#властный редактор (СИ) - Силаева Ольга

«А ты хочешь?» — хотела спросить я. Но ответ на этот вопрос Кирилл только что дал самой Марине, и куда как окончательно.

— Но… ведь тогда, когда мы встретились, она так кричала в трубку, желала тебе смерти… — нерешительно сказала я.

Кирилл пожал плечами.

— Марина кляла меня последними словами, думая, что я виноват в ухудшении условий её эксклюзива. Её можно понять, пожалуй: речь шла о её доходах на ближайшие годы. А обо мне многое можно подумать. В том числе и то, что я поспособствовал их уменьшению.

— Но не твоей невесте, — тихо сказала я. — Она должна была знать, что ты на такое не способен.

— О, я способен на многое, ежонок. — Он устало улыбнулся. — И Марина тоже. Иногда мне казалось, что вместе мы могли бы завоевать мир. Но это было иллюзией, а те не длятся вечно. Сеанс Дэвида Копперфильда закончился.

И мой роман — тоже, подумала я, глядя на ноутбук. Всё. Больше ста килобайт текста насмарку. Почти четверть, и обратно такой, какой она была, её не вернуть.

По моим щекам покатились слёзы.

— Что ж, пинок на прощание она отвесила знатный, — выдавила я.

— Разве это пинок? Так, недоразумение.

Я подняла на него недоумённый взгляд.

— Ты серьёзно? Стереть мою работу — это, по-твоему, комариный укус?

— Ежонок, ежонок. — Кирилл подошёл и присел передо мной, обняв колени. — Да, она стёрла твою работу за это утро. Неприятно, очень. Но я бы не стал портить себе этим день. Раз ты написала немного, значит, вдохновения не было, и сцена вышла бы не идеальная, без души. Марина ещё и оказала тебе услугу.

— Стёрла мою работу за это утро? Кирилл, она стёрла всё!

На этот раз он рассмеялся, глядя мне в глаза.

— Ты правда настолько наивный ребёнок, что думаешь, что я не читаю всё, что ты пишешь? И не делаю копии каждый вечер?

Я открыла рот.

— Ты…

— Я, — подтвердил Кирилл, и его ладони скользнули мне по бёдрам, проникая в широкие штанины шорт. — Так ты правда хочешь узнать, насколько я хорош в постели?

— Мечтаю, — съязвила я, отодвигаясь. — Ты, кажется, хотел съездить в город по делам?

Он отстранился и встал.

— Нет нужды: мои дела приехали ко мне. Навёрстывай, ежонок. Время есть.

— А копия? — окликнула его я.

— Во вложенной папке. «Властный редактор».

Я чуть не поперхнулась.

Глава 14

За ноутбуком я сидела до вечера, разок сходив на кухню за бутербродами. Любимая сёмга с икорным маслом была дивно хороша, но я разделалась с едой за минуты и снова села за свой роман.

За Кирилла Вяземского. Ведь писать о том, в кого ты немножко влюблена, куда проще, чем вдумчиво выписывать себе абстрактного героя.

У моего героя есть живой прототип. Который всё-таки читает каждую мою строчку. Каждое моё желание, каждую мысль. И наверняка себе тихонько ржёт над моей наивностью и неопытностью.

Я потёрла лоб. И как избегать таких мыслей? В моём мире историю рассказываю я и только я, а тут, получается, на каждой странице меня будет преследовать его взгляд из-за плеча. Властный, уверенный, раздевающий взгляд.

Нет уж. Буду спать с ноутбуком под подушкой и носить его в душ в рюкзаке, если понадобится, но ни один широкоплечий парень со своей невыносимой привычкой делать всё по-своему не будет отвлекать меня от работы.

Я мысленно кивнула своему решению и снова погрузилась в текст. Чёрт, как это, оказывается, сложно, когда пишешь, зная чёткий дедлайн, и каждый день отмеряет норму, которую необходимо перейти. Волнуешься. Боишься подвести. Порой кажется, что ты вообще всё забыл и больше ничего не умеешь.

… А иногда восхищённо косишься на коллег, уже достигших и высот, и читателей, и успеха, и понимаешь, что они смогли. А значит, сможешь и ты.

Я смогу, твёрдо повторила я себе. Обязательно.

… И шесть часов спустя, перечитав свою работу, я вдруг поняла, что смогла.

