Цена Игры (СИ) - Ланд Катрина

Глаза Игоря расширялись с каждым моим словом. Он даже не обратил внимание на официанта, поставившего возле него заказанные блюда. Откашлявшись, спросил.

— Полина беременна?

Я махнул головой и рассказал, как повез ее в медицинский центр, как до этого она потеряла сознание в этом же ресторане. И про детский отдел одежды я тоже не забыл упомянуть.

— Марк, я не ослышался, ты сказал, что обломал ей все мечты?

— Игорь, я знаю таких баб.

— Каких?

С напором спросил он.

— Меркантильных и расчетливых. Пошли лучше на перекур.

Раздраженно проговорил я и поднялся из-за стола. Игорь последовал моему примеру и молча, пошел следом за мной.

— Марк, ты себя, слышишь? Ты Полину видел? Как ты мог сделать такие выводы?

Спросил он, пока мы шли в сторону курилки.

— А ты чего ее так рьяно защищаешь? Неужели и тебе мозг промыла, пока мельком проходила мимо? Я даже не удивлюсь, помнишь, как рассматривала твой дом?

Я усмехнулся и достал сигарету. Это было последнее. В следующую секунду я почувствовал сильнейший удар в скулу и яркую вспышку в глазах. Меня пошатнуло, но я удержался на ногах. Боль пронеслась по каждой клеточке моего тела и снова вернулась в голову. Я схватился за пульсирующую щеку и посмотрел на Игоря.

— Ты что творишь?

Зарычал я, надвигаясь на него. Пересчитывая мысленно свои зубы.

— Надеюсь, тебя это отрезвило.

Сказал он и вышел. Я так и остался стоять, массируя щеку. Игорь хорошо приложил. Что его так задело? Пчелкину решил защитить, поиграть в защитника? Я затянулся едким дымом. Выговорился другу, называется. Зато сразу все забыл, после такой терапии, все проблемы стерлись в миг.

Я вернулся за стол, Игоря там не было, зато на столе лежали несколько купюр. Я сел и подозвал официанта, заказав себе виски. Рассмеялся, делая глоток. Горло сковало, а по венам расползлась теплота, унося меня вдаль от всего. Я сжал бокал, практически до хруста и сделал еще один. Неприятный осадок окутывал все больше и больше. Я был безумно зол на Пчелкину за ее поступок. А еще я был зол на друга, который вместо того, чтобы выслушать и поддержать, начал размахивать кулаками. Виски в бутылке становилось все меньше, а мысли в голове крутились все более сумасшедшие.

Полина.

Я уже лежала в кровати, обдумывая сегодняшний день. Пуша, лежала в ногах, мило мурлыча, не обращая на меня никакого внимания. А я крутилась, как юла и не могла улечься. Настроение было приподнятое. После работы я мчалась домой со всех ног. Еще в обеденный перерыв, я написала Игорю, чтобы привозил фотографии к семи часам. И совсем забыла, что планировала зайти в магазин, поэтому мне пришлось ускориться и нестись со всех ног на остановку.

Игорь приехал ровно в семь, и снова был не с пустыми руками. Конечно, он привез чудесные фотографии пейзажей. Пейзажей острова, они были волшебны. Песок был белым, а зелень насыщенного цвета. Казалось, нога человека не ступала в этих просторах. Игорь улыбался и пообещал рассказать одну увлекательную историю, про этот остров. Тайную и загадочную. Я слушала его с интересом. И мы договорились, что когда картина будет готова, он поделиться этой историей со мной. Мы попрощались, и я не сразу обратила, внимание, что в комнате остался стоять праздничный, бумажный пакет. Я сразу стала звонить Игорю, со словами, что он забыл у меня пакет. Он лишь рассмеялся в трубку, ответив, что это мне. На все мои возмущения, лишь отшучивался.

Я раскрыла пакет с улыбкой на лице, и увидела множество металлических баночек, соединенных между собой. Это были разнообразные сорта чая, с добавками и без. О существовании некоторых из них, я и не догадывалась. Мне было очень приятно, но в тоже время, было неловко. Потому что, все эти сюрпризы и подарки, явное проявление внимания с его стороны. И я не понимала, как реагировать.

