Фрэнсин Паскаль - Дорогая сестра

Элизабет дернула плечом.

– Я не знаю всех парней, с которыми встречается Сюзан.

– Ну-ну. Я думал, что мы с тобой никогда не станем обманывать друг друга.

Элизабет заплакала.

– Я не сделала ничего плохого, мистер Коллинз! Это ужасно с вашей стороны – утверждать обратное.

– Мне очень жаль, Элизабет, мне в самом деле очень жаль. Я, кроме того, знаю, что у тебя неприятности с успеваемостью.

– Я это объяснила.

– Да, ты объяснила. Но до тех пор, пока ты не объяснишь, почему ты оклеветала в своей колонке человека заведомо ложным сообщением, мне, к сожалению, придется отказаться от твоих услуг в работе над «Оракулом».

Глаза Элизабет округлились от удивления.

– Вы меня увольняете?

– Да. Мне очень жаль…

Элизабет встала, с гневом взглянула на него, затем встряхнула головой.

– Ну, и подумаешь! – сказала она. – Я считала вас своим другом, но теперь поняла, что ошибалась.

– Я твой друг, Элизабет. Ты хорошо пишешь, и я хочу тебе помочь. Я надеюсь, что ты сможешь разобраться в себе. А до тех пор…

– Не дождетесь моего возвращения, – высокомерно сказала Элизабет и вышла из комнаты.

Вернувшись этим вечером домой, Элизабет увидела Джессику, которая с побледневшим лицом сидела неестественно прямо за кухонным столом вместе с родителями, чьи лица своей мрачностью вызывали ассоциации с заседанием Верховного суда.

– В чем дело? – спросила Элизабет.

– Элизабет, я просто не знаю, что сказать, – голос матери был полон огорчения. – Я никогда не думала, что наша дочь сможет воспользоваться чужой курсовой работой и сдать ее как свою собственную.

– Что? – удивилась Элизабет, густо покраснев.

– К нам приходила твоя классная руководительница, миссис Грин, – сказал отец. – Она очень обеспокоена.

– Мы все очень обеспокоены, – добавила Элис Уэйкфилд.

Затем она повернулась к Джессике.

– Джессика, почему же ты не рассказала нам о том, что происходит? Ты ведь должна была знать.

– Я не знала! – воскликнула Джессика.

Она действительно не знала о работе. А что касается всего остального – как теперь объяснить, что волновалась? Что думала – сможет справиться со всем этим в одиночку?

Джессика Уэйкфилд чувствовала себя так, будто весь мир рушился, вокруг нее.

Глава 9

– Джессика, ты отвезешь нас в субботу на прослушивание?

Голос испугал Джессику. С кисточкой от туши в руке она резко повернулась и увидела в дверях своей комнаты Джин – или это Джоан?

– Ты когда-нибудь слышала, что прежде, чем войти к кому-нибудь, следует постучать? – сердито сказала она. – Это имеет отношение к одному пустяку, который называют, правом людей на уединение.

«Весь мир ополчился против меня, но я надеялась, что хоть у себя в комнате смогу найти какой-то покой». – Она опять повернулась к зеркалу.

– Ты думаешь, что можно ко мне врываться и делать мою жизнь невыносимой?

«И ты, и вообще все в Ласковой Долине!» – И родители, и Тодд, и почти все девчонки в школе донимали ее странным поведением Элизабет, и она просто не знала, что делать.

Еще раз взглянув на дверь, она увидела, что там никого нет.

«Великолепно, – подумала она. – Ну просто великолепно».

Теперь ее, помимо всего прочего, будет мучить совесть, потому что она обидела одну из двойняшек.

Джессика поняла, что, если не сможет в самое ближайшее время излить кому-нибудь душу, то просто рассыплется на части.

В тот же день после уроков она отправилась в редакцию «Оракула», но нерешительно остановилась в холле. Она знала, что раньше Элизабет всегда шла со своими проблемами к мистеру Коллинзу, а эта проблема непосредственно касалась Элизабет, так почему бы не попробовать? Надеясь, что мистер Коллинз не очень занят, она толкнула дверь и с облегчением увидела, что он в комнате один. Коллинз взглянул на нее и улыбнулся.

– Лиз, я рад, что ты заглянула. Я хотел…

– Мистер Коллинз, извините, я не Лиз.

– Джессика? Ну, прости. Что-то в последнее время я постоянно вас путаю. – Он пересел на край стола.

– Меня очень легко отличить по морщинам. Я состарилась от беспокойства, – сказала она, тяжело опускаясь на стул.

– От беспокойства по поводу сестры, так?

– Слава Богу, вы понимаете, что меня тревожит, мистер Коллинз!

Наконец-то у нее появился взрослый союзник. Не удивительно, что Элизабет шла к нему со своими проблемами.

– После того, что она сделала, я не могу взять ее назад в «Оракул».

– Я совсем не об этом. – Джес готова была расплакаться.

– Джессика, чем я могу помочь?

– Я не знаю, – выдавила она, еле сдерживая слезы.

И, закрыв лицо руками, она разрыдалась.

Роджер Коллинз сочувственно обнял ее за плечи, дав ей вволю выплакаться. Затем он вложил в ее руку накрахмаленный белый носовой платок и, слегка похлопав ее по плечу, спросил:

– Теперь полегче?

Всхлипывая и вытирая слезы, Джессика кивнула.

– Ну и хорошо. Теперь скажи, в чем все-таки дело.

– Дело в Лиз, в чем же еще? Разве вы не заметили, как она изменилась, мистер Коллинз?

Задумчиво потирая подбородок, учитель признал:

– Ее отношение к работе в «Оракуле» действительно стало совсем другим.

– Вот видите! – Она поняла, что правильно сделала, придя к нему.

– Но, к сожалению, Джессика, я не знаю, что посоветовать. Элизабет действительно изменилась в худшую сторону, но она, по-видимому, этого не понимает.

Джессика почувствовала, как последняя ее надежда улетучилась.

– Что же нам делать? – спросила она жалобно.

– В данный момент я не знаю. Но знаю, по крайней мере, что с Элизабет что-то не в порядке, и буду за ней внимательно наблюдать. И ты тоже. Джессика, будь терпеливой. Ведь никто лучше тебя не сможет помочь Элизабет.

Подходя к дому, Джессика размышляла над своим разговором с мистером Коллинзом. На ступеньках крыльца сидел мрачный Тодд Уилкинз. Это могло значить только одно: еще что-то плохое, связанное с Элизабет.

– Что стряслось, Тодд? – спросила она, присев рядом с ним на ступеньки.

– Ничего хорошего, Джес. Я хотел поговорить с Лиз, но ее нет дома, так что я решил подождать здесь. – Он тяжело вздохнул. – Может быть, настанет конец света, и тогда кончатся мои муки.

Джессика подняла глаза к небу.

– А еще говорят, что я все преувеличиваю! Ну не будь таким мрачным, Тодд. Все образуется. Обязательно, – сказала она, пытаясь его подбодрить.

– А как, Джес? – спросил он в отчаянии.

– Мы должны держать себя в руках. Я только что разговаривала с мистером Коллинзом и…

– Ты разговаривала с мистером Коллинзом?

– Да. А почему это так тебя удивляет?