Жена по наследству (СИ) - Кьют Аля

- Обязательно.

- Но нам точно необязательно заниматься всем этим извращенным сексом.

- Точно, - тут я не мог не согласиться.

Милана вроде бы даже поверила, но паника все равно читалась в ее взгляде. Я не знал, что придумать, чтобы успокоить ее. Любая отмазка казалась глупой. Только правда выглядела более-менее правдоподобно. Как ни дебильно это звучит.

- Слушай, - начал я, снова хватая ее руки. Пришлось приложить немного грубой силы. Она больше не дергалась, слава богу. - Это не мое.

- Конечно, - истерично захохотала Мили. - Дай угадаю. Тебе подбросили? Брось, Руслан. Я не из полиции, и это всего лишь веревки и плеть, а не кокаин. Не надо оправдываться.

Но я продолжил объяснять, хоть и действительно не любил это дело.

- Мили, это машина моего отца. И это игрушки моего отца. Я не знал, что бардачок набит...

Тут я лукавил, и Мили моментально почувствовала ложь и пришщурилась. Пришлось поправиться.

- Ладно, я мог догадываться, что там его вещи, но не проверил. Слушай, ну не стал бы я просить тебя убрать документы, где у меня плетка и веревка. Я местами конченый, но не дебил же.

- Этот факт меня немного утешает, - призналась Мили очень честно.

Минуту назад она была румяная и счастливая, сейчас зеленела и бледнела. Но при этом весьма трезво рассуждала:

- Но история про отца и веревки не очень складная. Зачем они ему?

Мне снова пришлось быть честным в ответ. Язык едва поворачивался, когда я говорил:

- Мои родители практикуют БДСМ.

- Сколько им лет? Ты сам уже не мальчик.

- Либидо позволяет.

- Откуда ты знаешь? Они не могли сами тебе рассказать. Зачем ребенку такое знать?

- Это вышло нечаянно. Однажды я примерно так же нащупал в бардачке анальную смазку, пока искал футляр с папиными темными очками. Ребенком я тогда уже не был. Слава богу.

- Что отец сказал тебе на это? - спросила Мили. То ли допрашивала, то ли ей действительно было интересно.

Я прекрасно помнил слова Артура и воспроизвел их, невольно копируя интонацию отца:

- Что ж, теперь ты знаешь, что я люблю твою мать самыми разными способами.

Мили нервно хихикнула.

- То есть ты не связываешь полузнакомых девушек и не избиваешь их до смерти? - уточнила она.

- Нет, только женюсь на каждой встречной, чтобы вытрахать из нее весь ад. Моя невеста скривила рот.

- Не смешно, Руслан.

- Поверь, мне тоже.

- Но анальная смазка не связана с БДСМ, - продолжала допрашивать Мили.

- Мы можем обсудить это хотя бы не в машине? - взмолился я.

На что Мили вздохнула, почти соглашаясь, но потребовала:

- Поклянись, что не будешь меня связывать и мучить.

Я вернул ей мученический вздох. Фантазия с ее связанными за спиной руками во время минета не советовала мне быть настолько категоричным. Но я пошел на встречу страху бедной девочки: - Клянусь, - и тут же добавил: - Если только ты меня сама не попросишь об этом.

- Не попрошу, - упрямо выплюнула она.

- Ладно, - согласился я быстро, уточняя: — Можем теперь ехать домой?

- Н-наверно.

Не давая ей времени на сомнения или новую истерику, я скорее направил машину в сторону дома.

- Ты же видела мой дом, - решил напомнить я Милане. - Он не похож на подвал, где я пытаю маленьких девочек.

-Я видела только гостиную и гардероб, - не повелась Мили. - Устрою тебе экскурсию, как приедем. - Хорошо.

Больше мы не разговаривали. Мили не требовала остановить и выпустить ее и даже не вырывала руки из моей. Она перестала кусать губы, когда мы подъезжали к дому. Я посчитал, что это очень немало для одинокой девочки, которая доверилась сомнительному типу, чтобы получить наследство.

Оставив машину в боксе, я с тоской посмотрел на резвый БМВ Марата. Он здесь бросал свой спорткар, как в гараже. Нужно было взять его утром, но я посчитал, что будет нелепо и по-пижонски прикатить с невестой на низкой гоночной тачке. Папин седан внушал больше доверия. Зря, как выяснилось.

