Дышать счастьем (СИ) - Нокс Рокси

Это я виновата в смерти Милы! Снабжала ее деньгами, даже не подумав своим скудным умишком, что она будет тратить их не на детей, а покупать наркотики! Что же испытали бедные малыши, живя с мамой наркоманкой? Она кормила их? Покупала игрушки? Что сейчас с ними?

Детский дом ломает психику ребенка напрочь. У меня была знакомая в далекой студенческой жизни — воспитанница детского дома, и она подробно рассказывала, как ей приходилось выживать там. Бедные, бедные малыши… Я должна их отыскать и помочь, и это самое малое, что могу сделать для этой семьи.

Я нашла это место — серое здание на окраине города, где жили Сашкины дети. Теперь постоянно сюда приезжаю, раз в неделю, чаще не разрешают. Говорят, что мальчики сильно плачут после моего отъезда. Приношу Артемке и Никите игрушки и одежду, разные вкусности. Они каждый раз просят забрать их оттуда. Но кто же мне, одинокому инвалиду, отдаст двух детей? Заведующая детского дома к моей просьбе отнеслась категорично:

— Забудь об этом! Абрамовы будут расти в детском доме. Ты их не потянешь. А если и потянешь, то подумай, что с ними будет, если еще и ты умрешь? Посмотри на себя, дорогая, тебя же горе сожрало. Одни глаза торчат — лицо белое, кожа да кости. Черное не снимаешь… Езжай домой и не приезжай больше сюда, не давай пацанятам ложную надежду. Чем быстрее они свыкнутся с мыслью, что теперь их дом здесь — тем лучше для них!

Мне нечего сказать, она права. Печаль не оставила на мне живого места — болело все.

У меня были деньги. Сашка позаботился обо всем. А теперь его нет — жестоко поплатился своей жизнью, и мою под откос пустил. Забрал надежду на счастливый исход. Наверное, я действительно скоро умру. Зачем мне такая жизнь? Что в ней хорошего?

Мама хочет вернуться из Европы, чтобы поддержать меня здесь, но я говорю, что ее место там — рядом с делом всей ее жизни и с любимым мужчиной. Я сильная и справлюсь со всем сама. Пусть хоть кто-то в нашей семье будет по-настоящему счастлив.

Часто бываю на кладбище у Сашкиной могилы. До сих пор не знаю, любил ли он меня на самом деле или просто хотел помочь? Он был романтик до глубины души, добряк и жутко боялся ответственности за других. Бегство — вот для него наилучший выход из ситуации.

Зачем ты, Саша, только согласился на сотрудничество с криминальными элементами? Мы были бы счастливы вместе и возможно сейчас гуляли в обнимку по парку, кормили булочками голубей на площади и пили бы свежевыжатый фреш на веранде «Версаля». А теперь мне дозволено лишь ставить свечи за упокой и носить розы на твою могилу.

Теперь ты там, рядом с Милкой. Как вы? Не ссоритесь больше? Она, наверное, как всегда поливает тебя грязью? Или уже исправилась? Говорят, на том свете люди быстро осознают свои ошибки. Скоро приду к вам — я это чувствую. Недолго мне осталось. Примите?

Стая ворон, громко каркнув, резко сорвалась с дерева, напугав меня. Мне стало не по себе. Поспешно покидаю обитель мертвых и возвращаюсь к себе домой. Нет, нет, не хочу умирать! Там темное ничто. Душа попадет в бесконечность, из которой не будет уже выхода. Сейчас я могу видеть солнце, но, умерев, лишусь такой возможности. Солнце, хочу встать под твои теплые лучи. В Москве сыро и уныло, но есть одно тихое место, где оно светит чаще…

Связываюсь по телефону с греческой реабилитационной клиникой, они с радостью готовы меня принять. Заказываю билеты на ближайший рейс, и на следующей неделе покидаю Москву. Сашкиных денег хватит, чтобы прожить там несколько месяцев, а то и год, больше мне и не надо.

Глава 11

Греция завоевала мое сердце, пленила душу и заколдовала. Еду знакомым маршрутом и получаю поистине эстетическое наслаждение. Открываю окно в автомобиле и впускаю в салон теплый и свежий запах моря. Эта страна по-своему прекрасна. Все-таки чертовски правильное решение — вернуться сюда.

