Bad idea - Ана Эспехо

ладонь ей на затылок, слегка надавливая, заставляя глубже принять меня. От быстрого движения моих бедер она давится и капли слёз стекают по её щекам, а я бережно стираю их большим пальцем. Мои тихие, гортанные стоны ускоряют движение её ротика, и она начинает безумно быстро сосать, с упоением наблюдая за моим наслаждением.

– Моя девочка, – поглаживаю румяные щечки Майи. Она несколько раз проходится по всей длине языком, наслаждаясь лакомством, выбивая почву из-под ног своим вульгарными действиями. Я не учил её этому – она сама пробует всё новое, чтобы доставить мне наслаждение. Твою мать! Четкое понимание, что голубоглазая нимфа полностью отдаётся во власть моих грязных фантазий, претворяя их в жизнь, накрывают меня с головой вместе с оргазмом. Обильно кончаю ей в рот, и она принимает всё до последней капли.

Малышка оседает на коленях и все также лицезрея мой удовлетворенный вид, стирает капли моей влаги со своих пухлых губ и остатки слизывает. Она прекратит сегодня издеваться надо мной?

Я протягиваю ей руки, чтобы помочь встать, но она высокомерно вздергивает подбородок и поднимается сама. Ну, конечно, как же, разве примет она мою помощь после того, как я поставил её на колени.

– Можешь смело ставить галочку в своем списке грязных желаний. – Вот же сучка! Она элементарно мстит мне моим же способом, выставляя меня похотливым ублюдком, которому требуется только одно хорошенькое женское тело и ничего больше. Майя использует себя и своё тело против меня, и признаться, делает это виртуозно.

– Не запутайся в штанах, Хард, – Льюис заливисто хихикает и подходит ко мне, игриво задевая кончиком носа мой подбородок. Пьяная и веселая Майя нравится мне больше, чем та незнакомка девушка с чьих губ слова стекают словно яд.

Своим телом она подталкивает меня к постели и толкает в грудь, и с грацией туши я валюсь на пружинистый матрас, пока эта чертовка спокойненько разглядывает меня как жертву. Вот кто я сегодня для неё – жертва. Майя снимает свои трусики, так просто, без прежней тени стеснения и запрыгивает на меня сверху как обезумевшая наездница с Дикого запада. Приподнимается и заученными движениями, придерживая мой член, направляет в свою влажную плоть и резко опускается. Я стискиваю челюсти до неприятного скрежета зубов, позабыв о том какая она узкая – всегда. Майя ёрзает и виляет своей задницей, удобнее устраиваясь, терроризирую мой пульсирующий член. Господи, женщина, ты не на стуле сидишь!

– Мне нужно чем-то собрать волосы. – Она остается такой собранной и спокойной, в то время как я лежу под ней и страдаю от желания вновь испытать этот немыслимый всплеск эмоций и ощущений.

Майя подается вперед: открывает верхний шкаф и достает оттуда резинку для волос. Она все время была у меня? Эта чертова стерва оставляла в моем доме свои вещи, всегда зная, что вернется сюда – мне нравится эта мысль. Жить вместе. Несмотря на то, что я вбил себе в голову мысль о том, что Майе будет лучше без меня. Льюис не позволяет мне уцепиться за эту насущную проблему и резво выпрямляется, и снова тревожит мой дрожащий член внутри неё.

– Ты же знаешь, что сидишь на моем члене? – приподнимаю голову и обсматриваю эту шаловливую девчонку помутневшим взглядом, пока она собирает свои волосы в небрежный пучок. И снова дергает задницей, заставляя меня потеть от острой необходимости поиметь её. И эта её отстойная привычка игнорировать мои вопросы!

– Ты – мой личный трон, – фраза, которую я впервые сказал Майе в её спальне во время зимних каникул!

Чертовка попрыгивает на мне и посмеивается своей детской выходке, испытывая мое терпение и наслаждаясь моим плачевным положением. Эта девчонка конкретно перепила и позволяет себе ужасно бесстыдные вещи! Не могу сказать, что я против.

Льюис грациозно прогибается в пояснице, склоняется к моим губам, желающих поцелуя, приподнимает свою задницу и резко опускается, глубоко насаживаясь на мой член.

– Черт, Майя…

Пот выступает на лбу и груди от жуткого напряжения, что дает мне тесное гостеприимство моей узкой девочки. Она лежит на моей груди, целует мою шею, приятно покусывая и посасывая кожу, и размеренно двигается.

– Громче, малыш, – горячий, низкий шёпот Майи возле уха обжигает и парализует меня. – Я хочу слышать твои стоны. – Она покусывает мой подбородок и ускоряет ритмичность своих движений, лихорадочно опускаясь, полностью впуская меня в себя, и приподнимается, почти полностью выпуская, усиливая покусывания. Я рычу, и тихие стоны срываются с губ испуганным лепетом ребенка. Еще никогда я не был так обнажен перед девушкой, позволяя управлять мной.

Майя сбавляет темп и требовательно кусает мой подбородок, вынуждая меня стонать как жалкого пацана, что никогда раньше не испытывал подобного. Она улыбается моим глухим рычаниям и в награду возвращается к ритмичному темпу, когда её задница безобразно шлёпается о мой пах. Я истекаю потом, предвкушая свой пик наслаждения. По телу проносится крупная дрожь: мой член подергивается внутри, изливаясь в неё, а гортанный стон тонет в поцелуе с моей девочкой. Что-то липкое и горячее стекает по моему члену – мои стоны довели Льюис до оргазма. Черт возьми!

Сердце Майи, что безоговорочно принадлежит только мне, грохочет в грудной клетке, а загнанное дыхание свидетельствует о полученном удовольствие. Она выпрямляется, а я сажусь следом и крепко обнимаю её за талию, боясь, что она исчезнет если я буду недостаточно близко к ней.

– После всего, что я сделала, могу со спокойной душой и бросить тебя. – У меня холодеет сердце, покрываясь корочкой льда. Хватаю её за шею и заставляю смотреть в мои обезумевшие от гнева и боли глаза, тихо шепча в её губы:

– Никогда, блять, так больше не говори. – Моя злость граничит с истерией.

– Я пошутила, Хард. Как я смогу оставить тебя, если ты без меня не сможешь? – Она всегда об этом знала? И сегодня, когда я искусно разрушал всё прекрасное, что построила эта девушка, полюбившая меня?

Льюис бегло чмокает меня в губы и даже этого мне достаточно, чтобы поверить ей. В отличие от меня, Майя никогда не причиняла мне боли. Никогда.

– У тебя хреновое чувство юмора, Льюис!

– Хотя, не будь ты так хорош в сексе, я все-таки бы тебя бросила, Том. – Двигаю бедрами, напоминая ей о своем присутствии. Она ахает и глаза ее загораются от желания. Теперь пришло моё время мучить и пытать её ласками, самое страшное, что ничего из этого мне не нужно. Я просто хочу её.

Помогаю Майе избавиться от платья плотно прилипшего к влажному телу и