Кейт Мур - Лекси-Секси

— Как только раму закреплю, я набью дополнительные перекладины. Кровать будет прочной — как трамплин.

— Не думаю, что это так уж необходимо. — Она приподняла тяжелое покрывало. Ничего.

Он вылез из-под кровати.

— На этот раз вы ждете гостей приличнее? Не склонных к бурным занятиям любовью?

— Хозяйке гостиницы не подобает обсуждать то, как ее гости используют мебель. — Лекси скосила глаза на стопку белья в углу. Виолетта снимала постель. Если она нашла книгу, то скорее всего просто швырнула ее в мусор.

— Ищете что-нибудь?

— Последние постояльцы кое-что тут оставили.

Сэм Уорт вышел, и Лекси направилась к кипе белья.

Она перетряхнула все простыни, все одеяла — все, что нашла. Сэм вернулся с кучей деревяшек, перетянутых, словно вязанка хвороста, пластиковой лентой оранжевого цвета, и снова залез под кровать.

Лекси сосредоточилась на поисках, стараясь не обращать внимания на периодический шум дрели. Она открыла буфет. Ничего. В ванной тоже ничего не было. Тогда она полезла в ящики комода. И там ничего. Подняла шторы с подоконника. Ничего. Эти крователоматели, наверное, забрали книгу с собой. Но Лекси все равно позаботится о том, чтобы ее агент направила им копию. На всякий случай.

— Все готово. — Сэм подтянул пружины, прикрепил их к раме, так что основание выглядело как новое. Затем настала очередь матраса. После чего Сэм распрямился и посмотрел на Лекси: — Думаю, вам стоит ее проверить.

— Проверить?

— Ну, подпрыгнуть на ней как следует, дабы убедиться, что она не сломается.

— В этом нет необходимости, — сквозь зубы процедила она.

— Вы уверены? Судиться я не хочу. И вы, думаю, тоже. — Он подошел к ней вплотную, и ей ничего не оставалось, как отступить к кровати.

— У меня хороший адвокат.

Он помрачнел.

— Никогда не вовлекайте юриста в то, что можете сделать сами. — Он перехватил ее за талию и приподнял. После чего она приземлилась попой на твердый матрас. Глядя на него снизу вверх, она слегка покачалась. — Вы называете это проверкой?

Тогда она попрыгала более интенсивно. Кровать почти не прогнулась.

— Отлично.

— Подвиньтесь. Давайте проверим ее по-настоящему.

Лекси отпрянула, когда он забрался на постель рядом с ней. Она почувствовала, как кровать чуть прогнулась под ним и вернулась в прежнее положение, когда он на ней растянулся.

— Симпатичный балдахинчик. — Он закинул руки за голову и закрыл глаза. Брови и ресницы у него были намного темнее, чем выбеленные солнцем волосы. Взгляд ее невольно заскользил по его телу. Он не шевелился. Растяжка у него получалась великолепно. Он лежал, совершенно расслабленный, в то время как каждая клеточка тела Лекси звенела от напряжения.

Он снова открыл глаза.

— Интересно, что нужно вытворять на такой кровати, чтобы она развалилась? Как вы думаете?

— И знать не хочу, — хмуро ответила Лекси, но он уже запустил процесс, заставив ее размышлять о том, каково это приводить себя в форму вместе с Сэмом Уортом.

— Вы когда-нибудь ломали кровать?

— Конечно, нет.

По крайней мере они не качались на балдахине, но кто знает, что взбредет в голову следующим гостям. Вам надо повесить предупреждающую табличку. Прямо под балдахином. Скажем, такую: «Антикварная английская кровать. Годится только для миссионерской позы».

— Не обязательно.

— Вы думаете, она может выдержать настоящую разминку? — Он перекатился на живот и сделал несколько быстрых отжиманий. Теперь она просто не могла не смотреть на эти руки, на эти без видимых усилий сокращающиеся мышцы под гладкой кожей. Рисунок вен был четким и рельефным. Она представила, как проводит по его рукам кончиками пальцев, прослеживая этот рисунок.

Он снова упал на спину рядом с ней.

— Ну вот, теперь этот антиквариат точно не сломается.

Она вновь окинула придирчивым взглядом его тело, оценивая его спортивную форму. Если и был на свете человек, которому ее книга была ни к чему, то это Сэм Уорт. И тут ей пришла в голову грустная мысль. Может, ее книга имела такой успех не потому, что оказалась полезной женщинам, а потому, что полностью отвечала физиологическим потребностям мужчины. Они рассматривали секс как атлетическое состязание, как разминку. Им нравилось вести счет, побеждать, пересекать финишную черту. Братьям ее это точно нравилось.

— Сколько я вам должна?

— Ничего. Сегодня я угощаю. — Он перекатился на бок к ней лицом и посмотрел на нее этим очень мужским, очень осведомленным взглядом.

— Что такое?

— Бедная мисс Кларк. Мы познакомились вчера, а сегодня мы в постели. Не то чтобы это был рекорд, но все равно здорово.

Лекси рывком села.

— Мне не хочется ранить ваше самолюбие, сэр. Это опасно: оно раздулось как воздушный шар, и даже незаметный укол может стать для него смертельным. Однако я должна заметить — мы не в постели, а на ней.

Он засмеялся и поднялся на ноги. Лекси показалось, что без него кровать опустела.

— Если вам так нравится сдувать воздушные шары самомнений, то могу рекомендовать мэра Вернона. Другого такого вам в округе не найти.

Лекси осторожно пододвинулась к краю кровати, следя за тем, чтобы не оголились ноги. Он с нескрываемым интересом их разглядывал. «Ему нравятся мои ноги», — подумала Лекси. Она поправила юбку, преступно скрывавшую всю их прелесть, а Сэм Уорттем временем накинул на себя фланелевую рубашку, и это движение лишний раз подчеркнуло могучий размах его плеч. В этот момент он перехватил взгляд Лекси и понял, что она за ним наблюдает.

— Вы знаете, я не какая-нибудь лосиха, на которую произвел бы неизгладимое впечатление размер ваших рогов.

Он предложил ей руку, помогая встать.

— Ум вас впечатляет больше, чем физические достоинства?

Она позволила ему помочь ей подняться с постели.

— Ум, а еще скромность, человечность и многое другое. Сэму это понравилось, судя по его виду.

— Я рад. Тогда у Вернона нет шансов.

В пять на городок опустился туман, густой и низкий, затянув бухту до самого горизонта. Волны бились о берег где-то совсем рядом, но их не было видно. Не было ни ветра, ни намека на закат, одна лишь сумеречная мгла. Прохладный воздух — то, что требовалось Сэму после очередной встречи с Александрой Кларк. Он бросил палку где-то у берега и стал ждать, пока Уинстон не решит, что игре пришел конец. К этому времени они были оба мокрые и все в песке.

Собака трусила рядом с палкой в зубах. Палка была что надо — прочная, как хоккейная клюшка, и в два раза больше самого Уинстона. Он с гордостью доставил свою ношу к небольшому холму трофеев, который сам же и сложил возле дюн. Игра закончена. Уинстон вернулся к Сэму, хорошенько встряхнулся и направился к дому.