Сьюзен Джонсон - Ночные забавы

— Я случайно проезжал мимо и увидел на берегу твою машину, — будничным тоном произнес он.

Лили вздрогнула и взглянула на свои наручные часы: их стрелки показывали десять вечера. Какого дьявола нужно этому негодяю в такое время на пустынном островке? Не оборачиваясь, она рявкнула:

— Убирайся!

— Это общественное место, и я имею полное право здесь находиться, — невозмутимо сказал Билли и присел рядом с ней на камень.

От негодования у Лили моментально участился пульс, и она принялась лихорадочно складывать в пакет свой недоеденный ужин. Билли покосился на него и спросил:

— Ты собираешься это выбросить? Отдай лучше мне, я чертовски голоден.

Лили взглянула на него как на ненормального, однако пакет все-таки отдала. Билли с жадностью набросился на еду и, моментально все проглотив, запил остатками молока.

— Почему ты на меня так странно смотришь? — спросил он, смяв пакет и засунув его под камень. — Никогда не видела голодного мужчину?

— Признайся честно, Билли: ты следил за мной?

— Да, — сказал он. — Ну и что?

— Негодяй! — воскликнула Лили. — Да как ты посмел вмешаться в мою личную жизнь?! Мне хотелось побыть одной!

— Да я, признаться, и сам не понимаю, что на меня нашло, — пожав плечами, ответил он. — Так что извини, я не думал, что нарушу твои планы. Если хочешь, я попрошу у тебя прощения на коленях.

— Ты меня напугал! — воскликнула Лили. — Я могла поперхнуться с перепугу и умереть от удушья, подавившись пончиком.

— Не волнуйся, я бы этого не допустил, — с ухмылкой сказал Билли. — Может быть, сходим в кино? Там продают кока-колу и кукурузные хлопья прямо в зале. Это станет нашим первым романтическим свиданием.

Лили ошалело захлопала глазами и выпалила:

— Фильм мы можем посмотреть по телевизору и у меня дома. А запасы кока-колы в моем холодильнике неистощимы.

— Значит, я прощен? — спросил Билли, просияв.

— Ты, кажется, хотел встать на колени? — с лукавой улыбкой промолвила Лили не желая давать ему повод думать, что она от него без ума и готова прыгнуть к нему в постель по первому его зову. — Докажи, что ты раскаялся в своем дерзком поступке! Дай мне слово, что впредь будешь паинькой.

Билли Бьянкич, неподражаемый красавчик, обладающий феноменальными сексуальными данными и способностями, покорно опустился перед ней на колени, скорчил жалостливую мину и, положив ей на колени руки, произнес:

— Клянусь, что буду вести себя примерно. Между прочим, у тебя симпатичная юбка, она мне нравится. Можно пощупать материальчик? — Не дожидаясь ответа, он залез ей под подол и провел кончиками пальцев по внутренней стороне бедра. Кожа Лили тотчас же покрылась пупырышками, а щеки стали пунцовыми. Она непроизвольно раздвинула ноги — и палец Билли немедленно надавил на чувствительное местечко в ее промежности, обтянутое шелком крохотных трусиков. Сладострастный стон сорвался с ее губ, она покачнулась и, боясь упасть и разбить себе при этом лоб, обхватила руками плечи Билли. Оглядываясь по сторонам, он продолжал делать ей восхитительный интимный массаж. Лили почувствовала, как у нее увлажнился низ живота, а дыхание стало прерывистым. Вокруг не было ни души, лишь вдалеке покачивалась на волнах лодка рыбака.

Билли встал с колен и, подхватив Лили руками под мышки, рывком поднял ее с камня и увлек под дерево. Там он сорвал с себя рубаху, расстелил ее на земле, густо покрытой сосновыми иголками, усадил на нее Лили и начал ее целовать.

— Нас могут увидеть! — пролепетала она, плотнее прижимаясь к нему отвердевшими сосками набухших от вожделения грудей. Ей не терпелось поскорее отдаться своему великолепному любовнику и почувствовать в себе его твердую мужскую плоть. Но она не хотела, чтобы он плохо о ней подумал, и поэтому томно произнесла: — Не надо, Билли! Ты же дал мне слово, что будешь паинькой!

— На острове никого нет, кроме нас, — хрипло ответил он, ложась на спину и привлекая ее к себе.

Лили с наслаждением прижалась к его могучей груди и охнула от переполнившего ее восторга. Кровавый закат моментально превратился в золотистый, воздух стал чище, а жизнь — гораздо слаще. Ее уже не беспокоило, что кто-то может случайно их увидеть в этой нескромной позе, и не возмущало, что Билли Бьянкич легко и непринужденно довел ее до экстаза менее чем за пять минут. Было совершенно невозможно сохранить самообладание, когда его могучее мужское достоинство упиралось ей в низ лобка. Она непроизвольно стала поводить бедрами, возбуждаясь с каждым мгновением все сильнее от одной только мысли, что он соскучился по ней.

Билли задрал ей подол юбки и ловко стянул с нее трусики. Лили решила, что сейчас не время жеманничать, и сама сняла с себя все остальное. Свежий воздух приятно ласкал ее горячую кожу, но изнутри она пылала, потому что ее охватил жар, как только Билли снял штаны и явил ее взору свое раскаленное любовное орудие. Без лишних слов он уложил ее на спину и пустил в ход свой нефритовый жезл. Лили сладострастно охнула, впуская это мужское чудо в свою сокровищницу удовольствия, и начала двигать бедрами, обвив Билли ногами и руками.

— Я ждал этого волшебного мига весь день, — осевшим от страсти голосом говорил он, совершая ритмичные телодвижения. — Признайся, что и ты мечтала о нем!

— Ты не мог бы помолчать? — выдохнула Лили, сильнее сжимая его ногами.

— Хорошо, я умолкаю, — послушно сказал Билли, но тотчас же добавил, подхватывая ее руками под ягодицы: — Ведь я теперь твой раб и должен исполнять все твои приказы.

— Да замолчи ты! — шикнула на него Лили. — Я слышала плеск весел, наверное, лодка где-то совсем близко от нас.

— Хорошо, я буду нем как рыба! Но ведь ты все равно закричишь! — возразил Билли и вцепился пальцами в ее бедра.

— О Боже! — чувственно простонала она, млея от божественного ощущения в глубине лона, полностью заполненного горячей мужской плотью. На всякий случай, однако, она повернула голову и посмотрела на проплывающую мимо островка лодку. — Проклятие! — прошептала она, непроизвольно стиснув амурное орудие Билли бархатистыми стенками своего женского естества. — Это же Брэд Мэньон! У нас с ним когда-то был роман!

— Я не желаю этого слышать! — прорычал Билли и вогнал в нее свой меч по самый эфес.

Лили издала сдавленный стон и, закрыв глаза, ответила:

— Прости, милый! Но это было очень давно, еще когда мы с ним учились в школе! В то время ты был еще совсем маленьким.

— Если ты немедленно не прекратишь говорить о нем, я встану и оденусь! — пригрозил ей Билли, однако не решился прекратить свои порывистые телодвижения.

— Так ты ревнуешь? — восхищенно воскликнула Лили.