Звонок в дверь прорезал ночную тишину. От неожиданности я резко вскочила. Звонок повторился, и я подсвечивая себе телефоном, с выпрыгивающим от страха сердцем, на цыпочках, направилась в сторону входной двери. Благо несколько дней назад, на лестничной клетке, вкрутили лампочку. И в дверной глазок было видно моего визитера. Который, явно не стоял на ногах. А шатался словно маятник. Это был Вольнов. Он, то отходил на пару метров от двери, то снова приближался. С большим усердием целясь в дверной звонок. Продолжая и продолжая звонить. В перерывах между звонками были слышны проклятия. Неизвестно в чей адрес. Я вела себя, словно мышь, казалось, даже не дышала. Что ему нужно? Мало мне нервы потрепал? Мало крови попил? Я наблюдала за ним и надеялась, что он скоро уйдет. Но моим надеждам не суждено было сбыться. После нескольких трелей, я услышала уже басистый голос.

— Полина, открой. Я знаю, ты дома.

Вольнов еще пару раз повторил свою просьбу, заплетающемся языком. И не дождавшись от меня ответа и действий, направился вниз. А я кинулась к окну. Убедиться, что он сейчас уедет. Такси освещало фарами двор в ожидании своего заказчика. Массивная фигура показалась на улице и почти под углом в сорок градусов промаршировала в сторону автомобиля. Я стояла, прячась за тюлем. И совсем не ожидала следующих действий Вольнова. Он отпустил такси и снова направился в сторону подъезда.

Я побежала в прихожую, всматриваясь в дверной глазок. На лестничной клетке Вольнова не было видно. А я продолжала свои метания, от двери к окну и обратно. Знакомая фигура так и не появлялась, в поле моего зрения. Где же он подевался? А если он упал и замерзает? Моя жалость напомнила о себе. И я как благородная леди, все же решила высунуть нос на лестничную клетку. Ну, откуда он взялся на мою голову? Мысленно повторяла я, надевая пуховик и ботинки. Еще раз подошла к двери, встала на носочки. Обстановка в подъезде была спокойная. Если не считать Вольнова на одном из этажей или на улице. Мой здравый разум дал о себе знать именно в ту минуту, когда за дверью послышался шорох. Я притихла, не отрываясь. Марк поднимался по лестнице, словно альпинист, взбирался на ледовую вершину. Я немного успокоилась и продолжила наблюдение. Ему оставалось пару ступеней, когда его повело в сторону, и он стремительно полетел боком вниз. Я ахнула и прижала ладони ко рту. Сердце билось как бешенное. Мне было видно, что он упал и не поднимается. Я как героиня фильмов, одним движением распахнула дверь и выскочила на площадку. В мгновение ока неслась по лестнице вниз. Марк лежал, распластавшись между этажами в своем дизайнерском костюме и пальто с мехом. Смотрел глубоким взглядом вверх, не двигаясь. На щеке виднелся огромный синяк, расползающийся дальше. Я подбежала и встала над ним, уже не думая про синяк, надеясь, что он получил его не сейчас.

— Марк, ты меня слышишь?

Он перевел свой надменный взгляд на меня.

— Я так и знал, что ты дома.

Проговорил он, слегка заплетающимся языком и продолжил мирно лежать, не двигаясь. Пристально рассматривая потрескавшуюся штукатурку.

— Ты встать можешь?

Я присела рядом с ним. Не зная, что делать дальше. Он видимо немного пришел в себя и начал вставать. Я быстро отскочила в сторону. Пока он как глыба льда поднимался надо мной, держась за перила. Его продолжало шатать, но Вольнов уже крепче держался на ногах. Без слов, поднялся и направился в сторону моей квартиры. Дверь, которой продолжала быть приоткрытой. И без разрешения зашел вовнутрь. Я практически вприпрыжку побежала за ним. На ходу думая, как мне выставить такого гостя. Первое, что мне бросилось в глаза, так это пальто лежащее на полу. Пуша сидела рядом, и с интересом рассматривала меховую вещь. Ну вот, и кошку разбудил, всем досталось. Пронеслось в голове. Я подняла пальто и повесила на плечики вешалки. Проследовавши далее в спальню. На моей кровати свернувшись практически пополам, мирно посапывал Вольнов. Благо, обувь хватило сил и ума снять. Я подошла ближе, рассматривая мужчину. Вот и вычеркнула из сердца и головы. Произнесла шепотом, вытащив одеяло, взяла в шкафу подушку и пошла спать в соседнюю комнату. Ругая себя и свою жалость в очередной раз. Почему когда он появляется рядом, я веду себя, как самая настоящая тряпка. Мысленно успокаивала себя, что завтра утром он уйдет и все забудется, как страшный сон. Время тянулось, а сон не шел. Зато в соседней комнате со сном было все отлично. Я все продолжала терзать себя мыслями, пока не стала проваливаться.