Империя желания (ЛП) - Кент Рина

Во всяком случае, мне никогда не нравилось быть в безопасности.

— Тогда кто я?

— А? — я настолько ошеломлена, что никакие другие слова не выходят.

— Если я не твой охранник, то кто?

Лучший друг моего отца. Но я не хочу этого говорить, потому что ненавижу это. Я ненавижу то, что он будет только им.

— Друг?

— Я не дружу.

— Но у тебя есть Аспен.

— Мы с Аспен работаем вместе, мы близки по возрасту. Ты попадаешь под эту категорию?

Я сжимаю губы, вытирая липкую ладонь о джинсовые шорты.

— Как ты думаешь, Гвинет?

Черт побери, и он, и Аспен. И его нетерпеливость в ответе на каждый вопрос, который он задает. Диктатор.

— Нет. Не знаю. Но ведь возраст — это всего лишь цифра. То, что я моложе, не означает, что я не могу работать или дружить с тобой. Эти вещи можно изменить.

— Нет, нельзя.

— Можно.

— Скажем так, можно, но ближайшее время этого не произойдет. Так что, кем я являюсь для тебя сейчас?

— Просто собой.

— Мной?

— Да, просто ты. Мне не нужна категория, в которую можно тебя отнести. Ты просто Нейт.

— Но это же неправда, не так ли? — он показывает на мои умные часы, и я смотрю на них, думая, что, может быть, они расплавились от его присутствия, потому что иногда это так. Как будто я беспомощная звезда на орбите Солнца, и моя единственная судьба — сгореть.

— Который сейчас час?

— Одиннадцать, а что?

— Где ты должна была быть час назад, Гвинет?

— Ой.

— Ой — это не место. Где ты должна была быть?

— В мэрии.

— Почему?

— Чтобы выйти за тебя замуж.

— А ты была там?

— Ты знаешь ответ на это.

— Мне нужно, чтобы ты сказала это. Ты была там?

— Нет, но это потому, что я пришла сюда и забыла о времени…

— Остановись.

Мои внутренности трясутся, и я клянусь, что что-то перестраивается у меня в животе, потому что это единственное слово, которое так влияет на меня, что поражает до мозга и костей.

— Не делай этого снова, — говорит он.

— Что?

— Не задумываясь выпалить слова. Извинения для слабых, особенно если они не подкреплены доказательствами или уважительными причинами.

— У меня была уважительная причина.

— Слушаю.

— Я уже рассказала о ней ранее. Я не хотела быть обузой.

— И я сказал тебе, что это не так. Так что все прояснено.

— Наверное.

— Я думаю, это и ни да, и ни нет.

— Мир — это не только да или нет. Есть моменты «я предполагаю» — возможно, не уверена. Нюансы и все такое

— И все это, да? — повторяет он с легким подергиванием губ. Это полуулыбка единорога. Та, которую он мне никогда не показывал после того, как я решила, что могу поцеловать его и избежать последствий.

— Ага, а у меня их много.

— Много чего?

— Нюансов и всего такого.

— Я буду иметь это в виду, — он смотрит в сторону двери. — А теперь пошли. Мы опаздываем.

Свадебная церемония.

Наша. Моя и Нейта.

Мои щеки горят так сильно, что я удивлена, как загорелась, не взорвалась или что-то столь же неприятное. Потому что, черт возьми, это действительно происходит.

Как кто-то реагирует на то, что женился на единственной любви всей своей жизни, но чувства, к которому вроде как преодолели, но не совсем, и кто к тому же является лучшим другом их отца?

Потому что я думаю, что мне нужен учебник или что-то в этом роде. Тот, который не заставляет меня вести себя как человека в том возрасте, которым он так явно пренебрегает.

— Да, конечно. Ладно.

— Это три слова для одного и того же.

— И? — мой голос звучит немного скрипучим и хриплым.

Он делает паузу, и морщинка возвращается на его лоб.

— Ты нервничаешь?

— Нет! Я могу справиться с этим.

