Стажер для босса - Ника Клубника

мама считывает на раз-два, поэтому просто отвечала ей общими фразами. Но вот потом зашёл разговор про Олега, которого мама не сильно любила. Она изначально не то чтобы была против, но в каждом её вопросе чувствовался подвох, и мне приходилось его защищать. Но хуже всего было то, что мама практически во всём была права. Мне не хотелось говорить то, что мы с Олегом практически на пороге расставания. Узнав о нашей с Олегом ссоре, мама бы начала задавать ещё больше дополнительных вопросов, которые я намеревалась избежать.

— Свадьбу не планируете?

— Нет мам, я бы тебе сказала, — ответила я, уставшим голосом.

— Значит и ребёночка не планируете?

— Какой ребенок? Я только на работу устроилась! — возмутилась я.

— Жаль, ведь я уже на пенсии. Ты знаешь, здоровье у меня не очень.

— Ну прекрати, мам, у тебя отличное здоровье, ты еще всех нас переживёшь, — мать задумчиво посмотрела в окно и театрально чихнула в руку.

— Что-то стала часто болеть. В груди частая боль. Я как раз сегодня пройду анализы, там посмотрим.

Новости тут же сняли моё лёгкое раздражение, ведь здоровье мамы для меня всё-таки было главным приоритетом, и я решила её подбодрить.

— Ну что ты, не переживай. Всё будет хорошо, — проговорила я.

— Всё-таки ты что-то не договариваешь, я чувствую! — словно профессиональный переговорщик, вернула в старое русло наш разговор мать.

— Прекрати мам, — сказала я, снова заводясь, и нечаянно выпалила: — И, вообще, не в Олеге дело! — эта фраза была ключевая, и мать зацепилась за неё, как за крючок.

— У тебя есть кто-то ещё? Ты изменяешь Олегу?

— Нет, мам, ты что! С Олегом мы как бы и не вместе, — пришлось выдать мне.

— Всё понятно.

— Что тебе понятно?

— Кто?

— Кто, кто?

— Ну, причина, тот, кто тебе нравится. Неужели ты думаешь, что сможешь провести мать?

Я нехотя ответила.

— Женатый?

— Нет, конечно, наверное, — ответила я.

— Ты от него беременна?

— Нет, мам, прекрати, у нас ничего не было!

— Я на самом деле рада, что ты порвала с Олегом. Он мне никогда не нравился

— Мам, я знаю.

Этот допрос нужно было прекращать, поэтому я сказала маме, что тороплюсь и что оплачу весь счёт. Мама этому сильно удивилась. Обычно мы всегда делили счёт пополам, хотя мама делала это лишь для того, чтобы не обидеть меня, но потом подкладывала деньги мне в карман. Тем временем, я достала большую купюру и положила её на поднос официанту.

— Ты не? — начала было смущенная мама.

— Нет, мама, я не работаю проституткой! — ответила я с детской гримасой, которую мать хорошо знала, и мы обе рассмеялись. Мы уже собрались уходить, как вдруг мать все-таки решила прочитать мне лекцию о том, что карьера карьерой, а детей лучше рожать в молодости. Тогда с ними можно вот так мило посидеть в кафе и пообщаться.

Эта традиционная для наших встреч лекция была вполне ожидаема, и я была вынуждена слушать её ещё ближайшие минут десять, но меня спас неожиданно раздавшийся звонок по телефону. Я посмотрела на экран и застыла в недоумении. На экране было написано Константин. Мать, мгновенно считав мою мимику, посмотрела на меня с выражением лица, недвусмысленно говорящим: я всё поняла. Кто это звонит, возражать было бессмысленно, но и не брать трубку глупо. Я нажала на зелёный кружок и тут же услышала:

— Даша, привет, ты сегодня сильно занята?

Глава 21

Костя добрался до торгового центра в заведение, где мы сидели с мамой, за десять минут. Его машина въехала на парковку. Я не представляла, чего ожидать. Когда я села к нему, то поняла, что уже третий раз в течение последних трех дней сажусь на это место. Это было, как минимум, странно.

Одна мысль о том, что Костя рассматривает меня, как девушку, заставляло сердце биться сильнее. Однако, никаких намёков на это с его стороны не было, что говорило об обратном. Но все-таки, он чего-то хотел, и в критической ситуации вспомнил про меня. Как минимум, это бы уже польстило любой девушке, которой нравится парень.

С другой стороны, я понимала, что мама просто так не пойдет по магазинам, зная, что у ее дочери есть новый поклонник.

— Мне надо, тебя кое о чем попросить, — сказал Константин.

— Хорошо, только пожалуйста, давай отъедем отсюда, — попросила я.

— Почему? — удивился он.

— Потом объясню, но дело связано с моей мамой, — призналась я, прикрыв глаза.

Костя кивнул, но вместо того, чтобы нажать на газ, продолжил говорить.

— Удивительно, но то, о чём я хочу тебя попросить, тоже связано с мамой, — улыбнулся Константин. — Моя мама, она просто невыносима в плане контроля. Ей всё время хочется, чтобы все было так, как она решила.

— Я тебя понимаю, — задумчиво сказала я.

— Дело в том, что мы поссорились с Ирой, а на сегодня был назначен ужин с мамой и их первое знакомство.

— Ну так скажи ей, что вы поссорились, попроси перенести встречу, съездите, когда помиритесь, — слегка нервно предложила я.

— Я думаю, что мы уже не помиримся. Я не могу ей сейчас об этом сообщить, по крайней мере не сейчас.

Сегодня у меня было особенно язвительное настроение, но, вспомнив про свой разговор с мамой, я подумала, что буду не сильно убедительной, ведь сама также не могу о многом ей сказать.

Кстати, о маме. Я не видела, что происходило за тонированными окнами торгового центра, но на сто процентов была уверена, что где-то там она стоит и наблюдает за нами.

— Хорошо, только одна просьба, мы можем уже уехать с этой парковки? Я здесь сегодня встречалась с моей матерью, и я уверена, что она сейчас за нами наблюдает.

— Хорошо, хорошо, как скажешь, — растерялся Константин, и, кажется, только сейчас понял причину моего ужасного настроения.

— Вижу, у нас с тобой много общего, — эта фраза была мне приятна, у нас действительно было чуть больше общего, чем я думала, хотя бы, чем я могла предположить изначально. Мы съехали с парковки, и Константин начал рассказывать.

— Мама знает, что ты у меня работаешь, и больше ничего. Дело в том, что она уже слишком стара и замучила меня намеками на внуков. Мне надо дать ей хоть какую-то надежду, понимаешь? Я не могу ей рассказать про то, что снова расстался с кем-то, тем более, с Ирой.

Константин, несмотря на свою обходительность, был мастером портить мое настроение. Ничего хуже представить себе было невозможно, сказав мне, что он меняет девушек как перчатки. Сколько