Кэти Пирсон - Лучше только дома

— Ты прямо как принцесса! Вот увидишь, папа снова женится на тебе.

Впечатление слегка подпортил похожий на медузу лиловый отпечаток ладошки в черничном сиропе, который Матильда оставила у меня на заду. Но как знать, вдруг я введу новую моду? На часах уже пять минут девятого. Пора! Насчет платья не беспокойся, сироп высохнет и отчистится в два счета.

Кому: «Надежное такси», Trustytaxis.com

От: [email protected]

Тема: Ну и где вы?

Ваш телефон перманентно занят. Где мое такси? Опаздывает уже на десять минут. Сейчас же пришлите машину.

Кому: «Надежное такси», Trustytaxis.com

От: [email protected]

Тема:!!!!!!!

Где вы, дьявол вас раздери? Я опаздываю уже на двадцать минут!

Кому: «Ненадежное такси», Untrustytaxis.com

От: [email protected]

Тема: Мало не покажется

Сегодня я приглашена на ужин к премьер-министру, но уже безнадежно опоздала. По этому поводу в палату общин обязательно будет подан запрос, Чери уже вызвалась выступить от моего имени. Мы с мужем — чрезвычайно влиятельные люди. Обращаться в вашу компанию мы больше не станем никогда, а вот вы попадете в «черный список». Считаю своим долгом предупредить, что у меня имеются связи среди руководства Би-би-си и я лично позабочусь, чтобы про вас рассказали в специальном выпуске «На страже», посвященном недобросовестным таксомоторным компаниям.

Глава 5

Рак — новый жупел.

Кому: Бет, [email protected]

От: [email protected]

Тема: Полуночные бдения

Целую вечность я не бывала на поздних вечеринках: последнее время если и вставала ночью, то только к детям. Все началось с катастрофы — вызванное такси так и не приехало. Сцепив зубы, я нырнула в метро (да-да, не смейся), поэтому опоздала и вконец издергалась. Я заранее решила, что о своей болезни умолчу — кому она интересна? Но с другой стороны, о чем мне тогда говорить? Когда работаешь, общаешься не задумываясь — это просто образ жизни. Но сегодня я вдруг очутилась на границе двух чуждых миров и поняла, что здесь даже пустяковый треп требует от меня колоссальных умственных усилий. С ужасом обнаружив, что успела заржаветь и обрасти мхом, я призвала на помощь испытанные тактические уловки. Раньше, когда я чувствовала себя не в своей тарелке, я подражала кому-нибудь из своих кумиров. А сегодня Линдсей Дункан меня подвел. Надо было вести себя, как Кейт Уинслет.

Повсюду мелькали знакомые лица. «Дот, дорогуша!», пара воздушных поцелуев, объятие, напоминающее тиски, — и я попалась в когти к Никки.

— Добро пожаловать в цивилизованное общество, — произнесла она, подозрительно разглядывая мое платье (пардон, твое платье). — «Гоуст», коллекция 1983 года? — съязвила она.

— Без понятия, — отозвалась я. — Скорее коллекция «От подруги», одолжено в 2002-м.

Алекс помахал мне от барной стойки, но я решила сначала собраться с духом, а уж потом начать пробиваться к нему через бурлящую толпу продюсеров, актеров и ассистентов.

Никки продолжала:

— Напрасно ты отказалась от «Унитазов». Проект обещает быть интересным, только что Джордж Майкл дал согласие на интервью.

— Замечательно, — воодушевленно отозвалась я. — Пока я еще не готова к работе, но все-таки имей меня в виду. — Я изо всех сил притворялась беззаботной и веселой.

К нам направлялся глава отдела комедийных передач Том Хупер.

— А, привет, Дот, все такая же милашка! Давненько не виделись. Что интересного у тебя в работе?

— Мои дети, — ответила я.

— Да-да, все передачи — наши дети, — с готовностью подтвердил он.

— Нет, ты не понял. Я бросила работу и теперь сижу дома с двумя дочерьми.

Он оторопел, словно у него в голове не укладывалось, как это я могу не работать.

— Значит, ушла на вольные хлеба, а дело не заладилось? Загляни ко мне. У тебя бывают интересные идеи… пусть и нетрадиционные… Перекусим вдвоем, а может, завалимся на вечер в клуб. — И он целеустремленно ввинтился в толпу.

— Похотливая тварь, — фыркнула Никки.

— Как Ричард? — осведомилась я.

Она засмеялась.

— Уместный вопрос. Мы не виделись уже несколько месяцев. Думаю, рано или поздно мы все-таки разведемся — пока просто не хватает времени.

— С Делиссой сработались? — изображая вежливое равнодушие, спросила я.

— Дорогуша, твоя мать — сокровище! Не знаю, как благодарить тебя за нее. Подумываю отправить ее на выезд со съемочной группой. Она все схватывает на лету и всецело предана работе. Даже решила повременить с дипломом по испанскому, пока не втянется в ритм… О, смотри — Марк Томпсон! Пойду посплетничаю. Увидимся.

Встревоженный голос окликнул меня по имени. Обернувшись, я увидела Дженет Кларк из отдела рекламы, любезную и доброжелательную, как всегда.

— Дороти! — Она вцепилась в мою руку. — Ну, как ты?

Когда собеседница сочувственно склоняет голову набок — жди беды.

— Выглядишь потрясающе. С трудом верится, что ты пережила настоящий кошмар. Какая ты смелая!

— Да нет, не особенно, — промямлила я, — так получилось. Как-то само вышло. А у тебя как дела? — попыталась я сменить тему.

— Не так скверно, как у тебя, но маме в последнее время нездоровится. Говорят, у нее начинается старческое слабоумие, а поскольку оно еще не вошло в моду, как болезнь Альцгеймера, помощи ждать неоткуда. Хорошо еще, в исследование рака груди вложили такие бешеные деньги. Надзор за распределением финансов на самом высшем уровне, даже принца Чарльза привлекли… — Она осеклась, сообразив, что ступила на опасную почву, и тревожно взглянула на меня: — Прости, я не хотела…

— Ничего страшного, — жизнерадостно отмахнулась я, незаметно пятясь к бару.

О чем бы заговорить? Болезни меня уже достали. Но Дженет вцепилась в меня мертвой хваткой. Будто считала, что я обязана сочувствовать всем товарищам по несчастью. Может, я и черствая, и нечуткая, но до угнетающих симптомов слабоумия мне нет ровным счетом никакого дела.

— Сочувствую твоей маме, но мне надо разыскать Алекса. Быларадаповидаться, — скороговоркой закончила я, собираясь улизнуть.

Но Дженет продолжала бубнить:

— Ну что ты, тебе пришлось гораздо тяжелее. Она же немолода, она уже пожила свое. И детей давным-давно вырастила.

Оказывается, существует шкала трагедий! По этой шкале рак груди имеет более высокий рейтинг, чем болезнь Альцгеймера, а самую верхнюю позицию занимает, видимо, гибель в башнях ВТЦ. Но как оценить тяжесть собственной беды по сравнению с трагедией ближнего? Я попробовала сменить тему: