Райская лагуна - Кэролайн Пекхам

здесь не было до конца. Мы были пусты без тебя, и я, со своей стороны, хочу видеть всех людей, которых я люблю, счастливыми. Так что, если это означает, что мы все делим тебя, то для меня это имеет гребаный смысл. Мне нравится, как ты выглядишь, когда ты с ними, красотка, мне нравится свет в твоих глазах и огонь в твоей душе. Я хочу наполнить тебя таким количеством счастья, что ты не сможешь его вынести, а это также означает, что я хочу воплотить все твои фантазии. Так что я справлюсь — вопрос только в том, справитесь ли вы, ублюдки. — Последнюю фразу он адресовал Рику и Чейзу, и мое сердце бешено заколотилось, когда я поняла, что это больше не игра. Это не было «что, если» или фантазией. Это должно было стать намного более реальным, и мне предстояло на собственном опыте узнать, каково это — владеть всеми этими мужчинами сразу.

Чейз уже кивал, его полный похоти взгляд перемещался между мной и Джей-Джеем, словно он ждал чего-то еще, но пространство между нами оставалось неизменным, как последняя пропасть между нами и решением, которого, казалось, мы все ждали.

— Хорошо, — сказал Маверик, и жестокая улыбка тронула его губы. — Теперь мы все знаем, к чему пришли, а милашка Роуг Истон знает свое стоп-слово, не так ли?

— Овсянка, — выдохнула я, мое тело трепетало от ожидания, пока я переводила взгляд между ними троими, задаваясь вопросом, с чего мы собираемся начать.

— Хорошо. Думаю, тебе пора спать. — Рик схватил меня за руку и развернул к лестнице.

Дворняга нерешительно залаял, а потом просто побежал рядом с нами, пока мы шли.

Я ахнула от удивления, но не сопротивлялась, когда он повел меня в комнату, которую мы делили с ним.

Когда мы вошли в спальню, Маверик наклонился ближе, как будто собирался поцеловать меня, но остановился, просто попробовав мои губы на вкус, и вместо этого заговорил убийственным тоном.

— Плохие девочки не имеют права командовать, красавица. Так что ложись спать и подумай о том, что ты сделала, чтобы заслужить это наказание, и даже не думай прикасаться к себе. Потому что, если ты кончишь сегодня вечером без моего личного разрешения, ты за это заплатишь.

Мои губы приоткрылись, и я посмотрела через его плечо туда, где в дверях стояли Чейз и Джей-Джей, но у обоих были одинаково дьявольские выражения на лицах, и когда Рик отступил и закрыл дверь между нами, я осталась стоять в шоке, открыв рот.

Мгновением позже щелкнул замок, и я выругалась. — Что за черт?

— Отдохни немного, красотка, — отозвался Джей-Джей, и его голос звучал чересчур весело. — Силы тебе понадобится позже.

Я не знала, что, черт возьми, это должно было означать, но у меня не было особого выбора.

— Гребаные мужики, — проворчала я, отходя от двери и раздеваясь, пока шла в душ. Дворняга просто проигнорировал мое замечание и свернулся калачиком на кресле, в котором Фокс любил сидеть, когда смотрел, как я сплю.

К тому времени, как я закончила принимать душ я была одета в мягкие шорты и одну из маек Рика, у меня не осталось другого выбора, кроме как забраться в свою кровать и выключить гребаный свет.

В доме было тихо, и когда я закрыла глаза, у меня осталась боль между бедрами и я чувствовала себя очень раздраженной, что преследовало меня до самого сна.

И когда я задремала, меня перенесло в наше прошлое, в ту ночь, когда вокруг нас завывал шторм, и мы проводили время в летнем домике в поместье Роузвуд.

— Ты должна выбрать команду, Роуг, — настаивал Фокс, его ухмылка говорила о том, что он уже думал, что знает, кого я выберу, и что это будет он. Самоуверенный засранец.

— Да, давай, расскажи нам, кто твой любимчик, и убедись, что не забыла, кто из нас купил тебе эту сладкую вату раньше, — добавил Рик, толкнув Фокса локтем и заработав пинок в ответ.

— Ты украл эту сахарную вату, — запротестовал Джей-Джей. — И ты довел того ребенка до слез.

— Это был идиотский поступок, — согласилась я, хотя все равно съела ее с удовольствием.

— Выбери меня, и я снова покатаю тебя на моем байке на рассвете, — предложил Чейз, и его щеки слегка покраснели, когда все остальные начали проклинать его и обвинять в попытке пригласить меня на свидание, а он протестовал, уверяя всех в невинности этого поступка.

— Хватит! — Рявкнула я, заставляя их наконец заткнуться, и снова посмотреть на меня. — У меня есть другая идея — давайте просто будем в одной команде и найдем других ребят, у которых мы сможем выиграть. Я все равно не буду выбирать.

Все четверо запротестовали, толкая друг друга, в то время как я закатила глаза и повернулась к двери. Мы могли промокнуть насквозь, если бы вышли в такую грозу, но день был жаркий, и я не возражала против небольшого дождя.

— Я ухожу, с вами или без вас, — крикнула я, и их аргументы отпали в пользу того, что они все бросились вслед за мной под дождь.

Мы вместе бежали по лужайке, визжа и крича, пока нас обливал ливень, и к тому времени, когда мы вспомнили, что собирались найти других детей, чтобы они присоединились к нашим играм, мы уже передумали. Нам все равно больше никто не был нужен. Никогда не был. И никогда не будет. Нас было пятеро или ничего, и так будет до самой моей гребаной смерти.

Чья-то рука зажала мне рот, заглушая крик, и я резко проснулась и обнаружила, что надо мной склонился огромный парень в черной лыжной маске, закрывающей его лицо, а тени темной комнаты скрывают его глаза.

Меня охватила паника, и я забилась в его хватке, пытаясь броситься к тумбочке, где хранила пистолет, но другая пара рук схватила меня за запястье и остановила, мой взгляд метнулся ко второй огромной тени, но его лицо было закрыто, как и у первого.

Я закричала громче, пытаясь укусить руку, которая все еще прижималась к моему рту, и пнула его, пытаясь освободиться.

Меня стащили с кровати, второй мужчина закрепил на моем запястье кожаный наручник, прежде чем я оказалась в объятиях человека, который меня разбудил.

Я брыкалась и сопротивлялась, и когда от моего рта убрали руку, я закричала, прежде чем мне на голову натянули черный мешок и перекинули меня через чье-то плечо.

Я продолжала брыкаться и отбиваться, когда меня выносили из моей комнаты, и мной овладел страх,