Дениза Алистер - Не нужно слов

– Их несколько. Наверное, и у тебя есть собственные.

– Да, конечно. – Отвернувшись от иллюминатора, Кэтрин воззрилась на него. – Как ты думаешь, мы скоро начнем спорить?

– Довольно скоро. Давай подождем, по – крайней мере, до того, как устроимся в доме.

Марианна тоже скоро вернется в Лондон? Или ты оставила там запасной якорь?

Вдруг неприятное чувство вины темной тенью проплыло в ее душе, омрачив радость возвращения домой. Перед поездкой на гастроли она посетила мать в больнице, но этот визит был уж слишком непродолжительным. Она торопилась, хотела только убедиться, что матери сняли гипс после очередного перелома, что лицо у нее не такое худое, как в прошлое посещение. Конечно, мать стала извиняться, просить прощения и плакать, как всегда это бывало...

Она попыталась отвлечься от тяжелых мыслей.

– Нет у меня никакого запасного якоря.

– Что ты говоришь? Тогда скажи, что у тебя случилось? Она пожала плечами. Сейчас ей не хотелось чувствовать себя несчастной. – Ничего, в самом деле ничего. – В буфетной засвистел чайник, и Кэтрин улыбнулась. – Нам подают сигнал.

Фредерик встал, чтобы заварить кофе.

– Тебе черный?

Девушка кивнула с отсутствующим видом. Он принес кофе, взял свою чашку и, осторожно прихлебывая, смотрел на Кэтрин.

– Что ты делаешь? – спросила она.

– Вспоминаю.

– Не надо...

– Ты слишком многого хочешь от меня. Ведь так?

На свой вопрос он не получил ответа.

Кэтрин не вполне доверяла ему, и он это чувствовал. В этом была суть проблемы их отношений. Кэтрин сидела, как обычно, скрестив ноги и положив руки на колени. Поза ее казалась спокойной, но пальцы нервно двигались.

– Я по-прежнему хочу тебя. Ты знаешь это, правда?

Его вопрос снова остался без ответа, но он видел, как пульсирует жилка у нее на шее. Помолчав, она спокойно произнесла:

– Мы собираемся работать вместе, и лучше наши отношения не осложнять.

– Но, может быть, мы попробуем проще смотреть на вещи?

Фредерик допил кофе, прошелся по салону, сел рядом с Кэтрин и притянул ее к себе.

– Успокойся, – сказал он, когда она стала сопротивляться, – поверь мне. Я знаю, как ты устала. Когда ты станешь доверять мне, скажи? – Он повернул ее лицом к себе, чтобы она могла видеть его, и с нежностью смотрел на нее до тех пор, пока она не прильнула к его плечу и не издала глубокий вздох. Он почувствовал, что она засыпает как ребенок у него на плече. Она действительно безумно устала за время гастролей.

Фредерик бережно отнес ее на тахту, погасил свет, устроился в глубоком кресле и закурил сигарету. Время шло, он смотрел на мерцающие звезды в иллюминаторе и слушал тихое ровное дыхание девушки. Не в силах удержаться, он подошел к ней и лег рядом. Она зашевелилась, но не проснулась, когда он убрал волосы с ее щеки, только уютно прильнула к нему. Чувство глубокой нежности охватило его, и оно было сильнее его желания. Он осторожно обнял ее и спокойно уснул.

Фредерик проснулся первым, и, по привычке, его разум и тело проснулись одновременно. Рядом с ним спала Кэтрин. Она лежала, согнув колени, нежная, теплая, трогательная как дитя. За иллюминатором было серо, начинало светать. Фредерик осторожно соскользнул с тахты и встал, намереваясь приготовить кофе. Часы на руке показывали, что скоро они приземлятся. Он проголодался и с нетерпением думал о завтраке. Дорога от аэропорта до дома займет немало времени. Он вспомнил, что по дороге на Сандерленд им встретится деревенская гостиница, где хорошо покормят и подадут кофе куда лучший, чем растворимый.

Услышав, что Кэтрин шевельнулась, он подошел к проходу и смотрел, как она просыпается. Девушка застонала, перевернулась и попыталась зарыться лицом в подушку. Потом медленно, с неохотой вздохнула и открыла глаза. Фредерик с усмешкой наблюдал, как она осматривала салон, сначала без интереса, потом смущенно и наконец поняла, где находятся.

– Доброе утро, – приветствовал ее Фредерик. Она не смогла скрыть удивления, видя, что он уже встал и вполне бодр.

– Кофе... – пробормотала она и снова закрыла глаза.

– Сейчас будет, чайник уже вскипел. Как тебе спалось?

Проведя рукой по волосам, все еще сонная, она протерла глаза и села.

– Еще не знаю. Спроси меня попозже. – Кэтрин снова повалилась на тахту, свернувшись клубочком.

Фредерик орудовал в буфетной, и она слышала – он что-то говорил ей, но ее сознание еще не включилось. Поэтому она не пыталась ни понять, ни ответить.

– Вот, дорогая, – он протянул ей чашку, – глотни, и ты почувствуешь себя лучше. – Он сел с ней рядом. – У меня есть брат. Когда он просыпается, то готов укусить каждого, кто подвернется под руку.

Кэтрин попробовала кофе. Он был горячий и крепкий.

– Извини меня, Фред, просто я по утрам иногда плохо себя чувствую. Я даже не представляю, сколько сейчас времени. А бывают дни, когда я все время чувствую себя разбитой и у меня все валится из рук.

– Хорошая еда восстановит твои силы, – сказал Фредерик, допивая кофе.

– А по-моему, сон лучшее лекарство. Кажется, мы скоро приземляемся?

– Через час, как я говорил.

– Хорошо, оставшееся время я потрачу на то, чтобы окончательно проснуться. Я спала как сурок. – С этими словами она повалилась на спину и, вытянувшись, замерла. – Я плохой компаньон.

Своим поведением она снова хочет отпугнуть меня, подумал Фредерик.

– Со мной такое случается, когда я возвращаюсь с концерта. Лучше будет для нас обоих завтра отдохнуть. Как ты спал?

– Замечательно, с тобой рядом. Кэтрин открыла от удивления рот.

– Что-о-о?!

– Я сказал, что хорошо спал с тобой, здесь, на тахте. Ты так уютно прижималась ко мне.

Кэтрин видела, что он наслаждается ее реакцией. Его синие глаза смеялись.

– Ты не имел права... – начала было она.

– Я всегда мечтал стать первым мужчиной, который будет спать с тобой. Хочешь еще кофе?

Лицо Кэтрин запылало, глаза потемнели от гнева. Она вскочила. Фредерик выхватил у нее чашку с кофе, опасаясь, что она бросит ее в стену. С минуту она стояла, тяжело дыша.

– Напрасно тешишь себя такой мыслью. Ты не знаешь, со сколькими мужчинами спала я до тебя.

Очень осторожно он поставил обе чашки на стол и спокойно посмотрел на нее.

– Ты невинна сейчас так же, как в день своего рождения, Кэт. Едва ли хоть один мужчина дотронулся до тебя и тем более слился с тобой в любви.

Она взорвалась как порох.

– Ты ничего не знаешь обо мне, Фредерик Эмбридж! И это не твое дело, были у меня мужчины эти шесть лет или нет!

Он задумчиво посмотрел на нее.

– Невинности не стоит стыдиться, Кэт.

– Я не... – Она запнулась, сжав кулаки. – Ты не имел права... – Слова застряли у нее в горле, она неистово тряхнула головой и в замешательстве уставилась на него. – Пока я спала! – крикнула она.