракой. Блеснул нож, раздался страшный хруст зубов, по которым заехал кулак, и звон клинка об асфальт. Потом грабитель растаял в темноте, а они с Олафом вновь остались одни, как несколько секунд назад.

Стивенсон обернулся к ней. Он даже не запыхался, только глаза засверкали колючим блеском.

— Что это было?

— Вы идиот! — вполголоса произнесла она. Говорить громче ей мешал ком в горле.— Не могли придумать ничего лучше, чем бросаться на типа, вооруженного ножом? Он мог убить вас!

— Не люблю расставаться с бумажником.— Он бросил взгляд на металлическую штуковину в ее руке.— Что это?

— Мое оружие.— Разочарованная тем, что ей не пришлось им воспользоваться, она сунула его обратно в сумку.— Я бы расквасила ему морду, если бы не вы!

— В следующий раз я буду держаться в сторонке и предоставлю вам такую возможность.— Тут он увидел на запястье струйку крови и довольно беззлобно выругался.— Кажется, он оставил на мне метку...

Она побледнела как полотно.

— У вас кровь течет...

— Да, это его работа.— Он с досадой сунул палец в прореху на рукаве.— Я купил этот свитер в свой последний поход на Мальту. Будь он проклят!

Сузив глаза, он посмотрел на улицу. Казалось, попадись ему в руки этот негодяй, он заставил бы его заплатить не за рану, а за испорченную одежду, с которой связаны трогательные воспоминания.

— Дайте посмотреть.— Она задрала ему рукав и дрожащими пальцами принялась ощупывать длинный, но неглубокий порез.— Идиот! — повторила она и полезла в сумку за ключами.— Пойдемте со мной, я перевяжу вам руку. Не могу поверить, что вы оказались способны на такую глупость.

— Это дело принципа...— начал было Олаф, но она перебила его длинной тирадой по-литовски и принялась вставлять ключ в замочную скважину.

Она придерживала его, пока не привела к себе в квартиру.

— Садитесь,— скомандовала девушка и прошла в ванную.

Олаф сел и по-домашнему положил ноги на кофейный столик.

— Пожалуй, я выпил бы бренди,— громко сказал он.— Как-никак, у меня шок.

Эйджи быстро вышла обратно с бинтом и бутылочкой мыльной воды.

— Вы чувствуете слабость? — Испугавшись, она положила ладонь на его лоб.— Голова не кружится?

— Давайте проверим.— Пользуясь своим положением, Стивенсон запустил руку в ее волосы и прильнул губами к губам.— Ага,— сказал он, отпуская Эйджи.— Вот теперь полегчало...

— Глупо,— ответила она и присела, чтобы промыть ему рану.— Все могло кончиться гораздо серьезнее.

— Это и так было серьезно,— прервал он.— Ненавижу, когда кто-то тычет мне в спину ножом в то время, как я целуюсь с женщиной. Голубушка, если вы не перестанете дрожать, мне придется поделиться с вами бренди.

— Если я и дрожу, то только от злости.— Она откинула волосы и посмотрела на него в упор.— Никогда больше не делайте этого.

— Есть, сэр!

В отместку за насмешку она смазала рану йодом. Когда он скривился от боли, настал ее черед торжествовать.

— Как ребенок,— с осуждением сказала она, но затем почувствовала жалость к нему и решила прекратить эту пикировку.— Подержите ватку, пока я буду бинтовать вам руку.

Олаф следил за ее работой. Было очень приятно чувствовать прикосновение ее пальцев. Она склонилась к нему. Естественно, он не мог утерпеть и принялся покусывать ее за ухо.

Дрожь пробежала по ее спине.

— Не надо.— Отстранившись, она спустила рукав на свежую повязку.— Не будем приниматься за старое. Не здесь.

Она знала: стоит ему продолжить эту игру, и ей не выдержать.

— Я хочу вас, Эйджи.— Девушка попыталась встать, но он крепко держал ее за руку.— Я хочу любить вас.

— Я знаю, чего хотите вы. Мне надо удостовериться, что я хочу того же. Я уже говорила, что ничего не делаю не подумав. В том числе, не ложусь в постель с мужчиной под влиянием минуты. Если я уступлю желанию, которое вы во мне вызываете, то сделаю это на трезвую голову.

— Стоило мне увидеть вас, и я уже ни разу не чувствовал себя трезвым.— Он стоял рядом, но не делал попыток приблизиться. Разговор получался серьезный.— Я знаю, про парней вроде меня говорят, что у них женщина в каждом порту. Но это вранье... По крайней мере, ко мне это не относится. Не буду утверждать, что все свободное время я просиживал за книгами, но...

— Это не мое дело, и...

Выражение его глаз заставило Эйджи замолчать.

— Я пробыл на суше два года, и за это время не произошло ничего важного.— Он не очень вслушивался в свои слова, но чувствовал, что это необходимо высказать, и фразы текли сами собой.— Будь я проклят, если в моей жизни было что-нибудь похожее на то, что я испытываю к вам.

— У меня есть свои планы на будущее...— начала она, с трудом подыскивая слова.— И я не уверена, что нужно все усложнять. Нам надо и о Майкле подумать. Я предпочла бы не торопиться.

— Не торопиться...— повторил он.— Не могу обещать вам этого. Зато могу обещать другое: как только мы останемся вдвоем, я все сделаю для того, чтобы нарушить эти планы. Она в волнении стиснула руки.

— Спасибо за предупреждение, Стивенсон. Но я тоже должна предупредить вас. Мне не так легко помешать.

— Прекрасно.— Он усмехнулся и пошел к двери.— Чем труднее победа, тем почетнее. Спасибо за первую помощь, советник. Не забудьте запереть замок.

Он тихо закрыл за собой дверь и решил пойти домой пешком.

Торопиться некуда. Ему все равно не уснуть.

5

Она не избегала его. Честное слово. Она была занята, вот и все. Нагрузка в суде не позволяла каждый вечер ходить в бар Олафа и тратить время на болтовню. Нет, она не забыла свой долг. Пару раз ей удалось выкроить несколько минут, чтобы поговорить с Майклом на кухне. И если она по дороге туда и обратно не столкнулась с Олафом, это была просто случайность. Или инстинкт самосохранения.

И дома она подключила к телефону автоответчик только потому, что не хотела, чтобы ее тревожили по пустякам.

Кроме того, он сам не звонил. Все кончено.

Но ей зато удалось наладить отношения с Майклом. Тот звонил дважды. Один раз в контору, другой — домой. Она сочла его предложение сходить в кино обнадеживающим. Это не даст ему возможности снова связаться с «каннибалами» и убережет от неприятностей.

После девяноста минут автомобильных гонок и невообразимой смеси драк и приключений (фильм выбирал Майкл) они сидели в ярко освещенной пиццерии.

— О'кей, Майкл. Расскажи, как у вас дела.— В ответ он пожал плечами, но Эйджи ободряюще сжала его руку.— Ну, не молчи! В конце концов, прошло уже две недели. Как ты их провел?