Светлана Малинкина - Любить не бойся

Алена рассмеялась.

— Считай, что я ненормальная. Ну не могу я этим заниматься без любви! Ты должен меня понять. Есть женщины, которые относятся к этому гораздо проще. И, наверное, правильно делают. Я им даже завидую. Я очень обожглась на Митькином отце. У меня в душе сейчас на месте любви к мужчине — выжженная пустошь! Я ни в кого не могу влюбиться! И не знаю, смогу ли вообще! Для меня Митька заменил всех. Мне никто больше не нужен!

— Т-с-с… Тихо. Тихо… Спокойно, моя девочка… Вот здесь ты не права. И я буду рад, если у тебя появится тот, кто поколеблет эту твою дурацкую уверенность.

— Ты правда не будешь, сердиться на меня за то, что я… что мы…

— Правда. Я же бабник! Мне и так женщин хватит!

— А мне можно будет заходить к тебе без приглашения на чашку кофе, поболтать? Как сейчас?

— Я буду только рад. Ладно, иди.

«Почему если нельзя, то хочется еще больше? — думал помощник управляющего, глядя на выходящую из кабинета Алену. — А все-таки хоть один раз, но она была моей! К тому же осталась довольна… Значит, я еще ничего!!!»

Формула жизни у Алены теперь была такая: работа — дом, дом — работа, Митька. Все. Без Митьки она ходила только на работу. Все остальное время они проводили вместе.

В магазине у Алены появилась подруга. Они работали в одну смену. И функции у них были одинаковые, только на разных участках. Звали подругу Майя. Но на работе ее почти все звали — Майка. Что за «майка»?! Алена ругала Майю за то, что она позволяет так себя называть. А у самой то и дело тоже выскакивало «Майка» вместо «Майя».

Майка часто приходила к Алене в гости. Митьку обожала. А Алену ругала за то, что она ни в чем сыну не отказывает и сильно балует. А сама, между прочим, покупала все, что Митька ни попросит. И при этом уважительно называла его Димитрием. Именно так — Димитрий. Любовь у них была взаимная. Митька называл Майку «маечкой».

У Майи сейчас, так же как и у Алены, не было мужчины. Со своим предыдущим кавалером она рассталась два месяца назад по неизвестной Алене причине. Майя уже не раз пыталась вытащить подругу на «гульки» с целью познакомиться с кем-нибудь. Но Алена никуда идти не хотела. Ей и дома хорошо. И не хочет она ни с кем знакомиться. Тогда Майя начинала упрекать и уговаривать Алену. Если она, Алена, не хочет ни с кем знакомиться, то пусть и не знакомится! Но должна же она составить подруге компанию! Не может же она, Майя, одна ходить по клубам! Тем более тусовочный возраст сейчас значительно помолодел.

— Какая же ты эгоистка! — стыдила Майя Алену. — Вот у тебя есть Митька, а ведь если я ни с кем не познакомлюсь, у меня такого «митьки» никогда не будет! Ты что, хочешь, чтобы я на всю жизнь осталась одна? Какая же ты после этого подруга!

— Майечка, ну что ты пристала ко мне. Вон пригласи Галю из бакалеи, она тоже одинокая.

— Ты в своем уме?! Да она же у меня всех парней отобьет!

— Ага! А я, значит, страшная и не отобью!

— Ты не страшная, ты скромная! Пойдем, а?

— Я не хочу! Сколько раз повторять?

В этот раз Майя обиделась на Алену всерьез и ушла, даже не выпив чаю с тортиком, который принесла.

Нельзя сказать, что Алена жила совсем без развлечений: прогулки с Митей, друг-телевизор, книги. Интернет. Ей очень понравилось «бродить по сети». Она даже книжки теперь читала не настоящие, а электронные. А недавно Алена открыла для себя блоги Рунета. Ей понравилась притча о Любви, которую там написал какой-то Aleshik. Теперь она часто заходила на эту страничку и искала его новые «шедевры».

«Бог взял несколько лучей солнца, задумчивость луны, запах розы, стройность тростника, нежность пера, свежесть воды. Затем добавил к ним холодный блеск звезд, непостоянство ветра, яд змеи, хитрость лисы, надоедливость мухи, пугливость мыши, жестокость тигра, упрямство осла, болтливость сороки, слезливость тучи. Все перемешал. И вылепил из этой смеси душу женщины. Вдохнул ее в тело. И отдал женщину мужчине, сказав при этом: «Береги ее, повторения не будет. Вдохновляйся ею всю свою короткую жизнь и страдай до самой смерти! Красивая женщина — это рай для глаз, ад для души и чистилище для кармана».

«Красиво, но грустно», — подумала Алена, дочитав до конца.

Рабочая неделя была напряженной. После работы у Алены хватало сил только на то, чтобы доехать до дома, принять душ, выпить чаю и добраться до постели. Через пять минут она уже проваливалась в сон. Не было даже сил посмотреть телевизор. Переучет ее доканал. Спасибо шефу, жалел ее — подвозил домой. И всякий раз нежно целовал на прощание. В губы.

— Позволь мне хоть это, — просил он Алену. И Алена позволяла. Не было сил отказывать. Легче согласиться.

Инна сидела в своем кабинете очень расстроенная. «Зря я бросила курить, сигарета мне бы сейчас не помешала. И кто меня дернул за язык?!» Дело было в том, что сегодня, разговаривая с Алениным шефом, она поинтересовалась, как там поживает ее «протеже»? Оказалось, что Алена сейчас на больничном, у нее заболел сынишка. А сынишке ее — четыре года с небольшим хвостиком. У Инны даже руки похолодели. Не нужно большого ума, чтобы догадаться, от кого этот сынишка. У Алены ребенок от Владимира! А у нее, у Инны, все никак не получается. И что теперь делать с этой новостью? Сказать Владимиру? Да ни за что! Если бы эта Алена хотела, чтобы Владимир узнал о ребенке, то давно бы уже сама его разыскала. Тем более что и разыскивать не надо. Вот он! Все там же, где и раньше. Сынишка! Наверное, белокурый и голубоглазый. Весь в папочку!

У Митьки была элементарная ветрянка. Немного температурил. Но обсыпало, к счастью, не сильно. Но в ярко-розовых кружочках он был весь! Ему так нравились нарисованные на нем горошки, что он просил их рисовать даже там, где в этом не было надобности. Тыкал в себя пальцем, показывая, где рисовать и говорил: «Тута». Алена его в шутку поправляла: «Не «тута», а «здеся»». Она позвонила шефу, сказала, что Митька заболел. И спросила, можно ли ей пойти на больничный, если они не успеют выздороветь за эту ее «выходную» неделю. Конечно же, шеф не возражал. Подробно расспросил о Митином здоровье. Поинтересовался: не надо ли чего привезти?

«Все-таки хороший у меня шеф, — подумала Алена, закончив разговор, — выйду на работу — сама его поцелую».

Митька крепко спал в своей кроватке, уткнувшись носом в подушку и сопел. Алена легонько повернула сынулю на бок. «Сокровище ты мое!» — у Алены от нежности сердце просто сжалось. И почему-то стало до слез одиноко.

Спать Алене не хотелось, и она решила посидеть за компьютером. Как поживает Aleshik? Написал ли что-нибудь новенькое? Давно она не наведывалась в Рунет. Почему-то Интернет Алена воспринимала как связь с параллельным миром.