Ты мой! Счастье вопреки - Walentina

пор на меня злишься, — сказала она. — Ну прости ты меня! Сама не понимаю, что на меня тогда нашло… Гормоны, наверное, шалят, — произнесла она задумчиво.

— Марина! — зло рыкнул Дмитрий.

Я молча стояла и смотрела на их перепалку, не понимая, что я тут вообще забыла. Это более чем ясно, что Маринка приехала не ко мне, а к Дмитрию. Видно, они до конца так и не решили свои вопросы. И я тут явно лишняя. Так как мне не особо хотелось слушать про их прошлые отношения, я собралась уйти, но меня неожиданно за руку удержал Дмитрий.

— Не уходи, останься! — попросил он. — Меня с ней ничего не связывало и не связывает. — твердо сказал Дмитрий.

По его лицу и интонации я поняла, что у них ничего не было. Но тут Марина заявила то, что разрушило всю мою веру в Дмитрия. Одним лишь предложением она погубила все то, что мы успели построить за это короткое время.

— Что ты такое говоришь, Дмитрий, а как же наш ребенок? — обиженно воскликнула она, и на ее глаза навернулись слезы.

Я посмотрела на Дмитрия. Он сидел шокированный и бледный. Но ни словом не обмолвился, что этого не может быть. Может, на него так шок действует? Я не знаю!

— Но ты же не можешь иметь детей, — сказала я не своим голосом.

Возможно, она и не беременна. Но то, что она преподнесла это так уверенно, дает понять мне, что между ними все же что — то было, тогда как Дмитрий мне утверждал обратное. Понять бы теперь, кто из них лжет.

— Я тоже так думала, — заявила она, пожимая плечами. — Но врач меня удивил, заявив мне, что и срок — то уже большой. Я из — за этого и приехала, чтобы сказать все лично, — сказала она.

— Этого не может быть! — наконец сказал Дмитрий. — Между нами ничего не было! — более уверенней проговорил он.

— Думай, что хочешь! Но растить его я сама не собираюсь! — сказала самоуверенно Маринка.

Дмитрий моментально изменился в лице. По нему сразу стало видно, что он в ярости.

— Для начала роди, а потом, если докажешь, что он мой, я приму его и буду помогать. Большего ты от меня не дождешься! — строго проговорил Дмитрий. — И то, если это все же мой ребенок! — язвительно проговорил он. — Вероника, пошли в дом, Марина уже уезжает! Дмитрий развернул коляску и направился в дом, я тоже не стала задерживаться и пошла за ним.

Нам вслед летели гневные крики Марины. Она кричала, что, мол, меня и моих выводков он принял, не настаивая ни на каком подтверждении, а к ней у него такое несправедливое отношение и много чего в таком духе.

Я старалась не слушать ее. Новость, которую преподнесла Марина, сильно ударила по мне. Я была шокирована и сбита с толку. Я не знала, кому верить, и верить ли вообще в этом случае хоть кому — нибудь. Мне стоило подумать десять раз, прежде чем так просто довериться Дмитрию! Интересно, в чем он еще мне солгал?

Зайдя в дом, я сразу направилась на кухню, а Дмитрий увязался вслед за мной. Матвей и Дима были здесь, усердно уплетая за обе щеки обед.

Не обращая на них внимания, я подошла к холодильнику и достала кувшин с водой. Я успела только налить воды, как почувствовала что — то неладное.

— Вероника, я прошу тебя, не… — начал было говорить Дмитрий.

— Не сейчас! — сказала я, стараясь прислушаться к себе.

Что — то было не так!

— Нет! Я хочу сказать тебе это сейчас, пока ты не накрутила себя! — сказал серьезно он. — Между нами…

— Дмитрий, не сейчас! — уже едва не закричала я. — Матвей! Звони Миле и скажи ей, что началось!

— Что началось? — не понял меня он.

— То и началось! — довольно грубовато сказала я, сжимая челюсти и хватаясь за столешницу.

До него, видно, дошел смысл моих слов, так как он подорвался и ринулся к телефону. Дошло, видимо, не только до него, — Дмитрий с сыном тут же оказались возле меня. Они наперебой что — то стали говорить, и от этого гомона у меня разболелась голова. Я постояла так некоторое время, а потом попросила всех угомониться.

— Дим! — позвала я.

— Да? — ответили сын с Дмитрием в один голос.

— Сынок! — уточнила я. — Пойди в мою комнату, там сумка стоит, возьми ее. А в верхнем ящике стола — папка красная с документами, тоже бери ее и неси суда. Хорошо?

Он кивнул и скрылся в проеме, ведущем в коридор. Я повернулась к Дмитрию, в его глазах читались паника и страх. Его руки тряслись, и он явно не знал, что делать и как поступить.

Этот страх в его глазах… он был вместо тысячи слов. Что бы ни пытался сказать мне Дмитрий, это все я увидела в его взгляде. Страх потерять, боль от недоверия, а еще заботу и нежность. И я поняла, что никакая Маринка не станет между нами! Когда он вот так стоит рядом и поддерживает меня, поглаживая живот. Я была готова сказать ему многое, в том числе, что верю ему. Но мне пришлось сказать другое, не менее важное для нас двоих.

— Дим! — сказала я сдавленно.

— Ммм? — промычал что — то Дмитрий.

— Ты только не волнуйся, ладно? — попросила я.

— Как я могу не волноваться? У тебя еще две недели до срока, — сказал он серьезно.

— Я сейчас, как бы, не об этом, — заметила я.

— Да? А тогда о чем? — удивился он.

Но сказать этого я не успела.

— Папка, ты стоишь! — ошарашенно воскликнул с порога Дима.

— А?! — заторможено переспросил Дмитрий и развернулся в сторону сына.

Или он сделал это слишком быстро, или еще что, но он вдруг стал заваливаться. Хорошо, что в этот момент вернулся Матвей и вовремя его подхватил. Мужчина усадил Дмитрия на рядом стоящий стул и посмотрел на него немного с озорным блеском в глазах. Этот инцидент немного отвлек их