Бекки Баркер - Рожденная летать

Взоры были устремлены на губы, головы медленно сблизились, рты приоткрылись, и губы соприкоснулись. Поцелуй получился долгим, глубоким и требовал продолжения.

Шейла почувствовала его возбуждение. Ноги у нее ослабели, дыхание стало прерывистым. Она откинула голову назад и глубоко вздохнула. Рид принялся покрывать поцелуями ее лицо и шею, и Шейла застонала от внезапной острой дрожи, одновременно охватившей обоих.

Поцелуи разжигали их страсть. Желание стало столь огромно и неуправляемо, что причиняло боль.

Шейла выскользнула из его объятий.

Итак, они переступили некую черту в своих отношениях, но пока ничего серьезного не произошло.

Рид подумал, что Шейла так ничего и не поняла. Она лишь поднесла спичку, и их чувства взорвались как порох, хотя вряд ли это было сделано умышленно. Она и не подозревала, как близок он был к черте, за которой мужчина теряет рассудок и власть над собой.

– Наверное, мне лучше все-таки поискать эти чертовы ботинки и осмотреть самолет, – сказал Рид, решив, что, может быть, ледяной ветер приведет его в чувство.

– Тебе помочь? Я бы тоже хотела знать, что с машиной.

– Не сейчас. Отдохни немного, я принесу твою сумку.

Глава 8

Пока Рид ходил к самолету, Шейла бродила по дому, тщетно пытаясь успокоиться.

Неужели у нее может быть что-то серьезное с Ридом? Сначала он просто заинтересовал ее, но потом пробудил страсть. Огонь желания вспыхнул внезапно и одновременно, так что ни Шейла, ни Рид не успели хоть как-то воспротивиться этому.

Что же теперь будет? Наверняка Рид расстроен из-за того, что не мог удержать себя в руках. Шейла была удивлена, но не встревожена. Может, это было наивно, но она верила Риду. Страшно другое: признаться себе, что она влюбилась в Рида Коннорса. Ни он, ни она не хотели этого. Оба пытались избежать любых осложнений. Каждый жил своей собственной жизнью, у каждого было свое любимое дело. Любовь разрушала все планы.

С этими мыслями Шейла забрела на кухню, достала из морозильника мясо, вымыла картофель и сложила все это ровной горкой на кухонном столе. На большее ее кулинарных способностей не хватало.

Уже почти стемнело, когда Рид вернулся в дом. Он принес все вещи и бортовой журнал.

– Что с «саратогой»? – с тревогой спросила Шейла. Рид бросил сумки на пол и снял мокрую куртку.

– Я попытался завести двигатель. Он заработал нормально. На левом крыле небольшая вмятина, но, по-моему, не серьезная. Как только растает лед, мы сможем заняться самолетом.

– Слава Богу, – горячо прошептала Шейла, – что я не попросила папу Медведя прилететь за мной в Теннесси.

– Папа Медведь? – с улыбкой переспросил Рид. Он дал себе клятву больше не поддаваться колдовским чарам Шейлы. Но прошло всего две минуты, и он снова пленен.

– Это старое прозвище отца, и он его любит, хотя старается не показывать виду.

– Ну, я наконец готов немного поторговаться, – сказал Рид, снимая ботинки и вешая куртку к огню.

– Как это поторговаться?

– Дружеская партия в покер будет весьма кстати, – сказал он, взял вещи и направился в спальню.

Шейла остановилась в дверях и сказала, хитро прищурившись:

– Надеешься победить меня?

Рид бросил на кровать ее сумку и отнес свои вещи в спальню напротив.

– Мне не нужна легкая победа. Хотя если ты немножко поддашься…

– Поддамся?! – возмущенно переспросила Шейла.

– Я люблю побеждать, – усмехнулся Рид.

– Без надувательства? – спросила Шейла и рассмеялась. – Кто тебе поверит!

Коннорс восхищался ее смехом. Смеялась она открыто и заразительно. Ему очень нравилось, как она морщит носик и прищуривает глаза. Он обожал ее озорное чувство юмора и азартную натуру. Он любил ее. От этого признания сжалось сердце. Любовь. Коннорс всегда превращал это чувство в удовольствие. Телу любить дозволялось, но сердце оставалось свободным. И Рид не хотел изменений.

– Ну так чем мы займемся вечером? – спросил Коннорс, оторвавшись от раздумий.

Шейла взглянула в смеющиеся золотистые глаза, и сердце ее учащенно забилось.

– По-моему, мы только что говорили о покере, или я ошибаюсь?

– Ах да! – Рид старался выглядеть спокойным. – Стрип-покер, ставка – одежда, и никаких поблажек или дополнительной одежды.

– Мечтать не вредно, – бросила она ему. Она вовсе не собиралась играть в стрип-покер, но от этой идеи ее бросило в жар.

– Девочка испугалась? – поддразнил Рид.

– Слишком старая уловка, – парировала Шейла.

– Ну хорошо, хорошо, – уступил Рид. – Можешь надеть еще одну вещь.

Шейла молча развернулась и пошла на кухню.

– Я не знала, когда ты вернешься, поэтому обеда пока нет, – проворчала она. – Может, приготовишь что-нибудь, а я посмотрю.

– Очень любезно с вашей стороны, мисс Прескотт, – церемонно раскланялся Рид, входя на кухню.

Он занялся обедом. Шейла любовалась его точными, ловкими движениями. Еще до того как кофе закипел, стейки уже стояли на огне, а в микроволновой печи подрумянивался картофель.

– Тебе, наверное, в детстве приходилось многое делать самому? Поэтому ты так здорово справляешься на кухне?

– Нет.

Шейла недовольно пожала плечами. Едва речь заходила о личном, он сразу закрывался, как устрица.

– Тебя мама учила готовить?

– Никто.

– Сам научился? – усмехнулась Шейла. Рид резко посмотрел на нее:

– Опять лезешь в мою личную жизнь?

– Пытаюсь, – поправила она. – Но ты не из разговорчивых. Я никак не могу пробить твою броню.

Ее искренность вызвала у Рида улыбку:

– Мои родители были старомодными людьми. В семье существовал культ мужской и женской работы. Я научился всему сам.

О своих родителях он говорил в прошедшем времени.

– Они умерли?

– Да, год назад в течение месяца от старости. Им было далеко за семьдесят. – Его мама просто не захотела жить после смерти отца. – Я был поздним ребенком.

В его голосе слышалась не прошедшая еще боль.

– Извини, мне очень жаль, – тихо сказала Шейла.

– Ничего.

– А где ты вырос?

– В Айове. – Риду не хотелось обсуждать это. – Ты накроешь на стол или помочь?

После обеда, убравшись на кухне, Рид взял в руки колоду карт и предложил перейти в гостиную.

– Ну, теперь я готов сыграть в стрип-покер, – заявил он с довольной улыбкой.

– Да? – съязвила Шейла. – Только одному играть трудно.

– Ну вот, испортила все настроение.

– Что поделаешь!

– Хорошо! – воскликнул Рид, подходя к камину. – Сыграем в фальшивый стрип-покер.

Шейла посмотрела с подозрением.

– А что будет фальшивым, покер или раздевание?

Рид хитро улыбнулся. Усевшись на пол, он поставил перед собой кофейный столик и пригласил Шейлу присоединиться.