Ложь грешника - Кайли Кент

того, что Гейб собирается со мной сделать. Я паркуюсь в подземном гараже, подхожу к лифту и вижу Гейба, прислонившегося к стене.

Увидев меня, он отталкивается и неспешно направляется в мою сторону. У меня нет возможности сказать хоть слово, как его губы оказываются на моих. Гейб завладевает моими губами, словно они принадлежат ему, словно я принадлежу ему. Эта мысль не отталкивает меня так, как должна была бы. И тот факт, что мысль о том, будто я принадлежу ему, не заставляет меня бежать сломя голову, пугает до чертиков. Но все мысли вылетают у меня из головы в тот момент, когда его рука обхватывает основание моей шеи, чтобы углубить поцелуй.

Когда он снова отстраняется, у меня перехватывает дыхание и наступает оцепенение. Вот какой эффект он производит на меня.

— Блять, я скучал по тебе, — говорит он, на короткое мгновение прижимаясь своим лбом к моему.

Я отступаю, беру его за руку и нажимаю кнопку вызова лифта. Чувствую себя неуклюжим подростком, собирающимся впервые пошалить с парнем. Не знаю, что в нем такого, что выбивает меня из колеи. Я чувствую, как его взгляд прожигает мое лицо. Но не смотрю на него. Вместо этого я захожу в лифт, когда двери открываются, и тяну его за собой. Никто из нас не произносит ни слова, пока лифт поднимается на мой этаж. Гейб выходит первым и тащит меня в сторону моей квартиры.

— Ключ? — спрашивает он, протягивая ладонь.

Я роюсь в сумке, достаю ключи и вручаю их ему, держа в руке тот, который открывает мою дверь.

Как только мы оказываемся внутри, Гейб ведет меня в гостиную.

— Садись, — говорит он.

Я смотрю на него и ухмыляюсь.

— Ты же знаешь, что я не собака, верно? Ты не можешь просто приказывать мне. — Хотя это немного возбуждает. Но я не признаюсь ему в этом.

— Дейзи, усади свою хорошенькую попку на диван, — бурчит он.

— Ну, раз уж ты назвал меня хорошенькой, — фыркаю я и плюхаюсь на одну из подушек.

Гейб садится на журнальный столик прямо передо мной.

— Что сегодня произошло?

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что такого произошло сегодня, что вызвало у тебя стресс? — говорит он.

Я хмурюсь. Откуда, черт возьми, он мог знать, что у меня был плохой день?

— Это был дерьмовый день. Нет ничего такого, с чем бы мне не приходилось сталкиваться раньше, и ничего такого, что не случится снова. К счастью для меня, сегодня выходные, так что я собираюсь забыть о своей суке-начальнице и насладиться двумя днями покоя.

— Чем она занимается? Как ее зовут? — спрашивает он.

— Это не имеет значения. Она просто обвинила меня в том, что я не справляюсь со своей работой. Ничего страшного. Я переживу это, и уверена, что она тоже переживет.

— Что еще?

Я вздыхаю.

— У меня есть клиент, которого я не могу найти. Но это конфиденциально, и я не могу говорить с тобой о девушках, которым помогаю.

— Ты помогаешь только девушкам? Никогда не консультировала парней? — Он хитро приподнимает бровь, а на его губах играет ухмылка.

— Как бы я ни была согласна с тем, что тебе нужен психотерапевт, Гейб, нет, я не стану тебя консультировать.

— Мило, но это не я, — говорит он, и, должна признать, меня это заинтриговало.

— Кто?

— Неважно. Эта девушка, которую ты не можешь найти, у тебя есть номер ее мобильного? — спрашивает он, вместо того чтобы ответить на мой вопрос.

— Да.

— Дай это мне. Я сообщу тебе ее местонахождение в течение нескольких минут, — говорит он.

— Нет, не дам.

— Почему нет? Ты хочешь найти ее, не так ли?

— Хочу, но я не собираюсь нарушать закон, рисковать своей работой и заставлять тебя делать что-то, что, скорее всего, незаконно, чтобы получить нужную мне информацию, — говорю я. — Кроме того, я думала, ты пришел сюда ради секса? Если ты действительно хочешь мне помочь, то можешь заставить меня кончить. Прямо сейчас это очень помогло бы.

— У тебя есть под рукой какие-нибудь пастилки от горла? — Спрашивает Гейб.

— А, наверное, в шкафчике над холодильником. А что?

— Потому что они тебе понадобятся после того, как я заставлю тебя кричать всю ночь. — Он подмигивает и встает, увлекая меня за собой.

Гейб тащит меня через маленький коридор в мою спальню. Через несколько минут мы оба обнажены, и я перегибаюсь через край кровати, подставляя ему свою задницу. Мои ноги стоят на полу.

— Блять, это зрелище я никогда не устану видеть.

Я поворачиваю голову, чтобы посмотреть на него.

— Габриэль, трахни меня. Сейчас.

— Как пожелаешь, — говорит он, прижимая свой член, который теперь уже в презервативе, к моему входу. Затем, одним сильным толчком, он погружается в меня. Растягивая меня как нельзя лучше. — Блять, ты ощущаешься так чертовски хорошо, — выдавливает он, отодвигаясь назад так, что в моей киске остается только кончик.

Стон — или, может, он прав, и это больше похоже на крик — срывается с моих губ, когда он снова входит в меня. Не знаю, что он делает, но я не хочу, чтобы он останавливался. Я приподнимаюсь на цыпочки и толкаюсь в него попкой, пытаясь заставить его двигаться быстрее.

— Чья-то киска сегодня немного жадная, — говорит Гейб, после чего наклоняется и кусает меня за плечо. — Тебе нужно усвоить, что не ты здесь командуешь, детка. А я. Я буду трахать тебя так сильно или нежно, как захочу. Так быстро или медленно, как захочу. И тебе, блять, понравится каждая минута этого, — рычит он мне в ухо.

— Аргх, Гейб, блять, заставь меня кончить, — шиплю я.

Гейб снова выпрямляется, а затем трахает меня как одержимый. Он не останавливается. Это не нежно и медленно. А грубо, жестко и быстро. Именно так, как я этого хочу. Как мне это нужно. Через несколько минут я кончаю. Мое тело горит от удовольствия, поскольку я знаю, что это только первый