Келли Йорк - Тише! (ЛП)

— Ты могла бы сказать мне, что она здесь.

Она напряглась. Он отпустил её.

— Тебе могла бы и Вивиан рассказать об этом, — резко сказала она. — Если она этого не сделала, то на это были, вероятно, свои причины.

— Твои и её чувства в данном случае не играют никакой роли, верно? — прошипел он, стараясь не повышать голос. — Она была рада увидеть меня. Вот что только и имеет значение.

Они посмотрели друг на друга долгим и твёрдым взглядом, и она первая отвела глаза. Как и всегда.

— В любом случае что ты здесь делаешь?

Ашер медленно отступил. Она бы не стала извиняться. Было глупо полагать, что она бы извинилась.

— Я приходил на осмотр к доктору Ромеро.

Она стала нервно возиться с застёжкой своего кошелька.

— Ты болен?

Он хотел сказать ей «да, и это серьёзно», только чтобы посмотреть на её реакцию. В его груди что-то сжалось.

— А тебе не всё равно?

— Ты мой сын, почему мне должно быть всё равно?

— Потому что твои потуги быть похожей на нормальную мать слишком очевидны.

Обычно он не разговаривал с ней в таком тоне, но ему было больно. У него больше не осталось терпения на неё и Вивиан.

На этот раз его мать всё-таки посмотрела на него, в её глазах была жёсткость. Все говорили ему, что у него её глаза. И такие же тонкие и тёмные волосы. Он совершенно не походил на своего отца, и это было небольшим утешением.

— Не сваливай всё на меня. Я имею полное право...

— Бояться меня? — закончил он за неё. Тень сомнения на её лице подсказала ему, что он попал в точку.

— Почему?

У неё задрожала нижняя губа.

— Ты расскажешь мне правду о том, что сделал со своим отцом, а затем попробуешь спросить меня об этом ещё раз.

Всегда их разговоры в итоге подходили к этой теме.

— Я не знаю, о чём ты говоришь, мам. Папа умер от передозировки. Это был несчастный случай.

Его действия, его взлёты и падения... всё, что он сделал для неё, для Вивиан, для всех — она давным-давно потеряла все права, что имела, перестав быть для него настоящей матерью. Да чёрта с два он поделится с ней своими секретами. Она хотела бояться его только для того, чтобы оправдать свою обособленность от него. Он мог дать ей ещё одну причину для этого.

— Это могло бы случиться с каждым. Даже с тобой.

Глупо. Так глупо. Он бы никогда не причинил ей вред. Она должна знать об этом.

Она ничего не сказала, остолбенев, упорно пытаясь понять его и разобрать на части, а затем решить, как интерпретировать его слова. Ашер наклонился и поцеловал её в щёку.

— Пока, мам. Мне нужно забрать свои лекарства.

Среда, 8 октября

В белье для стирки он нашёл носки Вивиан. Они были маленькие и розовые; Ашер смотрел на них добрые пять минут, прежде чем выбросил их.

Она до сих пор не позвонила. Не пришла. Ему была ненавистна злость, которую он испытывал к ней. Стоило ли ему уже привыкнуть к тому, что его отшивают? Мама так же легко отвернулась от него. А у Вивиан вообще не было никакого оправдания тому, что она боится его.

Однако Ашер был даже больше напуган, чем зол. Если Вивиан избегала его и вправду решила бросить его, то что тогда? Он был предан ей больше десяти лет своей жизни. Её желания, её прихоти, комфорт и счастье. Что он без неё? И что она без него?

Когда в 20:30 кто-то постучался в дверь, его сердце пропустило один удар. Это стучит не Вивиан, это не её ритмичные и лёгкие тук-тук-тук. Но возможно. Возможно. Если не она, то Эван. Он перевалился через спинку дивана и распахнул дверь, отчаянно желая увидеть кого-нибудь из них.

Ашер не узнал мужчину, стоящего на крыльце. Чёрные джинсы, белая рубашка, серый пиджак и волосы, зачёсанные назад. Он слишком старался выглядеть профессионально. Что у него, в общем-то, получалось. Ашер знал, что это за тип людей.

— Здравствуйте. Вы Ашер Понд?

А он мог сказать «нет» и закрыть дверь? Вместо этого, он выдавил лёгкую улыбку.

— Похоже на то. Могу я чем-нибудь помочь?

Как и ожидалось, мужчина вытащил из кармана удостоверение. Детектив Том Паттерсон. Какое скучное и обыкновенное имя для скучного и на вид обыкновенного парня.

— Извините за беспокойство, я понимаю, что сейчас немного поздно. Могу я войти?

Как ни странно, Ашер не начал паниковать. Его сердце билось ровно. Он был абсолютно спокоен, открывая пошире дверь и жестом приглашая Паттерсона войти.

— Если только мне можно спросить, в чём дело.

Паттерсон зашёл, шаркая ногами и оглядываясь.

— Вы случайно не знаете Ричтера Самюэлса?

Ашер ждал хоть чего-нибудь — озноба, страха, тревоги. Но ничего.

— Ричтер? Да, конечно. Он сделал что-то противозаконное?

Детектив фыркнул и развернулся, чтобы посмотреть на Ашера.

— Возможно, но мы никогда этого не узнаем. Он был убит.

«По крайней мере, на этот раз ему не удалось выжить», — подумал Ашер. Но затем он сразу же отодвинул эту мысль подальше, вглубь своего сознания, чтобы Паттерсон случайно не заметил чувства вины. Он с лёгкостью встретил взгляд этого мужчины. Паттерсону лучше и не ждать от него особого сожаления.

— Жаль слышать об этом. Мы не очень-то хорошо были знакомы, так что я даже не знаю, что сказать.

Детектив поскрёб свой заросший подбородок, слегка наклонившись вперёд.

— Когда вы видели его в последний раз?

— Вообще-то не так давно. Мы столкнулись в торговом центре несколько дней назад. А до того мы не виделись несколько лет.

То, как Паттерсон кивнул, означало, что он уже был осведомлён об этом. Ашер не знал, что и думать. Этот парень выглядит довольно обычно; так его подозревают или нет?

— Да, он рассказывал об этом своей матери. Это она нашла его, — он достал из кармана блокнот и карандаш. — Не знаете, были ли у Ричтера враги? Он кого-нибудь упоминал? Вы были одним из последних, кто видел его живым.

А вот это был трудный вопрос. Все ненавидели Ричтера.

— Я вряд ли могу назвать вам имена. Когда мы встретились, он был один, и мы поговорили всего несколько минут. Но он успел мне сказать, что он долго не виделся с одним из своих лучших друзей, — Паттерсон поднял бровь, так что Ашер продолжил. — А, Броди Хилтон. Я поэтому и знаю Ричтера. Он упоминал, что они с Броди уже год как не разговаривали из-за того, что кто-то кому-то задолжал денег или что-то вроде того.

Паттерсон что-то записал в свой блокнот, его карандаш двигался со скоростью света.

— Ага... Скажите, где вы были в момент, когда убили Ричтера?