Над Этной розовое небо - Юлия Белова

сегодня его заветная мечта осуществляется. Это вино сделано из винограда с маленького виноградника, того самого, который купил отец, приехав на Сицилию. И с самого первого дня там делалось точно такое вино, как вы пьёте сейчас. Мы не меняем его на протяжении многих лет для того, чтобы помнить с чего все начиналось и понимать, куда мы ушли. Я уверен, что никто из вас раньше не пил это вино, потому что мы его не продаём. Я дарю его близким и друзьям. И сегодня, благодаря моему хорошему другу Андрею, он, к сожалению, не смог присутствовать здесь, я хочу подарить его вам, каждый из вас получит бутылку вина, с которого начиналась земля львов — «Терре дей Леони».

Он говорил, и мне казалось, что с каждым словом он менялся, преображался, становился другим человеком, настоящим Марко, с горящими глазами и горячим, открытым сердцем. С каждой минутой, с каждым глотком вина, с каждой фразой он все меньше походил на того человека, с которым я познакомилась вчера. Такой он настоящий? Без маски высокомерия, без снобизма. А может это просто вино? Вино делает его таким, или вино — это его единственная настоящая страсть и только, когда он говорит о вине становится другим человеком. А может вчера он демонстрировал отношение именно ко мне, а с другими людьми он такой как сейчас? А может это все игра, маркетинг и лицедейство?

Я не могла понять, я была смущена, а дегустация двигалась вперёд, наращивала обороты, выбрасывала мощную энергию, приближалась к высшей точке. Главным было вино, которое получило высокие международные рейтинги. Из присутствующих его мало кто пробовал. Кто-то уже успел побывать на Сицилии в кантине Марко, Иван, например, но даже он сказал, что сегодняшняя дегустация, которую провёл сам создатель вина, была потрясающей.

Все долго не расходились, разговаривали, фотографировались с Марко, допивали то, что оставалось в бутылках, обменивались мнениями, галдели и гомонили. Я стояла рядом, переводила и, честно говоря, любовалась Марко.

— Марко, слушайте, дегустация была невероятной. Я Игорь Ашуков, «Винная Империя», вот моя визитка. Хочу поблагодарить за замечательный вечер и пригласить вас на товарищеский ужин в кругу коллег. Вы уже успели познакомиться с Москвой?

— У меня программа, все пребывание расписано. Сегодня моя переводчица проводит экскурсию.

— Так мы вас с переводчицей приглашаем, — сально засмеялся этот Ашуков — покажем такие чудеса, не поверите. Ночная жизнь Москвы, огни, сумасшедший драйв, лучший в мире стриптиз.

— Я уже видел здесь кое-что такое, что любой стриптиз меркнет, — сказал Марко и глянул на меня, а потом повернулся к девушке, которая что-то спрашивала на плохом итальянском.

Я вспыхнула и не стала переводить последнюю фразу.

— Что он сказал?

— Просит прощения, но не может принять приглашение…

Наконец, мы смогли уйти. В машине я села на переднее сиденье, рядом с водителем.

— Давай только сначала поедим, а уж потом на экскурсию, — попросил Марко.

— Да какая экскурсия — просто прокатимся по вечерней Москве, увидишь самые красивые места.

— Я не против, но давай сначала поедим.

— Хорошо, давай.

— И давай только не в такое место, как вчера. Там, конечно, вкусно было, но обстановка какая-то фальшивая.

— Вкусно было? И окрошка? — я засмеялась.

— А-крош-ка, — ужас! Нет, только не а-крош-ка, пожалуйста.

— А мне нравится.

— Да, ты очень странная, я знаю.

— Кто бы говорил. Сегодня у нас «Белый Кролик» забронирован с видом на Москву, в этом году вошёл в мировой топ-50 не знаю, правда, по какой версии.

— Ой, нет, не хочу никаких топов. Давай поедем в какое-нибудь простое московское место.

— Ну ёлки… Сергей, он не хочет в «Кролика», чего-нибудь попроще просит… Куда его отвезти? Я что-то не могу сообразить…

— В «Горыныч» можно, в «Пушкин»…

— Нет, не то… а, вот! Поехали в «Джонджоли».

— На Тверской?

— Ну да, там в переулке. И гостиница его рядом, потом забросим и все.

— Так ещё же кататься надо.

— Может после ужина не захочет. Посмотрим.

Сергей повёз нас в «Джонджоли».

— Поедем в грузинский. Там люля-кебаб — пальчики оближешь. Только вот с вином не уверена, думаю вина хорошего нет, но попробуешь грузинское. Интересно же.

— Сколько ты сегодня выпила?

— Довольно много.

— И ещё будешь?

— Чуть-чуть.

В ресторане было много народу и пришлось десять минут ждать. Потом нас проводили в дальний зал и посадили за столик. Я почувствовала, что голодная и заказала гору еды — хачапури, люля, пхали, сациви и хинкали. Я как-то расслабилась и уже не чувствовала себя зажатой.

— Ешь, настоящий джентльмен в жизни должен попробовать всё, кроме инцеста и фольклорных танцев!

Он засмеялся:

— Это ещё что за дребедень?

— Не знаю, прочитала когда-то на обложке «Эсквайра». О, смотри, вон за тем столиком Володя Кристовский, вон с девушкой в красном. Известный певец.

— Не знаю такого.

— Ну ещё бы…

— Скажи, ты ведь заранее знала про Грилло?

— А что знала?

— Что это для меня особенное вино. Это было эффектно.

— Откуда бы я могла знать?

— Отец тебе рассказал, мы с ним это обсуждали.

— Нет, мы с ним о твоих винах не говорили.

— Правда? Ты попала мне прямо сюда, — он похлопал себя по левой стороне груди, там, где должно было находиться его сердце.

Я пожала плечами, не ответила, и весёлость моя прошла, и тревога снова зашевелилась в сердце. Я смотрела на него, а он — на меня. По-прежнему иронично и по-хозяйски, но я чувствовала, что что-то меняется.

— Еда вкусная, молодцы грузины, хотя вино дрянь.

— Я предупреждала. Вообще, в Грузии сейчас виноделие на подъёме, говорят там много всего интересного происходит. Надо туда съездить.

— Только не сегодня. Сегодня по плану Москва.

За ужин заплатил Марко:

— Пусть для тебя это просто бизнес, но я не допущу, чтобы за меня платила девушка.

Мы вышли наружу. Жара спадала, было уже почти совсем темно. Позвонил отец, спросил, как дела, я коротко рассказала. Он сказал, что я молодец, что в принципе уже могу ехать домой и что он сегодня не приедет, останется в офисе.

Марко открыл передо мной заднюю дверь. Я села. Он обошёл машину и уселся за водителем. Поехали на Воробьёвы горы. Я рассказывала о Москве, а он внимательно слушал и не отрывал от меня взгляда.

— Извини, я не особенно знаю разные тусовочные места, здесь бы тебе, пожалуй, больше пригодилась Инга.

— Да я не любитель тусовочных мест. Лучше погуляем.

Сергей высадил нас у Храма Христа Спасителя, и мы пошли пешком по набережной, поднялись на Красную площадь, а оттуда дошли до Ритц-Карлтона.

Сейчас Марко был