Виктория Варлей - Роман с вампиром

В зеркале по-обыкновению мелькнуло ошарашенное лицо водителя. Ну и черт с ним! Какое его дело? Скорее бы остаться одной, чтобы слез, готовых вот-вот выскочить наружу, никто не увидел. Чмокнув бывшего любовника на прощанье и прикусив задрожавшую губу, быстро вышла из машины и залетела в дом. Машина уехала. Роман закончился.

Глава 92

Взгляд бесцельно блуждал по знакомым до мельчайших деталей безделушкам, украшавших зал и придающих ему своеобразие и стиль. На несколько мгновений остановился на резном деревянном окне с вышитыми вручную занавесками.

– Как мне надоела эта кухня! – выдавила из себя раздосадовано Нина Константиновна, рассматривая внимательно содержимое тарелки, на которой лежал уже потрепанный вилкой кусок мяса, несколько листьев салата и кружок лимона.

Девушка вздрогнув и проглотив от неожиданности непрожеванный кусок рыбы, повернулась:

– Да, уж! Меня саму постоянно после обеда подташнивает и изжога. Чего они туда подкладывают?

– Это все масло!

– Возможно.

Колесникова пожала худыми плечами. Разговаривать и даже просто поддерживать беседу со своей начальницей все сложнее. Строгая цепко взглянула на рассеянно разглядывающую мебель девушку и отметила про себя, что кожа спутницы за последний месяц приобрела неестественную бледность. Черты лица заострились. Темные круги под глазами стали еще заметнее. Лишь неправдоподобно тонкая талия и округлые бедра продолжали придавать фигуре соблазнительную прелесть.

– Вам не мешало бы отдохнуть! – мимоходом заметила начальница, бросив взгляд на ее совсем тонкие запястья.

– Уехать за границу, если только. Дома разве отдохнешь?

– Конечно! Проведешь все время за мытьем посуды и уборкой. Какой это отдых!

Девушка кивнула. Строгая продолжала:

– Вон, Вадим! Каждую неделю куда-нибудь уезжает. Тут ему как-то звонила – поймала на горнолыжном курорте. На лыжах ехал. Говорит: «Подождите, приторможу!» – Женщина расплылась таки от счастья. – Какой он молодец!

«Еще какой!»

– Может, и правда, отдохнуть съездить?

– Подумайте над этим серьезно! Вы очень плохо выглядите!

Колесникова уткнулась в тарелку. Вспомнила, как несколько дней назад Ворон при ее приближении тут же отвернулся и скрылся в лифте. Все это отметили. Внутри снова больно кольнуло и на глаза привычно навернулись слезы. И какое удовольствие ехать одной? Может, Оля с ней выберется?

Вернувшись, набрала отдел архитекторов.

– Привет! Не хочешь куда-нибудь съездить? Отдохнуть.

– А куда? – на другом конце прозвучали радостные интонации.

– Хочешь, давай на лыжах покатаемся. Ни разу не была.

– Давай! У меня тут знакомые только что из Андорры вернулись. Очень понравилось. На скейбордах катались. Можно туда рвануть. Ты когда хочешь?

– Чем раньше, тем лучше.

– Без проблем. Сейчас позвоню подружке в турагентство. Жди. Перезвоню.

Вика нажала отбой. Мысль о путешествии, о том, что она увидит и откроет для себя что-то новое и интересное, сразу же приподняла ее поникшее настроение и придала сил. Какая она идиотка, что столько времени себя в заднем месте держит! На свете столько приятных вещей! Она, которая совсем недавно украдкой утирала слезу, облегченно вздохнула и радостно откинулась на спинку стула.

– Едешь отдыхать! – констатировала главный бухгалтер.

– Ага!

– А «баба Нина»?

– Знает. Сама предложила.

– Что-то из мира фантастики!

– Не говори-ка! Прямо удивительно!

– Мне твои подружки с завода обзвонятся! С ними то что делать?

– Я туда перед отпуском съезжу. Наведаю их. А то давно не была.

– Забавные они! Привет передавай.

Колесникова, вспомнив лица своих сотрудниц из заводской бухгалтерии, мягко улыбнулась.

– Надо еще и на твои произведения искусства посмотреть. Ошибки поискать. Чтобы успела до баланса все поправить.

– Ну-у, не охота! Может, не надо? Я не буду!

Один из уголков рта удивленно пополз вверх, другой – вниз. Наступила пауза. Потом спокойно, несколько отстраненно финансовый директор спросила:

– А куда ты денешься?

Снова повисла гробовая тишина. «Чем лучше относишься – тем хуже!» Колесникова, кожей ощущающая разливающееся между ними напряжение, уставилась в лежащие на столе документы. Зазвенел телефон, тут же разрядив обстановку. Это был директор завода. Вика поздоровалась.

– Ты для Вадима отчеты доделываешь?

– На конец года? Конечно!

– И что получается?

– Нужно еще несколько цифр проверить. И будет видно, что к чему. Сколько стоит завод.

– Скорей бы!

– Не торопись! Не нервничай!

– Как не нервничай! Четыре года работаю – никто еще общую картину не нарисовал. Ладно, хоть с прибылью разобрались. Уже хорошо. Нужно еще по всей схеме, которую провернули расчеты сделать. Ты когда к нам собираешься?

– Хочу к концу недели. Чтобы в выходные опять поработать спокойно. Тогда и все итоги выведу.

– Отлично! Ты просто умница! Я тогда тоже задержусь на заводе. Интересно знать же!

Вика убрала сотовый в сумку и расплылась от удовольствия. Посмотрела на надувшуюся от обиды Лену. Та, не выдержав, рассмеялась.

– Езжай, отдохну от тебя! И хвосты все доделаю!

Финансовый директор послала ей воздушный поцелуй и направилась с чашкой на кухню.

Перед кабинетом Вадима она на секунду задержалась, – на месте секретаря восседал Стас. Рядом с ним еще какая-то женщина на вид лет пятидесяти. Вика похолодела: «Мать!» Проницательно стрельнув глазами в ее сторону и встретившись с таким же оценивающим взглядом, замерла. Притихла. Волна неприязни накатилась на нее и такой же мощной волной вернулась обратно. «Лучше убраться подобру-поздорову», – поняла девушка, взглянув еще раз на эту высокую полную женщину, разговаривающую с водителем сквозь зубы. Надменно. Свысока. Вика неприятно поежилась и тут же испарилась.

На следующий утро позвонил раздраженный Мухин с просьбой немедленно зайти. Колесникова тут же прошествовала по коридору к нему в кабинет.

– И не зачем так кричать, – попробовала она отшутиться и разрядить обстановку, но директор ее перебил на полуслове.

– Какие отчеты ты посылаешь в Москву?

Она попыталась сосредоточиться.

– Все затраты и расчет процентов по объектам. Еще расчет предполагаемой прибыли и налогов.

– А схемы?

– Мы схему один раз разработали, согласовали и все. Зачем ее высылать?

– А ты Нине Константиновне отчеты показывала?

– Конечно!

– Все?

– Да!

За уверенным ответом последовал непонимающий взгляд. Чего ему от нее надо? И при чем тут Строгая?

– Ладно, иди!

Она вернулась к себе и до обеда разбирала накопившиеся документы, чувствуя, как внутри все громче и громче поет интуиция: «Вика, что-то происходит! И для тебя это что-то не сулит ничего хорошего!» Отмахнувшись от навязчивой мысли, погрузилась в работу. Вскоре на столе вновь раздался звонок. Повернувшись к столу Нины Константиновны, обнаружила, что Мухин сидит напротив той и с волнением жестикулирует.