Все еще будет (СИ) - Чардымова Ирина

— Что? — даже не дослушав меня, спросил он. — Что-то про Лёшу? Он тебя обижает?

— Нет-нет, — я отрицательно покачала головой. — Лёша тут не причём. То есть при чём… — слова мои путались, голос дрожал, но отступать я уже не хотела. — Это касается моего прошлого, вам нужно кое-что знать обо мне…

— Вот вы где, — услышали мы неожиданно голос за спиной, повернувшись, я увидела Алексея. — Вы чего не спите? — Лёша подошёл ко мне и обнял меня.

— Лизе душно стало, она в сад вышла, а я решил, что не хорошо девушке одной ночью гулять. Вот решил ей компанию составить. — Объяснил Виктор и подмигнул мне.

— Что с тобой? — обеспокоенно спросил у меня Алексей. — Может врача вызвать?

— Нет, всё уже нормально, — стала успокаивать его я, — просто голова закружилась.

— Идём в дом, — Лёша взял меня за руку, и мы пошли домой, Виктор тоже последовал за нами.

Так у меня не получилось ничего рассказать Виктору. При Алексее, я не решилась начать этот серьёзный разговор. Поэтому решила отложить его на первый удобный случай.

* * *

На следующий день мы вернулись в город, Виктора и Алексея захватила работа. Лёша приезжал домой поздно, а Виктор и вовсе перестал к нам заходить. Мы планировали и следующие выходные провести на даче. Поэтому я запланировала разговор с Виктором там.

Но поездка снова не состоялась, потому что Алексей, буквально в пятницу вечером сообщил, что ему нужно срочно уехать по каким-то очень важным делам.

— Я ненадолго, через два дня буду дома! — он контрольно со мной попрощался и поспешно вышел, даже не поцеловав меня.

И как только за ним закрылась дверь, меня охватило непонятное чувство страха. Чувство, происхождение которого я никак не могла объяснить. Лёша не первый раз уезжает по делам, и я остаюсь дома одна. Но сейчас со мной творилось что-то непонятное.

Страх и беспокойство плотным покрывалом укрыли меня с головой. Я словно слепой котёнок металась по комнате, пытаясь найти укрытие.

— Так, всё успокойся! — командовала я себе. — Всё будет хорошо!

Только вот с тех пор как Алексей уехал, прошло не два дня, а целая неделя. Не зная, что мне делать, я пыталась дозвониться ему на сотовый, но тот всё время был отключен. Куда он уехал, я не знала, так же как и его отец. Поэтому я и Виктор начали волноваться, будучи обеспокоены столь долгим отсутствием Алексея.

— Да успокойся ты! — прикрикнул на меня Виктор, уже порядком, уставший от моего постоянного хождения по комнате. — Вот увидишь, он не сегодня-завтра вернётся! — успокаивал он меня, хотя сам волновался ничуть не меньше.

— А вдруг с ним что-то случилось? — не унималась я. — Он же так внезапно уехал. Виктор, я боюсь! Я не хочу его потерять!

— Всё будет хорошо, вот увидишь! — подбадривал он меня.

Возможно, я и дальше продолжала бы себя накручивать, но к счастью нашим переживаниям пришёл конец, поскольку в комнату вошёл ни кто иной, как Алексей.

— Господи, слава Богу! — я незамедлительно бросилась к нему, но он грубо оттолкнул меня, небрежно проронив.

— Я очень устал! — и тут же направился к себе в комнату.

— Ты ничего объяснить нам не хочешь? — поинтересовался Полынин у сына.

— Нет! А что разве я должен перед вами отчитываться? По-моему я уже взрослый мальчик, чтобы отчитываться перед папочкой! — продерзил он.

Мы с Виктором переглянулись. Что произошло? Куда уезжал Лёша, что вернулся таким грубым и отдалённым? Что с ним произошло?

— Ты говорил, что уезжаешь на два дня, а уехал на целую неделю! — начал Виктор отчитывать сына. — Ты не звонишь, телефон твой недоступен. Ну, ладно я, но Лиза, — Виктор показал на меня, — ей-то ты мог позвонить?! Она тут себе места не находит!

— А перед ней я вообще не обязан отчитываться, она мне вообще никто! — посмотрев на меня, он скорчил такую гримасу, словно съел что-то кислое.

— Что с тобой случилось? — не выдержала его грубостей я. — Почему ты так со мной?! Что я тебе сделала? — я подошла к нему и взяла его руки в свои, но он резко убрал их, словно коснулся чего-то очень противного для него. — Что с тобой произошло?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

— Ты действительно хочешь это знать?! — он вопросительно посмотрел на меня. — Уверена?!