— Уверена? Потому что, если ты плохо себя чувствуешь, мы можем…

— Я не ребенок, Нейт. Я перестала быть им давным-давно, и знаешь, что это значит? Это означает, что я могу принимать собственные решения и действовать в условиях стресса. Это означает, что я знаю, что этот брак важен не только для защиты активов отца, но и всех сотрудников W&S и их клиентов. Так что я могу это сделать, хорошо?

— Хорошо.

Он говорит это спокойно, небрежно, как будто искренне верит моим словам, даже больше, чем я.

— Хорошо, — повторяю я, выпуская глоток воздуха. — Пойдем.

— Ты все еще не ответила на мой вопрос.

— Какой вопрос?

— Кто я для тебя?

И тогда мне приходит ответ, который он искал с тех пор, как задал этот вопрос. Или, может быть, это мой собственный извращенный мозг, который приходит к этому и отказывается отпустить. Потому что, как только эта мысль была посеяна, избавиться от нее было невозможно.

Итак, я говорю одну вещь, которая имеет смысл.

— После сегодняшнего дня? Мой муж.

Муж, до которого нельзя дотронуться.

Глава 10

Гвинет

Брак не заставил меня вывернуть все внутренности наружу.

Я имею в виду, это должно было быть просто, но на самом деле это не так.

Вероятно, потому что я была наполовину ошеломлена и наполовину разгневана присутствием Аспен. Да, я знала, что она будет там. Она почти ровесница Нейта и, в конце концов, работает с ним. Мерзость.

Но да, увидев ее там, у меня появилось чувство раздражение, которое я обычно пытаюсь скрыть внутри. Это делает тебя токсичным человеком. Супер токсичным, и я не хочу быть этим человеком перед Нейтом в день нашей свадьбы.

Аспен тоже ничего не делала. Одного ее существования достаточно, чтобы довести меня до предела.

В любом случае, все кончено. Мы женаты. Мы надели кольца перед судьей, и сняли их, как только церемония закончилась, потому что Нейт ясно дал понять, что весь этот брак является секретом, и никто, кроме нас четверых и Сьюзен, не узнает о нём. Кольца сейчас у него в кармане, и он, вероятно, выбросит их, как только исчезнет из моего поля зрения.

Мы скоро получим свидетельство, и тогда все встанет на свои места, как эффект домино. И да, я до сих пор не могу поверить в это, но я привыкну. Наверное.

Когда мы вернемся домой — без Аспен — я ущипну себя несколько раз и добавлю ее имя в раздел отрицательных слов.

Почему она так близка с ним? И только с ним? Папа терпеть ее не может, также как и я, и это взаимно. Ее не интересуют общественные игры, так почему же ей больше всего интересен Нейт? Почему она расслаблена рядом с ним и разговаривает с ним, если обычно она напыщенная, подлая ведьба?

Потом меня осенило, когда мы выходим из мэрии. Она… любит его? А может, они спят друг с другом.

Я украдкой поглядываю на них, так как они вышли первыми и теперь спускаются по лестнице передо мной. Они говорят тихим шепотом, потому что мир не может знать их секретов. Они на одной волне, им так комфортно друг с другом, что я думаю, что меня сейчас действительно тошнит.

Дерьмо. Они определенно спят друг с другом, не так ли?

Моя рука находит браслет, и я сжимаю его так сильно, что чуть не срываю.

— Ты в порядке?

Я медленно прерываю зрительный контакт с этой сценой, чтобы сосредоточиться на Себастьяне, племяннике Нейта, за которым я следила во всех социальных сетях, просто чтобы мельком увидеть его дядю в его обновлениях.

Поскольку родители Себастьяна умерли, когда он был маленьким, дедушка и бабушка усыновили его, но воспитывал его в основном Нейт. У них легкие, теплые отношения, в которых Себастьян в основном пытается рассердить своего дядю и обычно терпит неудачу. Как он может быть каменным, Нейт. Но когда его племянник решил пойти по его стопам и стать юристом, Нейт выглядел таким гордым, что я никогда никого таким не видела.

Себастьян, вероятно, единственный человек, о котором Нейт так внимательно заботился и следил за каждым шансом, который он получал.

И я, возможно, немного завидовала этому.

Как бы то ни было, Себастьян — сердцеед СМИ, с тех пор как он был звездным квотербеком в колледже. Уиверы здесь играют большую роль.