Бывший муж, предатель и отец - Кара Райр

что вы здесь. И прежде чем мы перейдём к весёлой части вечера, хочу представить вам одного человека…

Меня словно током ударило. Почему-то именно сейчас подкатило ужасное предчувствие, ещё хуже, чем было.

— Человека, который… вдохновляет меня, — продолжала она. — Который рядом, когда сложно. Который делает каждый мой день особенным. Прошу, поприветствуйте моего спутника - Владислава.

Я обернулась. Он вышел из-за колонны, в белой рубашке, с улыбкой, уверенно шагал к ней. Она взяла его за руку. Он поцеловал её в щёку. Всё это было театрально красиво. И мерзко до тошноты.

Мир под ногами будто пошатнулся. Я не сразу поняла, как поставить бокал с шампанским обратно на стол. Пальцы дрожали.

«У меня никого нет, Тась» — эхом отдалось в голове.

Он посмотрел на зал. Его взгляд скользнул по лицам. И наткнулся на моё. Я видела, как на секунду исчезла его улыбка. Лицо стало каменным.

А я просто стояла. С прямой спиной. С жгучей обидой в груди.

И единственной мыслью:

Вот тебе и честность, Влад…

Я отвернулась, сделала глоток. Алкоголь обжёг горло, но не притупил эмоции. В голове шумело, сердце билось где-то в горле.

Быстро отошла к дальней стене, подальше от сцены. Схватила фужер с ещё одним шампанским. Сделала ещё глоток. Потом ещё один. Музыка играла лёгкая, джазовая, но мне казалось, что это траурный марш.

Какая же я была дурой. Позволила ему снова войти. Позволила прикоснуться. Поверила в тон, в глаза, в руки. А он… Он вот с ней. С ней! Моей начальницей.

И как вообще такое может быть? Я как будто в каком-то идиотском турецком сериале на восемьсот серий! Господи, какая жесть…

Холод пробежал по спине. Кто-то из коллег бросил взгляд в мою сторону. Я тут же отвернулась и пошла в туалет, не чувствуя ног. Не хотела ни с кем разговаривать. Хотела сбежать.

Дверь, зеркало, холодная вода — ничего не помогало.

“Он сказал, что у него никого нет…” - крутилась фраза в голове, как иголка по винилу. Но стоило закрыть глаза - я снова видела, как он держит Алёну за руку.

Но почему мне не всё равно? Почему жжёт в груди? Почему?

Вернувшись в зал, я почувствовала, как взгляды коллег стали липкими. Да они и не знали, конечно. Никто. Ни одна живая душа не знала, что я - бывшая Влада. Что у нас есть ребёнок. Что мы были семь лет вместе и расстались из-за его измены. Но почему-то мне казалось, что все только об этом думают и знают. Паранойя одолела.

Меня передёрнуло. Это уже не просто обида. Это унижение. И злость. На него. На себя. На всю эту комедию с шампанским, дресс-кодом и красивыми речами.

Я достала телефон и написала сообщение Марине: «Оставь Соню на ночь. Переведу деньги позже. Спасибо». Не знаю зачем. Просто не хотела ехать домой. Хотела… исчезнуть. Раствориться в ночи. Или в бутылке.

Подошла к стойке. Заказала виски. Один. Без льда. Сделала глоток. Второй. Мир чуть потемнел по краям.

Когда я подняла глаза, увидела, что он снова смотрит на меня. Прямо. С вызовом. С тревогой. Или с сожалением? Не знаю. Да и не важно. Стоял в двадцати метрах от меня. С кем-то разговаривал, но смотрел через плечо собеседника точно мне в глаза.

Я взяла бокал и пошла к выходу. Быстро. Уверенно. Без оглядки.

Нахрен его. Хватит с меня. Хватит этого вечера, хватит этих беззаботных людей вокруг. Хватит боли.

— Стой! — услышала голос позади себя, стоило мне только открыть входную дверь клуба.

Глава 20

Таисия

Я дёрнула за ручку двери и вышла на улицу. Прохладный воздух сразу ударил в лицо, словно кто-то невидимый дал пощёчину. Тело содрогнулось от резкого перепада температуры. Холодный ветер зацепился за открытое горло, пробежался вдоль позвоночника и вцепился в пальцы.

Я зашагала по дорожке от входа. В голове гудело. Шаги отдавались в ушах. Вино, выпитое за вечер, чуть качало землю под ногами, но не настолько, чтобы потерять равновесие.

Сзади хлопнула дверь. Я ускорилась.

— Тася, подожди.

Голос Влада. Ни громкий, ни умоляющий. Просто уверенный. Как всегда.

Я не остановилась.

Он догнал меня за несколько секунд.

Шёл рядом, не навязывался, не хватал за руку. Просто зашагал рядом и начал разговор, к которому я не была готова.

— Я не знал, что ты будешь здесь, — сказал он, но голос его не источал слабость. Он и не думал оправдываться.

— Удивлена, что ты ещё не сказал, будто и на сцену тебя вывели силком, — плюнула ядом в ответ.

— Почти так и было...

Ну конечно, охотно верится.

— Ага. Классика. Ты ничего не знал. Ты просто оказался на сцене. Просто не возразил, когда она назвала тебя своим мужчиной. Просто молчал и покорно подыгрывал? Ты думаешь, что я поверю в это?

Он не ответил сразу. Мы свернули за угол здания.

Ветер усилился. Становилось холодно. Он шёл в пиджаке, я — в пальто нараспашку. Оба выглядели так, будто вышли покурить, а не ссориться.

— Я не оправдываюсь, — сказал он. — Я не тот, кто оправдывается.

Знаю. Видела это ни раз.

— Да, ты просто тот, кто делает, а потом смотрит, как другие разгребают, — снова позвонила себе съязвить.

– Хочешь, чтобы я что-то сказал? Назвал себя мудаком? Хорошо. Но ничего не изменится от этого...

Я остановилась. Он тоже. Мы стояли напротив друг друга.

— Почему ты вообще пошёл с ней? — Я смотрела ему в глаза. — Почему вообще позволил ей называть тебя своим?

— Так тебя это всё таки задело, — Влад ехидно улыбнулся.

Чёрт, я сама ляпнула не подумав. Это всё алкоголь развязывал мне язык и затуманивал разум.

— Нет, — отвела взгляд.

А что было делать?

Просто снова начала идти прочь.

— Ты врёшь, Тась. Я же вижу. Читаю тебя, как открытую книгу... — он снова зашагал рядом.

Но я решила промолчать, хотя очень хотелось его послать куда подальше. Даже не знаю, почему я это сделала вообще. Стоило сказать пару ласковых.

Он как камень. Лицо ровное, холодное, слишком собранное.

— Между мной и Алёной ничего нет, — произнёс он наконец. — И не было.

Да-да. Охотно верю. Я же дура, которая не делает выводов.

— Зато теперь есть слухи. Есть сцена. Есть ты с ней. Этого достаточно,