— Да, хочу. — Чтобы там не произошло, но пусть лучше правда, какая бы она не была, чем эта непонятная неизвестность.

— Да потому что ты редкостная беспринципная дрянь! — с нескрываемым презрением процедил он мне прямо в лицо. — Вот почему!

— А ну повтори, что ты сейчас сказал! — набросился Виктор на сына, едва тот успел меня оскорбить.

— Ты что защищаешь её? — рассмеялся Полынин младший. — Защищаешь эту тюремную гадину?!

Услышав его последние слова, я поняла, что без моего бывшего мужа здесь не обошлось. Вот и вышло на свет моё тёмное прошлое. Вот и закончилась моя нормальная жизнь, едва успев начаться. Но я сама во всем виновата. Мне нужно было самой решиться и всё рассказать. А хотя, судя по реакции Алексея, это вряд ли бы что-то изменило.

— Что?! — не понял Виктор. — Лиза, ты, что сидела в тюрьме?!

* * *

Глава 21

— Да, сидела! — поспешил ответить за меня Алексей. — И знаешь за что, за то, что продавала дурь подросткам! За то, что рушила невинные жизни! А ещё учитель, с детьми работала! Да у неё тоже была дочь, но её лишили родительских прав! И правильно сделали! — сделал свои выводы Алексей.

Он говорил всё это явно с подачи моего бывшего мужа. И каждое его слово обвинения, словно ножом, полосовало мою душу, а былая боль вновь пробуждалась во мне, причиняя неимоверные страдания.

— Благо Андрей и Лариса забрали девочку, не сдали в детский дом, пока она сидела! — продолжил Алексей.

— Да что ты обо мне вообще знаешь?! — не выдержала я.

— Я знаю о тебе многое, даже больше, чем бы тебе этого хотелось! — прервал он меня. — Я съездил в твой городок и навёл о тебе все справки, а ведь я жениться на тебе хотел. Детей от тебя хотел. Да и женился бы, если бы не Андрей. Это он меня предостерёг, рассказал всё о тебе. Я не поверил сначала, тогда он в твой городок посоветовал съездить. Ну а там мне открыли на тебя глаза.

— Я так и знала, что без него тут не обошлось, — сделала заключение я, утирая непослушный поток слёз. — Ну и что? Да, я сидела в тюрьме, и что теперь, мне крест на своей жизни ставить?! Да?!

— А мне плевать, что ты будешь делать со своей грёбаной жизнью! Но только подальше от меня! Убирайся из моего дома! Пошла вон!! — он указал мне на дверь.

— С удовольствием, только вещи соберу, — я быстро удалилась к себе в комнату.

В тот миг мне казалось, что у меня земля уходит из-под ног. Тогда я теряла свою последнюю надежду вернуть дочь. Хотя и нашла её, вернее Андрея и Ларису, а то, что Маришка с ними, я не сомневалась. Но вернуть я её всё равно не смогу. Потому что никто, я обычная провинциалкой с временной регистрацией и съёмной квартирой, и тем более с уголовным прошлым. А какой здравомыслящий судья отдаст ребёнка женщине со столь богатым прошлым и бесперспективным будущим.

Я прекрасно понимала, что он меня никогда не простит. Не простит за моё молчание и ложь, не простит даже за любовь к нему. И от этого мне становилось ещё больнее. Мне хотелось кричать от этой боли, выть на луну, словно собака. Но вместо этого я просто опустилась на пол и заплакала. Я снова осталась одна, теперь у меня нет не только дочери, но и любимого мужчины, которого я полюбила вопреки своей клятве.

Я не знаю, сколько я провела времени у себя в комнате, но только когда я вышла, то Виктора не увидела, в гостиной был лишь Лёша.

— Прощай, — тихо прошептала я и направилась к двери. Но затем резко повернулась к Алексею, чтобы в первый и последний раз всё ему объяснить, и тогда будь, что будет! — Знаешь, Лёша, а ты ведь не имеешь права меня судить. Мы с тобой не двадцатилетние подростки, у нас у обоих прошлое за спиной. И как мы его прожили это дело каждого из нас. А что до того, что я от тебя всё это скрыла, так имела на это право. Но скажу тебе ещё кое-что, я ни в чём не виновата, меня подставили, и никто иной, как мой муж и моя лучшая подруга. Упрятав меня за решётку, они отняли у меня всё: работу, квартиру, дочь. Они меня жизни лишили, понимаешь, жизни! А сейчас они вновь лишили меня близкого и любимого человека. Я уже сполна заплатила за то, чего не совершала!