Непокорная для хулигана - Соня Мармеладова

Нужна Евсеева, так иди и забирай, теперь у тебя есть шанс. А её не трогай. Никогда… – произнёс убийственным тоном и взял меня за руку. – Пойдём…

– Э-э… – обескураженно протянула, вообще не находя слов, что сказать.

– Проваливайте, – устало вымолвил Громов и стал подниматься, капая кровью на пол.

Сердце болезненно защемило, схватила рюкзак и поплелась за братом на ватных ногах. В голове царила вакханалия. Что я сейчас только что увидела вообще?..

Глава восьмая

Двери лифта с шумом закрылись за спиной, заставив меня вздрогнуть и поднять на брата взгляд. Он прислонился к стенке и прикрыл глаза.

– Ты что наделал? – прошептала растерянно. – Зачем?

– Вась… давай не сейчас… – брат потёр лоб, неприязненно морщась.

Насупилась, медленно закипая от злости. До меня только сейчас стало доходить, что вообще произошло.

– Я хочу вернуться, – произнесла твёрдо. – Ты разбил ему нос! Ни за что!

– Как это ни за что? – угрожающе спокойно протянул он, внезапно нависнув надо мной и упёр руку в стенку поверх моей головы. – Ты поехала с Громовым по своей воле? Не отвечала на мои звонки тоже по своей воле? Откуда ты знаешь, что он ничего не планировал сделать?

Изумлённо моргнула и толкнула брата в грудь.

– Да он спас меня от Коршуна!.. и хотел поговорить с тобой об этом! Блин… – бессильно потопала на месте и выскочила в подъезд, когда лифт остановился. Андрей ловко поймал меня за руку и удержал.

– Коршун? Что он тебе сделал? – взгляд голубых глаз опасно потемнел. – Что ты ещё успела натворить?! – прорычал в лицо, схватив за плечи и хорошенько встряхнул.

– Да что с тобой?! – не выдержала, сбрасывая его руки. – С чего ты так вышел из себя, я не понимаю? Нам нужно вернуться и поговорить с Громовым, выработать план против Коршунова, чтобы тот больше не пытался добраться до тебя через меня.

– Я сам с ним встречусь, – сухо произнёс Андрей и направился на выход.

– Эй?! – сорвалась с места и побежала следом. – С кем с ним? С Коршуновым? Ты спятил?!

Мы вышли на улицу, но брат резко затормозил и развернулся ко мне. Черты его лица заострились от нешуточной злости,

– А что мне остаётся делать?! С твоим приездом всё стало сложно… – он испуганно осёкся и попытался опустить руки на мои плечи.

– Мне уехать? – поинтересовалась, дернувшись, ощущая, как начинаю дрожать от выброса адреналина в крови.

– Вася… я не то хотел сказать, я… – брат попытался обнять меня, но я оттолкнула его и направилась к нашей машине. Мне нужно просто выдохнуть, чёрт возьми…

– Стойте! – раздался крик за спиной. От дома к нам грозно направлялся Громов в одних джинсах и с голым торсом. Мои глаза от удивления расширились. – Прекратите сраться на улице, – прошипел грозно, приблизившись. – Никуда вы оба в таком состоянии не поедете. Ты и её угробить захотел? – процедил обвинительно, тыкая в Андрея пальцем. – Очнись уже, мы несём ответственность за тех, кто рядом с нами, – поморщился, видимо от боли в носу, шмыгнул и уже спокойнее добавил. – Сейчас мы поднимаемся ко мне, всё обсудим, вы успокаиваетесь и выметаетесь к себе. Ясно вам?

– Наверно, ты прав, – нехотя согласился Андрей, хотел взять меня за руку, но я закатила глаза и обошла его.

Не маленькая, чтоб за ручку ходить…

В глубине души я странным образом была даже рада вернуться в квартиру Громова и не обнаружить следы крови на полу. Видимо, он быстро всё подтёр.

Сняла обувь, повесила куртку и ломанулась в ванную. Стиральная машина тихо гудела, вращая барабан с вещами. Ясно куда его джемпер подевался.

Следом за мной зашёл брат. Прислонился к отделанному мозаикой боку мойки и склонил голову набок.

– А ты уже успела освоиться, да?

– Что за странные предъявы? – сунула руки под кран и блаженно улыбнулась, когда на них полилась тёплая вода. – Если ты хорошо помнишь, я никогда не стеснялась в гостях и везде чувствовала себя вполне, как дома.

Андрей отрывисто кивнул, сполоснул руки и вышел первым.

Громов прикрыл торс майкой, но ситуацию не спас. Через ткань просвечивали идеальные кубики пресса, которые я, при других обстоятельствах, с удовольствием пересчитала бы…

Забралась на стул, уперла локти в столешницу и уткнулась подбородком между раскрытых ладоней.

– Поесть бы… – протянула тяжко и жалобно посмотрела на Громова, очень надеясь на его гостеприимство.

Он усмехнулся и сел напротив нас с братом.

– Не думай, что после выходки твоего парня я буду вас кормить.

Звук закатывания моих глаз могли бы услышать на другом конце земли.

– Мы пришли не за этим, – холодно оборвал Андрей и стиснул челюсть так, что дрогнули желваки на скулах. – Что там с Коршуновым? – поинтересовался и взял меня за руку, несмотря на то, что я этой рукой держала голову. И как бы э-э… мы не в детском саду, чтобы за ручки держаться.

Но Андрей был непреклонен. Стиснул мою ладонь в своей, будто обозначая территорию.

Непроизвольно нервно усмехнулась и кашлянула.

– Ладно… – протянула неуверенно, бросив попытки вырвать руку. – Коршунова отстранили от участия в гонках, я не знаю причин, может, за неспортивное поведение, но, в общем, он почему-то винит тебя. Или просто нашёл повод зацепиться за то, что ты тогда в Лондоне обошёл его на финальном круге.

– Это было год назад, – нахмурился Громов. – Хочешь сказать, ты так давно следишь за карьерой Покровского?

Стоит этому парню заговорить, как в меня вселяется бес.

– Мальчик мой, за карьерой Покровского я слежу, с тех времён, когда он ещё только велосипед осваивал, – показала язык, чуть не лопнув от гордости за саму себя.

– Прекратите, – тяжко выдохнул Андрей и ура, выпустил мою руку из захвата. – Я ничего не понимаю. Коршунов хотел со мной встретиться?

– Подождите, – остановил Громов напряжённо. – Хотите сказать, вы друзья детства?

– Почти, – язвительно усмехнулась я. – Настолько друзья, что жили под од…

Андрей