Второй раз за день мы с Мили шли к лифту. Я отпустил ее руку, чтобы прилепить свою ладонь на голую спину. Она сводила меня с ума. Вернее, они: сама Мили, ее голая спина и платье с потрясающим вырезом сзади. Мы вошли в лифт, ия не мог прекратить смотреть на нее в отражении зеркальной стенки. Такая скромная и чистая. Я просто обязан быть ее демоном, который соблазнит и научит плохому.

У меня сложилась твердая уверенность, что, несмотря на острый язык и боевой характер, у Мили в постели не было нормального опыта. Я точно собирался это поправить. Прямо сейчас.

Мы прошли в квартиру, и я стал показывать Милане все комнаты подряд. Она посмеивалась, но следовала за мной послушно. Последней оказалась опять гардеробная. Я остановил Милану у зеркала, продолжая любоваться отражением и трогать ее.

- Теперь видишь? Здесь нет никакого подвоха. Только я.

Она прикрыла глаза, длинно выдохнула, принимая мои поцелуи на своей шее.

- Только ты - это тоже очень большой подвох. У меня в голове не укладывается, что мы женаты.

- Такие факты укладывать нужно в других местах, Мили.

Я зацепил пальцами невесомые рукава и потянул их вниз по ее рукам, заставляя все платье также стремиться на пол. Мой рот продолжал отвлекать Милану. Видимо, поэтому она не стала сопротивляться в процессе. Но вскрикнула, когда платье соскользнуло с нее за долю секунды, оставив в одних трусиках перед зеркалом. Идеально. Именно так, как я представлял, едва увидел ее в этом белоснежном наряде.

Я собирался как следует рассмотреть свою жену, но Мили тут же закрылась. Она приложила ладони к груди и скрестила ноги. Как будто от этого стала чуть более одетой. Окончательно портя прелюдию и созерцание, она развернулась ко мне лицом и спешно заговорила: - Я знаю, что мы должны переспать. Давай сделаем все быстро и на кровати.

Мой член был в приподнятом настроении весь день. Усилиями воли я сдерживал возбуждение, но сейчас у меня от удивления подопустился сам по себе.

- Я не хочу, чтобы ты на меня смотрел, - добила Милана.

- Это еще почему? - не мог не поинтересоваться я.

- Тебе не понравится. У меня несуразная фигура. Я не хочу...

- Стоп! — рявкнул я и оттолкнул Мили.

От злости сил приложил чуть больше, чем требовалось, и моя невесте качнулась, сделав два шага назад, едва не упала. Я успел поймать ее, развернул обратно к зеркалу и отодрал руки, силой завел их ей за спину.

- Не надо, - всхлипнула она, зажмуриваясь.

Я же наоборот смотрел в зеркало, пытаясь найти изъян, который она хочет спрятать. Родимое пятно, шрам, третья сиська или лишний сосок, два пупка, член в трусиках.

А нет, последнего точно можно не бояться. Не настолько я слеп, чтобы парня не рассмотреть. На первый взгляд, да и на второй не было у Мили никакого повода прятаться от моих глаз. Готов поставить папин самолет, что вся чушь в ее голове. И вложил ее туда какой-нибудь прыщавый мудак с манией величия и привычкой самоутверждаться за счет девочек.

Милана напомнила о своем бойком нраве, дернувшись, чтобы освободиться и потребовала.

- Пусти!

- Замри, детка, - потребовал я, отбросив шутки и включив серьёзный голос. - Или я спущусь в машину за веревками, чтобы сделать тебя покорной.

- Веревками ты сможешь меня связать, но покорной не сделаешь, - выпалила она.

Я решил не спорить. - Тем более, не будем тратить силы и время.

Наконец, я рассмотрел ее всю. Худенькая, но плавная. У нее не торчали ребра, как у некоторых моделей, с которыми я спал. Она была подтянутой и одновременно женственной. Я продолжал держать ее запястья сзади, но перехватил их одной рукой. Мили уронила голову и зажмурилась, чтобы не видеть, как я изучаю ее тело.

Я положил ладонь ей на живот и попросил: - Открой глаза, Мили. Она помотала головой. Кажется, больше уже из вредности, чем от страха.

Усмехнувшись, я погладил ее, запустил палец под резинку трусиков и очертил контур по низу живота. Жена дернулась и пискнула, но продолжала играть в слепую.