Патриция Хилсбург - Прощай, Эдем! Книга 1: Стефани

— …

— Значит, встречаемся.

Джон положил трубку.

Ещё разговаривая со Стефани, Джон понял, что ему хочется только одного — выпить виски. Он подошел к бару, открыл его, но там стояли только две бутылки сухого красного вина.

«Нет, вино это не то, что мне сейчас нужно».

Он схватил пиджак, быстро надел его и покинул мастерскую. Выйдя на улицу, мистер Кински осмотрелся — до ближайшего кафе было ярдов двести. Джон прошел это расстояние, вспотели затылок и лицо, даже ладони стали потными.

«Что-то я сильно разволновался и начинаю нервничать. Надо выпить».

Он вошел в кафе и уселся за угловой столик. Тут же подошел официант:

— Слушаю вас.

— Мне, пожалуйста, виски и кофе.

Официант удалился. За соседним столиком, буквально в одном шаге от Джона, сидел пожилой небритый мужчина, почти старик, и молодой черноволосый парень. Они разговаривали очень громко, перед ними стояло несколько пустых стаканов. Джон прислушался.

— Вы американец? — спросил парень.

— Да, — ответил старик, — я жил там сорок лет назад.

Старик был смуглым, а его борода поблескивала серебристой щетиной.

— Ну и как?

— Что, «как»? — спросил старик.

— Понравилось в Америке?

— Да, я жил в Калифорнии. Очень нравилось.

— А чего же вы уехали?

— Что вы говорите? — старик явно был немного глуховат.

— Я спрашиваю, почему вы приехали в Австралию?

— A-а. Я приехал сюда жениться. Я собирался уехать назад, но жена моя не любит путешествия. А вы откуда?

— Я из Сиднея.

— Из Сиднея… А я бывал в Чикаго, Канзас-Сити, Сент-Луисе, Лос-Анджелесе, Денвере… — старик тщательно перечислил все города.

— А долго вы прожили в Америке?

— Пятнадцать лет. Потом приехал обратно и женился. Выпьем?

— Давай, сказал парень. — А как в Америке с выпивкой?

— О-о, сколько угодно, — сказал старик, — были бы только деньги.

— Так зачем вы приехали сюда?

— Сюда? Я же говорил тебе, что я приехал, чтобы жениться.

— Но вы сказали, что уже женаты.

— Был женат. Но жена умерла, и теперь я свободен, — старик поднял дрожащей рукой свой стакан и выпил.

«У всех проблемы, — подумал Джон, — но почему-то никто не любит говорить о смерти. Никто о ней не думает. Да, доктор, ты поставил меня перед неприятным выбором, но его придется делать».

Чтобы прекратить эти свои невеселые размышления, Джон допил виски, расплатился и поднялся, почувствовав, что ему стало немного легче.

Чак подъехал на машине к углу сквера. Билли уже давно поджидал его и тут же подсел в машину. Чак, не говоря ни слова, захлопнул дверцу и выехал во второй ряд.

— Ты узнал, кто это? — наконец-то спросил Чак.

— Конечно, это было несложно, с помощью моих старых знакомых в полиции. Они сразу же нашли владельца машины с этим номером. Все обошлось в пятьдесят долларов.

— Немного, — заметил Чак. — Так кто же все-таки наш заказчик?

— Управляющий компанией «Харпер Майнинг». Некий Леонард Смайлз.

— Чем он занимался раньше?

— А вот за эту информацию, Чак, я заплатил чуть больше. Учтешь это, когда будем делить деньги.

— Хорошо-хорошо. Что ты узнал про этого Леонарда?

— Ты знаешь, он ничего примечательного из себя не представляет. Мелкие аферы на бирже, но ни одного крупного дела. Думаю, что сейчас он пошел ва-банк, и ему просто нужно убрать Стефани Харпер, которая, скорее всего, пронюхала про его делишки. Хотя это всего лишь наши догадки, и нам это не облегчает работу.

— Как знать, — ответил Чак, — всегда нужно быть как можно полнее осведомленным, особенно о заказчике.

— И ещё одна маленькая деталь, — Билли мерзко улыбнулся. — Ты сейчас узнаешь, почему они вышли на тебя. Ты когда-нибудь имел дела с Робертом Прайзом?

Чак напрягся, его голова даже вжалась в плечи. Он ничего не ответил Билли. А тот развязно похлопал его по плечу.

— Ну, конечно же, имел. Так вот одно время и Роберт Прайз, и Леонард Смайлз были компаньонами. И скорее всего, Роберт и дал Леонарду твой телефончик. Мир тесен, Чак. Готовься к самому худшему, ведь Роберт Прайз не подарок — за ним тянется след самых гнусных дел, какие только творились в Сиднее.

— Билли, я об этом как-то не подумал. Дело начинает приобретать рискованный оборот.

— А наша работа всегда такая. Чтобы заработать быстро и много денег, нужно рисковать. Если не хочешь — займись чем-нибудь другим, а мне такое — по душе.

— Нет, Билли, я не стану уходить в сторону. Мне сейчас нужны деньги, и большие.

— А зачем? — поинтересовался Билли. — С девочками ты не замечен, живешь довольно скромно.

— Не знаю, Билли, поймешь ли ты меня, ведь у тебя нет семьи?

— А, конечно, вспомнил, у тебя же жена и дочка, а у меня кроме девочек никого.

— Билли, когда я вчера вернулся домой, то понял, что самое дорогое для меня, это моя дочка. И я готов сделать для нее все.

— А что с ней? — забеспокоился Билли.

— Ей нужна операция, к тому же срочно. А это стоит немалых денег.

Улыбка сошла с лица Билли:

— Теперь я понимаю, почему ты взялся за этот заказ.

— А что ты узнал ещё?

— Это все. Разве мало?

— Билли, я хочу, чтобы ты вечером меня подстраховал.

— А в чем дело?

— У меня встреча с Леонардом Смайлзом, он должен отдать мне аванс — пятьдесят процентов суммы.

— Наличные я люблю…

— Рано радуешься.

— В чем дело?

— Почти все уйдет на мою дочь, я имею в виду аванс.

— Ну ладно, уговорил: расплатишься со мной попозже.

— Нет, Билли, какую-то часть ты получишь и с аванса, я не люблю носить чужие деньги.

— Хорошая привычка, мне бы такую.

Мужчины молча колесили по городу.

— Чак, остановись-ка, пожалуйста, здесь.

Чак резко нажал на тормоза:

— Что такое?

— Погоди минутку, — Билли распахнул дверцу машины, пересек тротуар и быстро вбежал в дверь огромного магазина. Через пять минут он возвратился, держа под мышкой большого ярко-красного плюшевого медведя.

— Что это с тобой, Билли? Ты променял девочек на игрушки? — пошутил Чак.

— Нет, завези эту игрушку своей дочери. Ведь ты пойдешь к ней в больницу?

— Конечно, — Чак принял игрушку из рук Билли, погладил мягкого медведя и положил на заднее сиденье.

— Спасибо тебе, Билли.

— Да брось ты, Чак, ведь мы же старые друзья и должны помогать друг другу.

— Конечно, Билли. Где тебя высадить?

— Подбрось меня ещё пару кварталов, а потом я выйду.

— Хорошо.

Чак запустил двигатель, и его машина быстро понеслась по улице.

Билли вышел, сунул голову в дверцу: