Не случайно (СИ) - Ли Катерина

— Доброе утро, Максим Георгиевич, — ставит чашку передо мной.

— Доброе, Полина Викторовна, — отвечаю. — Готовы к мероприятию? — спрашиваю, приподняв бровь.

— Да, сменную одежду повесила в шкаф в приемной. Могу я воспользоваться вечером Вашей комнатой отдыха, чтобы подготовиться к приему?

— Могу пораньше отпустить, если нужно в салон красоты…

Смеется.

— Я сама себе салон красоты, Максим Георгиевич. Но не буду против пораньше освободиться.

— Дааа, я совсем забыл… Хорошо… Прием в семь часов, час чтобы добраться туда. Получается, к шести мы должны быть готовы. Сколько времени нужно, чтобы собраться? — спрашиваю. Полина прикидывает в уме, а я продолжаю: — часа два хватит?

— Вполне, спасибо, — кивает она. — Будут какие-то распоряжения?

— Нет, сегодня занимаемся текущей документацией.

Полина кивает и выходит из кабинета. Смотрю на ее пустующий стол, который так и стоит в моем кабинете. Работаю я, конечно, продуктивнее, когда Полина не маячит поблизости. Но чувство одиночества, которое было со мной всю сознательную жизнь, накатывает с новой силой. Я скучаю по своей помощнице. Пусть это неправильно, но хочу ее рядом.

Скоро одной проблемой станет меньше. Заявление на развод подано и, спасибо Глебу Константиновичу, скоро будет рассмотрено. Связи у моего юриста хорошие, должны помочь развести быстро и безболезненно. Жду этого дня, как ребенок Новый год. Улыбаюсь своим мыслям и возвращаюсь к работе.

День пролетает незаметно. В четыре часа в дверь стучится Полина. Да, точно, ей пора собираться на прием. Проходит в комнату отдыха, дверь не закрывает. Вешает чехол с платьем в шкаф, возвращается в приемную. Вновь заходит с каким-то чемоданчиком. Улыбается мне и закрывает за собой дверь комнаты отдыха на замок. Улыбаюсь. Смешная, как будто если я захочу войти, замок ее спасет.

В половине шестого замок щелкает, и Полина открывает дверь. Великолепное зрелище! Черное платье в пол, с закрытым верхом и длинным рукавом. По бедру высокий разрез. Длинные серьги подчеркивают изящный силуэт. Больше никаких украшений. Немного отросшие пряди челки уложены волнами набок. Яркий, но не вызывающий макияж подчеркивает глаза. Красиво…

— Ваша очередь, Максим Георгиевич, — говорит Полина и улыбается произведенному эффекту. Проходит к двери в приемную. Твою ж мать! Дай Бог терпения, с этой женщиной я заработаю нервный тик! Или сердечный приступ. Платье полностью открывает спину. И в лунке позвоночника изящное тату, похожее на татуировку за ушком.

Никогда не нравились татуировки на женщинах. А может быть просто тату были не те… или женщины… Полине же очень идут ее рисунки. Глаз не оторвать. Проблема в том, что эти рисунки буду видеть не только я, и меня это дико раздражает. Прохожу в комнату отдыха, быстро принимаю душ, переодеваюсь в приготовленный заранее смокинг. Надеваю пресловутый галстук-бабочку. Ненавижу этот глупый атрибут.

Выхожу в приемную и застаю картину, которая выводит меня из себя еще больше. Мой программист стоит и очаровательно улыбается Полине, отвешивая комплименты. Полина улыбается в ответ. И вот вроде нет ничего в этой беседе, но ревность застилает мне глаза. Филатов переводит на меня взгляд и улыбка сходит с его лица.

— Добрый вечер, Максим Георгиевич.

— Добрый вечер, Филатов, — смотрю на него строго.

— А я принес Полине Викторовне флешку и новую клавиатуру…

— Спасибо, Сергей. Можешь идти, — говорю ему, но смотрю на Полину. Она тушуется от моего тона, но взгляда не отводит. Смелая девочка.

Филатов прощается и выходит из приемной. Полина берет из шкафа пальто, помогаю ей одеться, подаю клатч. Выходим из приемной, запираю дверь своим ключом. Молча идем по коридорам. Почти никого не встречаем по пути к машине, рабочий день закончен, большинство работников уже ушли.