Дорога из Афин в Салоники на сей раз не показалась мне изнурительной. Меня тепло встретили в реабилитационном центре и поселили в комфортабельной палате с видом на морское побережье. Готова сидеть здесь, у окна, часами и наслаждаться прекрасным видом. Смотреть на голубую лазурь и мечтать о том, что не исполнится никогда. Да, никогда мне не вернуть Сашку. В моих снах он приходит часто, но я-то знаю, что сны — это всего лишь проделки нашего подсознания. Не могу забыть любимого, и память услужливо преподносит его образ по ночам.

Теперь утро начинается в четыре или пять — дольше спать не могу. Опять подсела на антидепрессанты, без них уже не получается жить. Чего же я хочу теперь? Какой смысл моего серого существования? Эти вопросы задаю себе по сотне раз на дню.

А нет больше никакого глубокого смысла, нет того самого, ради чего хотелось бы жить. Существует только здесь и сейчас, нет прошлого, нет будущего — только настоящее. Мне сейчас хорошо сидеть и любоваться закатом — и ладно. Через полчаса поужинаю морепродуктами, наслаждаясь их вкусом, — прекрасно. Закрою глаза от усталости и лягу спать, — и это тоже нормально. Я не думаю о том, что будет завтра или через неделю. Это не имеет никакого значения. Главное то, что происходит в сию минуту.

Мой блог в Инстаграме тоже стал серым и унылым, но меня радовали мои подписчики, которые остались со мной и поддерживали в трудное время. Я тоже делала для них все возможное: помогала советами и добрыми словами, организовывала сборы денежных средств на лечение тяжелобольных. У меня появилась мысль организовать собственный фонд помощи инвалидам, и я обязательно этим займусь после прохождения реабилитации.

Завтраки в нашей клинике всегда роскошны, греки знают толк во вкусной еде. Сегодня стол сервирован кофе, несладким греческим йогуртом, тостами с кусочками сыра феты и слоеным пирогом с сыром. Мне не пришлось завтракать в одиночестве. За столик, где я сидела, на инвалидной коляске подъехала молодая девушка с рыжими вьющимися волосами.

— Меня зовут Джулия, а тебя? — с детской непосредственностью представилась она.

Я удивилась, но виду не подала. Отпила глоток кофе и дружелюбно посмотрела на коллегу по несчастью.

— Алена.

— Да чего уж там, — махнула рукой девушка, — все удивляются моему имени. Русская я. Мамулька моя совсем помешалась на Джулии Робертс, помнишь, в 1999 фильм «Красотка» вышел? Я родилась в 2001 и угадай, в честь кого меня назвали? — захихикала Джулия.

Я вежливо улыбнулась и сказала:

— Красивое имя. И ты чем-то похожа на голливудскую красавицу.

— Рыжиной, — хмыкнула моя новая знакомая, — больше ничем. Но, поверь, меня это мало заботит. Я такая, какая есть. Похожа на себя и немного на мамулю. Знаешь, ведь говорят, если хочешь быть кем-то особенным — просто будь собой, — подмигнула девушка. — Ты надолго сюда?

— Пока не знаю. Все будет зависеть от успехов, — пожимаю плечами.

— А что это у тебя такое кислое лицо? Чай оказался с лимоном? — прыснула Джулия, и я невольно поддалась ее настроению.

— А у меня вечером свидание, — похвасталась Джулия.

— Здорово, — сдержанно порадовалась за девушку и поинтересовалась:

— С кем-то из пациентов колясочников?

— Нет, нет, — замахала она руками, — обычный мужчина. Познакомились вчера на набережной, а сегодня он пригласил меня в гости на свою виллу.

— Ого, будь осторожнее!

— Зачем мне быть осторожной? Думаешь, если я не хожу, меня легко обидеть? Знаешь, совершенно не обращаю внимания на свои недостатки, и при желании превращаю их в достоинства, — гордо сказала Джулия, выпрямившись в кресле и, слегка понизив голос, доверительно сообщила:

— Например, меня можно постоянно носить на руках.

Мы обе засмеялись. Искренне рада, что познакомилась с такой неунывающей девчонкой. Побольше бы таких солнечных людей вокруг, глядишь, и жизнь наладится.

После завтрака процедуры и занятия, которыми занимаюсь без энтузиазма. Доктор Янис чувствует мое состояние и ненавязчиво предлагает психологическую помощь. Пожимаю плечами — мне все равно. Покорно иду на сеанс психотерапии, хуже уже не будет.