Без социальных сетей. Без прокрастинации. Просто выплёскиваешь своё сердце, сцену за сценой, и пишешь о том, что заставляет тебя улыбаться.

Так просто. Окно редактора — и фантастическая свобода, которая заставляет твоё сердце биться, лицо — радостно вспыхивать в улыбке, а руки — браться за файл с заметками и из короткой фразы делать страницы, на которых хочется смеяться и плакать. Почему я раньше не знала, что это умею?

Ничего. Наверстаю.

Я помедлила, взявшись за простую чёрную флешку. Когда я только начала писать, я часто мечтала о том, чтобы попасть в прошлое вот с такой вот штукой, на которой будут все будущие гениальные бестселлеры, начиная с Гарри Поттера. А потом как издам под своим именем, как озолочусь, как хлебну славы и судебных исков!

Незамутнённые у меня были фантазии, с улыбкой подумала я. Наверное, у других писателей в голове всё куда приличнее.

Но сейчас мне всего лишь хотелось написать свои собственные романы. Потому что истина была проста, как глоток воды: никто другой за меня их не напишет, в прошлом или в будущем. Только я.

И сейчас, благодаря Кириллу, я сделала по этой дороге первый шаг.

Я сделала копию на флешку и отложила ноутбук.

— Кирилл! — позвала я. — Я закончила на сегодня!

Сначала я подумала, что он не услышал. Но через полминуты Кирилл показался на лестнице.

Он был в брюках и тёмно-фиолетовой рубашке, простой и строгой.

— Флешку, — скомандовал он, спустившись, и я помедлила перед тем, как протянуть ему крошечный чёрный прямоугольник.

А потом положила флешку обратно в карман. Кирилл хмыкнул.

— Что, не хочешь делиться?

Я посмотрела прямо ему в глаза.

— И не буду делиться, — ровно выговорила я. — Это моё условие. Ты не будешь читать текст, пока он не будет закончен. Или останешься без романа.

Кирилл тяжело вздохнул.

— Упрямая Лира Гречко. Но ведь многие известные авторы выкладывают начало своего романа в своём блоге по главам перед тем, как отправить его в издательство. Чем ты хуже?

— Я так не умею, — мрачно сказала я. — Лучше я тихонько засяду с файлом, пока роман не будет закончен. А потом выкладывай его, как хочешь.

— Зря, — просто сказал Кирилл. — Рано или поздно романы будут читать именно так, по частям. И твоя книга на каком-нибудь портале может стать бестселлером уже после первых глав.

— То-то читатели разочаруются, когда я посреди романа попаду под автобус.

— Вечная оптимистка, я смотрю.

— Ну а смысл мечтать? — пожала плечами я. — Таких порталов пока нет.

— Нет, — согласился Кирилл. — Но когда-нибудь будут. Может быть, я один и заведу. Мне на днях показали цифры, и потенциал мне нравится. Но сейчас не до этого. Мне надо спасать проект, ежонок, и твоя стеснительность мне совершенно не нравится.

Сейчас, поняла я, глядя ему в глаза. Вот сейчас решается, буду ли я писать с напряжённой спиной, оглядываясь, под надзором, или нырну в текст с головой до конца.

Что ж, в любви и на войне все средства хороши, правда?

Я встала с дивана. Шагнула вперёд, сделала ещё шаг — пока не уткнулась в грудь Кирилла.

И положила руки ему на плечи.

— Но мой роман тебе нужен, — прошептала я. — Именно мой. Иначе ты бы со мной так не возился.

Кирилл отбросил прядь волос с моего лба.

— Ты много о себе думаешь, ежонок.

— Но ты не опровергаешь мои слова.

— А тебе нужны доказательства, что ты неправа? Построить цепочку силлогизмов? Может, применить матиндукцию?

Теперь он откровенно издевался.

— Я очень тонкий механизм, — откровенно сказала я. — И могу сломаться в любой момент от неосторожного давления.

Кирилл покачал головой.

— Ты не хрупкая орхидея. Иначе не огрызалась бы, как лесной колючий зверёк, а глотала бы слёзы в уголке. Мой контроль пойдёт тебе только на пользу.

Я приподнялась на носках и завела ему руки за горячий стриженый затылок. И почувствовала, как он замер, когда мои пальцы скользнули в его волосы.