Бонни Пега - Только ты

– Могу я раздавить тебя, мам?

– Конечно – у-ух! – охнула Кейтлин, когда руки Джордана обхватили ее и с силой сжали. Она бессильно упала.

Встревожившись, Макс поспешно вскочил, но тут же успокоился: Кейтлин приоткрыла один глаз и заговорщически ему подмигнула.

Джордан захихикал.

– Смотри, Макс, я раздавил ее так, что она заснула.

– И правда, – отозвался Макс, снова устраиваясь на траве. – А ты знаешь, как ее разбудить?

– Конечно. Она очень боится щекотки.

– Боится, вот как? Интересная мысль, – многозначительно проговорил Макс, хотя и улыбнулся невинно, когда глаза Кейтлин распахнулись.

– Эй, мам! Ты же должна спать! – возмутился Джордан.

– А, извини. – Кейтлин снова закрыла глаза, но сначала послала Максу предупреждающий взгляд. Она расслышала в его голосе довольное мурлыканье.

– Патрик пришел! – вдруг крикнул Джордан, услышав автомобильный гудок. – Мы собираемся в парк кататься на лодках, – сказал он Максу. – Пока, мам! – И он бросился бежать.

Кейтлин приподнялась на локтях и смотрела вслед Джордану, чтобы убедиться в том, что они благополучно уедут. Потом повернулась и обнаружила, что Макс наблюдает за нею.

– Боитесь щекотки, а? – проговорил он.

– Ничуть, – ответила она ему, энергично тряхнув головой. – Джордан это просто так сказал.

Блестя глазами, Макс спросил:

– То есть вы хотите сказать, что Джордан соврал.

– Конечно, нет! – возмущенно запротестовала Кейтлин.

– Я так и подумал.

Он потянулся к ее ребрам.

– Не смейте! – взвизгнула она. – Или я отплачу вам.

– Тогда это, возможно, будет одним из лучших моментов моей жизни, – пробормотал Макс и начал ее щекотать, ухмыляясь ее хихиканью.

– Пришла пора мщения! – торжествующе объявила она, пару раз ткнув в ребра Макса, и удовлетворенно услышала, как он смешливо фыркнул. Кейтлин подалась вперед, чтобы пощекотать его еще, но потеряла равновесие и упала прямо на него. Смех замер на ее губах, когда она посмотрела в его лицо, оказавшееся всего в нескольких сантиметрах от ее собственного.

Протянув руку, Макс нежно приложил ладонь к ее щеке.

– Я обожаю слышать твой смех, Кейтлин, – прошептал он. – Ты даже не представляешь себе, насколько.

Кейтлин затаила дыхание, ожидая отвратительного страха, но его почему-то не было. Даже когда Макс провел большим пальцем по ее нижней губе. Даже когда Макс пригнул ближе ее голову и прикоснулся губами к ее губам.

И даже когда он просунул язык между ее внезапно раскрывшимися губами и легко провел его кончиком по ее зубам. И даже когда его рука легко провела по ее футболке, заставив ее сосок напрячься и запульсировать под его прикосновением.

Прекрасно зная, насколько ненадежна ее податливость, Макс оставил еще один нежный поцелуй на ее губах и отодвинулся, всматриваясь в ее лицо. Вместо ужаса, который он так боялся на нем увидеть, было только недоумение.

Хотя Кейтлин испытывала в этот момент массу эмоций, страха среди них не было. Медленно она села, не отводя от него взгляда.

– Я… э-э… наверное, пойду, приготовлю нам обоим какое-нибудь холодное питье. Хотите травяной чай, обычный чай или содовую?

– Обычный чай, – сказал Макс. – А лимон придержите.

Поднимаясь на ноги, он улыбнулся, потом прошел следом за Кейтлин в дом. Его ничуть не расстроило то, как повернулись события. Ни капельки.

Пока Кейтлин готовила прохладительное питье, он сидел за кухонным столом – предварительно пришлось снять со стула большую кипу газет. Чтобы освободить место для стаканов, со стола надо было снять куски картинки-мозаики и солдатиков. Увидев в кухонной мойке посуду от завтрака и ленча, и еще одну большую кипу газет на полу возле плиты, он вздохнул.

– Спасибо, – сказал он, когда она поставила перед ним чай.

– Без лимона, – улыбнулась она.

– Великолепно. Можно задать глупый вопрос? – отважился он, наконец, заметив еще одну кипу газет – на этот раз высотой почти в метр – в прихожей.

– Конечно.

– Почему тут все эти газеты?

– А, – живо ответила она, – я только что вытащила их из моей спальни. Мне надоело перебираться через них, чтобы добраться до постели.

– А вам не пришло в голову, что их можно просто выбросить?

Ее это шокировало.

– С чего это? Я несколько месяцев их собирала.

– Почему? Что, какая-то организация объявила сбор макулатуры?

– Ну, нет, но кто-нибудь может это сделать – и тогда я к этому готова. Из нее ведь снова сделают бумагу, знаете?

– Вы хотите сказать, что собираете их просто НА ВСЯКИЙ СЛУЧАЙ? – недоверчиво спросил Макс.

Кейтлин села немного прямее и вздернула кверху подбородок.

– Вы имеете какие-то возражения против использования вторсырья?

– Никаких. Абсолютно никаких, – поспешил он уверить ее. – Но просто можно было бы… ну… не так захламлять дом, если бы вы отнесли их, скажем, в гараж.

Кейтлин чуть напряглась. Захламлять, а?

– Этого я не могу сделать, – отозвалась она чуть слащаво. – Там я держу алюминиевые банки.

– Возможно, если бы вы…

Кейтлин резко встала, чуть не опрокинув свой стул.

– Если вам не нравится, как я веду хозяйство, мистер Шор, можете уйти. Может, я чересчур неопрятна на ваш безупречный вкус, но, по-моему, мне еще можно не опасаться, что санинспекция меня закроет. По крайней мере, пока нет.

Высоко подняв голову и выпрямив спину, она прошествовала в гостиную.

Макс поспешно поднялся и пошел за ней, споткнувшись еще об одну кипу газет. Падая, он протянул руки, чтобы удержаться и задел за край маленького столика, уставленного коллекцией растений в маленьких керамических горшочках. Столик пошатнулся и растения соскользнули с него прямо туда, куда падал Макс.

Испуганное «Нет!» едва успело сорваться с губ Кейтлин – и Макс приземлился прямо руками на керамические осколки.

Она пробралась через комнату и опустилась рядом с ним на колени, как раз когда он сел.

– Господи, Макс, ты в порядке?

– Все просто великолепно, – сказал он сухо, глядя на руки, – если ты не боишься вида крови.

– Боже! Нам лучше пойти в ванную, чтобы отмыть руки и посмотреть, что у тебя за порезы.

При этих словах сердце ее упало. Крови, похоже, было очень много.

К великому ее облегчению, большинство царапин были неглубокими – достаточно было антисептического крема и пластыря. Но один глубокий порез на левой ладони продолжал сочиться кровью даже десять минут спустя. Обеспокоившись, Кейтлин настояла на том, чтобы отвезти Макса в больницу, где бы ему наложили шов.

Волнуясь, она дожидалась в приемной травмопункта. Наконец, та же самая медсестра, которая провела его в кабинет, вышла. Кейтлин встала.