Сесиль фон Зигесар - Ты - все, что я хочу

— Как жизнь? — спросил он обкуренным голосом.

— Ты будешь продолжать любить меня, даже если я не попаду в Йель? — промурлыкала Блер, опускаясь в пену.

— Конечно буду, — ответил Нейт.

— Ты считаешь меня жирной или бесформенной? — спросила она, вытягивая из воды сначала одну, а потом вторую ногу. Ее ногти были покрыты лаком цвета бургунди.

— Блер, — заворчал Нейт, — ты — антоним всего жирного.

Бяер улыбнулась и закрыла, глаза. Они с Нейтом говорили об этом уже тысячу раз, но это всегда придавало ей уверенности в себе.

— Эй, ты что, ванну принимаешь, или как? — спросил он.

— Ага. — Блер открыла глаза и потянулась за флаконом геля для ванн. — Жаль, что ты не со мной.

— Я могу прийти, — оживился Нейт.

Если бы только она на самом деле была дома, в собственной ванне.

— Дорогая, — раздался из-за двери голос Элеонор Уолдорф, — с тобой там все в порядке?

— Все отлично! — отозвалась Блер.

Я просто лежу в ванной «тренера» курсов для беременных моей матери и занимаюсь сексом по телефону со своим парнем.

— Не забывай, здесь множество беременных женщин с гиперактивными мочевыми пузырями!

Спасибо за напоминание.

— Черт, мне пора, — сказал Нейт. — Все эти тренеры по лакроссу постоянно названивают мне. Они приезжают на выходные, посмотреть мою игру.

Заметьте, как аккуратно он не упоминает, откуда эти тренеры.

— Это… я уезжаю в Джорджтаун завтра утром, но я могу тебе позвонить оттуда, ладно? — Блер отключила вызов, встала, расплескивая воду, вытерлась пушистым белым полотенцем, лежавшим на полке рядом с ванной, оделась и пригладила пальцами влажные волосы. Ее отражение в зеркале теперь выглядело гораздо лучше, а сама она пахла свежестью и огуречной чистотой. Возможно, в этом была заслуга ванны или телефонного флирта с Нейтом, но теперь она ощущала себя совершенно другим человеком.

В коридоре топтались беременные женщины, жевавшие доставленные из «Элис» мини-пиццы с козьим сыром и оливками. Блер остановилась у двери, нетерпеливо ожидая, когда Элеонор договорит с Рут о дизайне холодильников ее мужа.

Одна из двойняшек Рут, та, на которой была форма «Констанс Биллард», подошла к Блер. В руках у девочки была гималайская кошка.

— Это Жасмин, — сказала девочка.

Блер натянуто улыбнулась и поправила застежки на своих бриллиантовых сережках.

— У тебя нервный срыв? — не отставала девочка. — Я слышала, тебе пришлось уйти из школы.

В том, что секреты и тайны личной жизни распространялись по школе и за ее пределами, не было ничего нового. К понедельнику эта рыжая зубастая зараза расскажет всем, как Блер Уолдорф разглядывала свою грудь в ванной ее дома, а может, и кое-что похуже. В какой-то степени Блер ждала поездки в Джорджтаун. По крайней мере, там ее никто не знает и относиться к ней будут уважительно, так, как она того заслуживает.

— Ма! — поторопила она, — нам пора.

Все произошло так, как и предвещала Блер. Как только за ней захлопнулась дверь, малолетнее воплощение зла понеслось в свою комнату, включило компьютер и начало рассылать по сети сообщения.

Примечание: Все настоящие имена, названия мест и событий были изменены или сокращены, чтобы не пострадали невиновные. В том числе и я.

ЭЙ, НАРОД!

Знаете, говорят, что честность — лучшая политика, и настоящие отношения — честные и открытые? Так вот, я думаю, что это бред. Нет, я не считаю, что вранье — это круто. Просто иногда чем меньше сказано — тем лучше. Послушай, будешь ли ты кому-нибудь интересной, если у тебя совершенно нет никаких секретов? Где же загадка? Элемент неожиданности? Признайтесь, нам нравится, когда наш бойфренд уезжает на выходные, и мы понятия не имеем, где он. Мы любим, когда парень, на котором мы помешаны, устраивает вечеринку, но проводит большую часть времени в одиночестве или выходит из комнаты, чтобы сделать загадочный звонок. Разве не интереснее считать, что все наши знакомые живут двойной жизнью? И подумайте сами, если бы все, чего мы хотим, было правдой, то тогда мы не выливали бы друг на друга столько грязи и не гордились бы этим так искренне, разве нет?

Дорогая Сплетница,

Это звучит странно, но моя мама проводит курсы для беременных в нашей гостиной, и вчера здесь была та старшеклассница со своей мамой, которая, типа, слишком старая, чтобы заводить ребенка. Короче, эта девушка, типа, закрылась в ванной на, типа, час, а потом вышла вся мокрая. Все в моем классе так боятся ее и считают ее очень клевой, но теперь я знаю — она просто сумасшедшая. Неудивительно, что ее не приняли в колледж.

— важнаяновость

Дорогая важнаяковость,

Ты сказала старшеклассница? Детка, мы ВСЕ сумасшедшие.

— Сплетница

Дорогая Сплетница,

Мой двоюродный брат учится в Йеле и работает там гидом для будущих студентов. Ему сказали, что никакого листа ожидания на самом деле нет. Они просто шлют эти письма, чтобы выполнить какой-то национальный норматив.

— кошма

Дорогая кошма,

Bay. Это звучит слишком страшно, чтобы быть правдой.

— Сплетница

Д пьет прощальный кофе в забегаловке на Бродвее. Дж практикует походку-от-бедра в проходе автобуса, идущего по Семьдесят девятой улице. С садится в самолет «ЮС Эйр» до Бостона. Кажется, она весьма серьезно подходит к вопросу выбора учебного заведения. Б пьет водку из миниатюрной бутылочки во время своего полета в Вашингтон — пытается настроиться на Джорджтаун. В выкидывает дверную табличку «Только для женщин», которую она стащила в туалете одного из баров Уильямсберга. Ч с папой в частном самолете. Хотят убедить какой-нибудь наивный колледж принять его? У папы в руках портфель — давайте просто представим, что он набит деньгами.

Люди, не забывайте, у нас остается целых три недели для выбора университета. Давайте используем это время с умом. Хе-хе. Вы же меня знаете!

Ты знаешь, ты меня любишь,

Сплетница

ГАРВАРДСКИЙ ЗУБРИЛКА КРАДЕТ СЕРДЦЕ С

Серена вышла из лимузина, взятого напрокат в аэропорту Логан, и прошла по мощеной дорожке к офису приемной комиссии Гарварда. Во время перелета она под завязку накачалась кофеином из огромной порции капуччино «Старбакс». Стояло солнечное весеннее утро — более прохладное, чем в Нью-Йорке, — и Кембридж наполняли уличные торговцы и стильные студенты богемного вида, сидящие на лавочках со стаканчиками кофе. В этот момент Гарвард казался Серене таким умиротворяющим и безопасным, и она удивлялась, откуда у него такая серьезная и даже немного путающая репутация.