Василий здоровается, открывает Полине дверь. Она аккуратно забирается в салон, придерживая низ платья. В разрезе появляется ее шикарная ножка. И резинка чулка. Твою ж… Делаю вид, что не заметил, а Полина быстро поправляет платье, закрывая прелесть от моих глаз. Сажусь в авто с другой стороны. Даю инструкции Полине. Рассказываю, с кем должны переговорить, кого заинтересовать…

Въезжаем на территорию загородного комплекса, в котором будет проходить прием. Красиво, вокруг сосны, вдалеке виднеется озеро… Сам комплекс состоит из нескольких зданий. Мы с семьей довольно часто здесь бываем. Поодаль стоят шале, а мы подъезжаем к центральному большому зданию, это что-то типа отеля на несколько номеров и банкетным залом на первом этаже. Выхожу из автомобиля, помогаю Полине выйти и, положив ладонь ей на спину, направляю к входу. Полина сводит лопатки, но ничего не говорит. Ничего, я терпеливый, подожду, пока Полина избавится от своих страхов. А я ей в этом помогу.

Входим внутрь, оставляем верхнюю одежду в гардеробной. Снова кладу руку на спину Полины. На обнаженную спину. Дааа, истинное наслаждение! Чувствую под пальцами мурашки.

— Замерзла? — спрашиваю Полину, едва касаясь, веду пальцами по лунке позвоночника. Она выдыхает, переводит взгляд в зеркало, которое располагается на стене напротив нас. Я тоже перевожу взгляд туда. Стою немного позади Полины. Она на своих сногсшибательных шпильках сровнялась ростом со мной. Стоит, смотрит мне в глаза сквозь зеркало. Изящная статуэтка. Дико сексуальная! Чуть улыбаюсь, перевожу взгляд на ее ушко, шею. Вдыхаю тонкий аромат, пока есть такая возможность, и Полина не отстранилась. Беру ее под локоток, веду в зал.

— Ты сегодня необычайно молчалива, — замечаю я.

— Никогда не приходилось бывать на мероприятиях такого уровня, — тихонько говорит она.

— Ничего особенного, ты справишься, Полина Викторовна, — улыбаюсь ободряюще. Полина возвращает мне улыбку и берет меня под локоть. Проходим вглубь зала. К нам сразу подходит Пушкин.

— Максим Георгич, Полина Викторовна… — он целует руку Полине. — Очень рад увидеть Вас снова. Вы просто шикарны!

— Спасибо, Александр Сергеевич, — сдержанно благодарит Полина, забирая у него свою руку.

— Надеюсь, сегодня Вы не откажете мне в танце… Видел недавно в небезызвестном нам всем месте, как пластичны Вы бываете…

Полина тут же краснеет. Этот гад видел нас в баре. Да и плевать, я ему сразу сказал, чтобы руки держал при себе.

— Боюсь огорчить тебя, Александр Сергеевич, но Полина Викторовна танцует только со мной, — говорю вызывающе и кладу руку на талию своей спутнице.

— Ох, пардоньте, Вы меня неправильно поняли… я имел ввиду просто танец, — смеется прохвост и, улыбаясь, уходит.

Дальше вечер проходит как по маслу. Мы ходим от столика к столику, кто-то подходит к нам. Удается встретиться даже с теми, с кем не рассчитывал. Полина прекрасно вливается в обстановку приема. Пока я обговариваю рабочие моменты, она поддерживает беседу со спутницами потенциальных партнеров/заказчиков/инвесторов. Когда вечер перетекает в более неформальную обстановку, нас вылавливают папарацци, делают несколько снимков. Затем я тяну Полину к выходу.

— Не так быстро, Максим Георгиевич… Это не туфли, а адовы оковы!

Одеваемся в гардеробной и вырываемся на свежий воздух. На улице довольно прохладно для октября, изо рта вырываются клубы пара. Василий подгоняет машину к ступеням, на которых мы остановились. Полина заскакивает внутрь авто, совсем не боясь измять платье. Сегодня она была в центре внимания. Среди безвкусицы нарядов и украшений, Полина выглядела просто безупречно.

Сначала завозим домой Полину. Она заранее договорилась с Ольгой, чтобы подруга забрала детей к себе, так как мероприятие может затянуться. Выходим у подъезда, иду проводить Полину до двери. Она останавливается, достает ключи.

— Пригласишь меня на чашечку кофе? — спрашиваю, ни на что не надеясь.

— Если только ты САМ приготовишь, — отвечает Полина, и я сначала не понимаю… но быстро ориентируюсь. Возвращаюсь к Василию, отпускаю его до понедельника. Он понимающе улыбается, но ничего не говорит. Подхожу к Полине, беру из ее руки ключи, открываю дверь и пропускаю ее в подъезд. Поднимаемся в лифте молча. Смотрю на свою помощницу в зеркало лифта. Стоит, не поднимая глаз.