Дениз Робинс - Покинутая женщина

Ивонна выглядела ужасно, словно Стивен пытался убить ее.

— Я не хочу… Но если нет другого выхода… — пробормотала девушка.

— Нет! О, нет! — воскликнул Стивен. — Прекратим это. Я не позволю тебе. Я знаю твои чувства и не стану принимать на себя ответственность за них. У тебя есть принципы, и тебе лучше придерживаться их. Чтобы мы ни делали, ради Бога, давай придерживаться наших принципов, в противном случае мы погибнем.

Ивонна сделала жест отчаяния.

— Однако ты отговаривал меня от замужества с человеком, который имеет некоторое положение в обществе и может содержать меня.

— Давай не будем опять возвращаться к этому. Это замкнутый круг, — сказал Стивен сердито. — Ты знаешь альтернативу, и я не позволю тебе вернуться на условиях, о которых ты говорила. Я совершил ошибку, спросив тебя об этом. Если ты не хочешь выходить за Форбса Джеффертона, не выходи. Я буду последним, кто посоветует тебе это, если ты его не любишь. Но ты не можешь жить со мной.

Ивонна опять начала поеживаться.

— Тогда давай продолжим все, как было раньше, — прошептала она. — Ведь мы были по-своему счастливы.

Стивен стиснул зубы.

— Я никогда не был счастлив по-настоящему. Я всегда хотел большего, и ты знаешь это. И ты не была счастлива, иначе не стала бы связывать себя с другим человеком.

— О, я так запуталась! — простонала Ивонна и закрыла лицо руками.

Стивен, глубоко вздохнув, закрыл глаза, словно свет причинял боль. Он выглядел смертельно усталым и, наконец, сказал:

— Лучше иди домой и подумай обо всем хорошенько. Но не проси меня оставить тебя здесь. Я хочу этого. Я хочу этого больше всего на свете, но все закончится твоей ненавистью ко мне. Твои родители не любят меня и мое окружение. Ты станешь чужой для них. Ты будешь жалкой и несчастной. Твоя прекрасная картина нашей совместной жизни нереальна. Осмелюсь предположить, что тебе даже могут доставлять удовольствие посещения моей мастерской и наши страдания, как это было в последний год. Но я больше не могу это принять. Сомневаюсь, что и тебя все устраивает, — добавил Стивен низким голосом. — Ведь язычница все же заключена в тебе, правда?

Вдруг Ивонну начало знобить.

— Я пойду, — произнесла она.

— Мне очень, очень жаль, дорогая.

— Мне тоже жаль, — прошептала Ивонна. — Прости меня за этот визит.

— Только не торопись и не порть себе жизнь из-за меня.

Ивонна высвободила свои руки, взяла жакет, шапочку и надела их. Ее движения выглядели автоматическими. Ивонна поежилась, ощутив влажность жакета.

— Не нужно доводить дело до драматической простуды, дорогая, — сказал Стивен. — Я поймаю тебе такси. Дождь все еще льет.

Они молча спустились по лестнице. Потом Ивонна долго стояла, поеживаясь, пока Стивен под дождем ловил такси. Наконец он вернулся, промокший, с прилипшими ко лбу волосами. Капли катились по его усталому лицу. Стивен снял забрызганные, затуманившиеся очки, и на мгновение его большие, прекрасные глаза взглянули на Ивонну с выражением скрытого голода.

— До свидания, дорогая Ивонна, — попрощался он. — И пожалуйста, умоляю тебя, живи счастливо и выброси меня из головы. По-другому нельзя.

Она не ответила, лишь опустила голову, прошла к такси и села. Стивен захлопнул дверцу. Он посмотрел вслед машине, когда та двинулась по улице. Дождь теперь лил струями. Вокруг не было ни души.

Стивен стоял в темноте, думая, как все верно сформировано. В судьбе все мелькает так же, как эти огоньки на автомобиле. Он боялся этих звуков — хлещущего по мостовой и окнам дождя, скрипящих колес, увозящих из его жизни Ивонну, — смешавшихся в единую ноту отчаяния.

Стивен знал, что Ивонна больше не вернется.

7

В такси Ивонну охватило оцепенение. Она полностью осознала ситуацию. Положение было критическим. И Ивонна понятия не имела, что делать. Она помчалась к Стивену в безумии и нерешительности, и сейчас чувствовала себя так же. С другой стороны, Ивонна знала, что между ней и Стивеном все было кончено. Он дал ей понять это абсолютно ясно. Существовала только одна возможность быть с ним, но Ивонна не хотела принимать ее, не должна была думать о ней. В один безумный момент сегодняшнего дня она сдалась, но Стивен отверг ее.

Он оказался сильнее ее, всегда был сильнее, а она всегда была слабой.

Теперь Форбс. Свадьба была назначена на завтра на одиннадцать часов утра. Все приготовления сделаны. Вещи Ивонны упакованы. Шестьдесят или семьдесят человек — друзья и родственники с обеих сторон — получили приглашения на прием, прислали подарки и готовились к этому торжественному событию.

Ивонна с ужасом начала понимать, что она сделала и как поздно все осознала.

Любви к Форбсу больше не было? Дорогой Форбс, такой симпатичный, милый, в котором Ивонна нашла надежность, спокойствие и успокоение. Сможет ли она вынести разрыв с ним в одиннадцатом часу утра завтра и прогнать его из своей жизни?

Для этого требовалась смелость.

Если свадьба не состоится, это причинит вред не только Форбсу и его репутации, но и ее родителям, которые так много сделали для нее и так ждали завтрашнего дня. Огромная ответственность лежала на плечах Ивонны. В своих руках она держала счастье многих людей. Но прежде всего стоял вопрос об их с Форбсом совместной жизни.

Во второй раз за вечер Ивонна заставила себя сделать еще один жизненно важный шаг. Она должна поехать к Форбсу, рассказать ему о Стивене, о своих чувствах и позволить ему принять окончательное решение. Он может оказаться шокированным, потрясенным и злым, может даже изъявить желание порвать с ней сразу и отменить свадьбу. Без Форбса и Стивена она останется ужасно одинокой. Но у Ивонны всегда была совесть, и сейчас она заговорила в ней. Нельзя выходить замуж за Форбса завтра, не рассказав ему правду.

Ивонна опустила стекло, отделявшее ее от водителя, и наклонилась вперед.

— Военно-морской клуб, Пэл-Мэл, — сказала она.

Ивонна знала, что Форбс собирался туда вечером. Его мать и сестра намеревались приехать из Кемберли на свадьбу утром, а Форбс остался в своем клубе, чтобы провести холостяцкую вечеринку с «несколькими ребятами». Он со своим лучшим подчиненным, очень красивым капитаном, адьютантом Форбса, Тони Даррелом организовал прощальную встречу. Сейчас, в половине седьмого, Форбс, вероятно, сидел в своем клубе.

Случилось так, что, когда такси остановилось перед входом в клуб, оттуда вышел Форбс Джеффертон.

Ивонна заплатила водителю и увидела высокую фигуру с военной выправкой. Форбс был в плаще и зеленой шляпе. Ивонна увидела его лицо. Оно светилось счастьем. Девушка почувствовала, как ее сердце дрогнуло перед предстоящим несчастьем. «О, Боже, — подумала Ивонна, — я оставила одного мужчину в отчаянии, а теперь собиралась разрушить счастье Форбса».