Юлия Туманова - Семь верст до небес

Вот дура-то! У нее пальто из-под носа увели, а она — смотрит! О том, что это пальто она действительно не могла себе позволить, даже не вспомнилось сейчас.

— Здрасте вам! — выпалила Ташка, тоже уставясь на красавчика.

— Мы уже здоровались.

Он поежился, шевельнув могучими плечами под пальто. Наверное, разминался после долгого ожидания своей крали. Не выдержал, вышел развеяться. Подышать.

— Идем, — твердо сказала Алена и взялась за прохладную дочкину ладонь.

Та все смотрела на чернобрового богатыря.

— Тете привет передавайте!

— Наташа!

— Обязательно передам, — невозмутимо ответствовал тот.

Алена буквально поволокла дочь за собой. Ташка очень громко и прочувствованно пожелала незнакомцу всего хорошего, в том числе больших луж на дороге и разудалых водителей, когда его фифа будет переходить улицу в своем новом белом пальто.

Так и сказала — «фифа»!

Алена не знала, плакать или смеяться. И просто промолчала. Красавчик за спиной пробормотал что-то невнятное.

— Ну, как ты себя ведешь, а? — бубнила Алена по пути к остановке. — Ни грамма уважения к старшим! И потом, это не последнее пальто, которое мне понравилось, и не надо так яростно вставать на мою защиту…

— Я и не вставала, — возразила Ташка, — если бы встала, им обоим бы не поздоровилось.

Алена лишь тоскливо усмехнулась.

Оглядевшись, он расслабился немного. В парке было тихо, только за железной решеткой, на танцплощадке, шаркал метлой дворник, да время от времени вскрикивали в зарослях вороны. Детские аттракционы уже не работали, а молодежь еще не вышла на ежевечерний моцион, и лавочки были пусты. Изредка проходили мимо молодые мамаши, обессиленно навалясь на коляски с яркими пакетами внутри.

Он подумал вдруг, что выглядит нелепо, в чинном ожидании сложив руки на коленях, и достал из дипломата газету недельной давности. Сделал вид, что чрезвычайно увлечен чтением.

Эта игра даже нравилась ему. Если бы еще пальцы, вцепившиеся в газету, не тряслись так сильно!

— Добрый вечер, — раздался рядом вкрадчивый голос, и Балашов подпрыгнул от неожиданности.

— Что вы подкрадываетесь?! — отчаянно прошипел он вместо приветствия.

В последнее время эта красавица перестала ему нравиться. Совсем перестала. Особенно неприятно было встречаться с ее насмешливым, высокомерным взглядом. Все остальное — умопомрачительные наряды, в которые была упакована шикарная фигура, изысканный макияж, безупречная прическа, стильные, очень дорогие безделушки типа мобильника или золотого брелока — тоже раздражали. А ведь с первой встречи он едва не влюбился в нее! Но теперь глянцевая дорогая красота этой куколки жгла глаза, заставляла корчиться от зависти и недосягаемой — пока, только пока! — мечты.

— Нервы у вас никуда не годятся, — немного погодя сказала она тоном врача, поставившего неутешительный диагноз, — вам бы отдохнуть, вот что. Ну, зачем вы звонили?

Лицо ее выражало нетерпение и брезгливость. Балашов скрипнул зубами, сдерживая злобное желание вмазать хорошенько по сладкой мордашке. Но тут же вспомнил, ради чего пришел. Он — победитель, черт возьми! Он все продумал сам и осуществил, пока неведомые наниматели рассусоливали и тянули кота за хвост.

Да они ему должны в ножки поклониться, а не посылать наглую девку, чтобы она тут еще выкобенивалась да жизни его учила!

Он сам кого хочешь научит. Он — предприимчивый, хитрый, смелый и очень умный!

— Я все сделал, — вымолвил Балашов, внезапно успокаиваясь от этих мыслей.

— Что?! — искренне изумилась девица. — Как?!

— Ловкость рук, и никакого мошенничества, — ухмыльнулся он снисходительно, ликуя и забавляясь ее замешательством.

Однако красотка быстро взяла себя в руки.

— Ладно, ваши секреты меня не волнуют. Дайте взглянуть на бумаги.

— Сначала деньги, — хрипло отозвался Балашов.

— Покажите документы, дорогуша! — прошипела она. — Я должна знать, за что плачу!

Он огляделся и раскрыл дипломат. На самом верху лежали бумаги, в углу которых красовалась печать «Русского дома». На секунду он залюбовался делом своих рук. Все правильно. Ни единой ошибки. Свою партию Балашов провел безупречно.

Осознав это сейчас с абсолютной четкостью, он улыбнулся довольно и самоуверенно. И захлопнул дипломат.

— Ну?

Девица повела плечом.

— Вы что, думаете, я ношу такую сумму в кармане? Надо было предупреждать, милый мой!

Что?! Эта чертова баба решила его кинуть? Да нет же, спокойно, спокойно. Документы пока у него. Все в порядке. Действительно, сам виноват, обалдел от радости и ничего толком ей не сказал. Надо было сразу велеть, чтобы приготовила гонорар.

И что же теперь делать?!

Вероятно, этот вопрос отчетливо проступил на его физиономии, и девица, подумав пару мгновений, кивнула:

— Ладно. Вы хорошо поработали. Едем.

— Куда? — насупился он.

— В банк. Подождете меня где-нибудь в кафе, и сразу получите свои денежки.

— Вы что?! А если нас кто-нибудь увидит? Я и так слишком рисковал, добывая печать…

Он сказал об этом в надежде на повышение оговоренной суммы. Вот бы девица прочувствовала опасность, которой он подвергался, и показала бы вместо пяти хотя бы шесть пальчиков, а?

Напрасно он надеялся.

Она лишь неприятно рассмеялась и заявила, что на этот риск он пошел сам, не дожидаясь инструкций от шефа. Сидел бы себе тихонечко, сопел в две дырочки, а потом следовал бы четким указаниям и горя бы не знал. Но сейчас вся ответственность только на нем.

Балашов нахохлился, слушая ее разглагольствования.

В чем-то девчонка была права, и за это хотелось ее придушить немедля.

— Возьмите себя в руки, — велела она, снова прочитав все по его лицу, — прогуляйтесь пока, мне нужно позвонить.

Прижимая дипломат к боку, Балашов неохотно поднялся.

Дождавшись, пока он отойдет, девушка набрала номер и радостно доложила, что дело сделано. Некие смутные сомнения терзали ее юное сердце, но о них она предпочла умолчать. Ну, в самом деле, не говорить же боссу, что самодеятельность этого козла отпущения слишком подозрительна. Ну, не блещет он умом, совсем даже наоборот! И потому совершенно непонятно, как ему удалось проделать работу самостоятельно.

Босс, однако, остался доволен и вроде бы ничем не озаботился. Только велел уточнить некоторые детали.

Закончив разговор, девица поднялась и нагнала Балашова, бредущего по аллее.

— Вы уверены, что не оставили следов? — поинтересовалась она любезным тоном, подхватив его за локоток.

Он снова вздрогнул от неожиданности и чертыхнулся вслух, вызвав у нее самодовольную ухмылку.