Хизер Грэм - Бурный рай

– Я хочу быть с тобой этой ночью.

Крэг снова застыл, всего на секунду. Как несправедливо! Он мог, собрав в кулак всю свою волю, обуздывать себя, но сдерживать обоих – нет, это выше его сил! Механизм и в самом деле дал сбой. Если раньше он просто томился от любовного жара, то теперь все в нем полыхало неистовым пламенем.

Надо прикрыться, рассеянно подумал Крэг. А впрочем, зачем?

«Применяйте любые средства», – напутствовал его старик. Хотя вряд ли Хантингтон подразумевал такие средства.

– Крэг? – тихо позвала она. В ее дрожащем голосе послышались нотки неуверенности и страха.

Она вдруг сделалась такой беззащитной, она искала у него поддержки. К черту старика!

– Иди сюда, Блэр, – сказал он и немного подвинулся, давая ей место на койке.

Она внезапно совсем оробела. Было так легко мечтать о любовной близости, млея в его жарких объятиях. Тогда она ни о чем не думала, только совершала простые, инстинктивные действия. Теперь же в голове ее вихрем кружились разные мысли. В желтых глазах Крэга читались нежность, так не вязавшаяся с его грубой силой, и понимание: даже сейчас он давал ей возможность выбора – при желании она могла уйти.

Но Блэр не хотела уходить. Все еще не поднимая глаз, она медленно двинулась к нему. Тут колени ее подогнулись, и она опустилась на койку – без сил, но не без изящества.

– Ты уверена, Блэр? – тихо спросил он.

Она кивнула. Во рту у нее пересохло. Блэр сложила руки на коленях, сгорая от желания прикоснуться к нему и не смея этого сделать.

Крэг уже не думал ни о чем, кроме этой необыкновенно красивой женщины, не перестававшей его удивлять. Она смело пришла к нему в палатку, а теперь дрожала как осиновый лист на ветру.

У него захватывало дух при виде ее бархатистой кожи и зеленых мерцающих глаз.

Крэг медленно поднял руку и провел кончиками пальцев по ее шелковистой щеке.

– Расскажи мне о себе, Блэр, – ласково попросил он. Ресницы девушки дрогнули и взметнулись.

– Ты хочешь меня, Крэг? – неуверенно спросила Блэр. Она еще сомневалась!

– О Господи, Блэр, конечно! – сказал он очень серьезно и вместе с тем слегка удивленно.

Крэг чувствовал ее боль, страх и скорбь. Он вдруг отчетливо понял, что она никого не любила, кроме Тейла, и воспоминания о прекрасной любви были омрачены ужасной трагедией.

– Расскажи мне все, – ласково прошептал он.

Она покачала головой, и он увидел слезы в ее глазах.

– Нет, Крэг. Просто люби меня, пожалуйста!

Вдруг растерявшись, она в отчаянии ждала, что он возьмет инициативу на себя. Крэг потянулся к пуговицам ее рубашки, усилием воли превозмогая дрожь в пальцах: ей нужно, чтобы он был совершенно уверен в себе, – он это чувствовал.

Но разве можно быть уверенным в себе, когда тебя трясет, как зеленого юнца?

Он раздел ее – медленно, с трепетным благоговением. У него перехватило дыхание, когда его взору явились те самые прелести, которыми раньше он любовался лишь издали.

Не слишком церемонясь, он бросил ее рубашку прямо на земляной пол. За ней последовал и кружевной бюстгальтер – маленькая уступка женственности в суровых джунглях. Превозмогая искушение немедленно припасть губами к упругим розовым соскам, Крэг стянул с длинных стройных ног Блэр джинсы цвета хаки и кружевные трусики. Она несколько раз судорожно вздохнула, не сводя потрясенного взгляда с его лица.

Блэр по-прежнему дрожала, но в ее чувственном и в то же время неуверенном взгляде бушевал огонь страсти.

Крэг протянул руку и коснулся ее лица. Его пальцы были на удивление нежными. Дразняще медленно он провел ими по высокой линии скул, по стройной белой шее, по груди, которая вздымалась и опускалась в такт частому дыханию. Чуть коснувшись соска, его пальцы двинулись вниз и принялись поглаживать гладкий живот, ягодицы, бедра, неумолимо подбираясь к самому центру женского естества. Блэр задрожала сильнее, обуреваемая шквалом удивительных ощущений.

Но Крэг не хотел торопиться. Их близость должна быть особенной. Он привлек Блэр к себе, с наслаждением чувствуя, как упругая грудь прижимается к его крепкому торсу. Ноги их переплелись, но он все еще сдерживался, желая, чтобы удовольствие было более полным. Он коснулся ее лона своей твердой мужской плотью, и она застонала. Крэг не пытался скрывать свое почти лихорадочное желание, но не позволял себе расслабиться.

– Ты пришла ко мне, – тихо проговорил он, не сводя с нее глаз, – но ты меня боишься.

– Да, – призналась она, глядя на него широко раскрытыми глазами.

– Почему?

Ее ресницы затрепетали, но она не отвела взгляд.

– Потому что ты живой. Ты пробудил во мне что-то такое… – прошептала Блэр. – Я пришла к тебе, потому что не могла не прийти. И потом…

Она замолчала, но он догадался, как должна была закончиться фраза, и продолжил за нее:

– И потом, у тебя никого не было с тех пор, как умер твой муж. Верно, Блэр?

Она слабо кивнула и вновь опустила глаза.

– Не бойся, Блэр, – ласково сказал Крэг, погружая пальцы в ее густые волосы, – мне и самому страшно. Чувствуешь, как я дрожу? Я хочу доставить тебе удовольствие, хочу отплатить тебе за ту радость, которую ты мне даришь. – Сколько же раз он мечтал обладать этой женщиной! И вот она здесь. В этот момент ни земля, ни небо не могли отнять у него любимую. Она смотрела на него робко, но с достоинством, и ее глаза были трогательно прекрасны в своей невинности. – Поговори со мной об этом, Блэр, – попросил Крэг, обуздывая свое желание.

Она покачала головой:

– Не сейчас, прошу тебя! Не сейчас… Если ты меня хочешь, люби меня. – Она уткнулась лицом в его шею.

Его не пришлось долго уговаривать. Он больше не мог сдерживаться.

Властно и в то же время невероятно бережно он опустил ее на подушку, лаская взглядом.

– Я хочу тебя, Блэр, – хрипло сказал он. – Еще ничего и никого в жизни я не хотел так сильно, как тебя.

Улыбнувшись, Блэр на мгновение закрыла глаза и хотела обнять его, но Крэг удержал ее руку.

– Мы больше не будем сдерживаться, – прошептал он, – я хочу тебя всю.

Когда-то пережив сильную боль, Блэр стала бояться, что никогда уже не будет счастливой. Но уверенность Крэга растопила страх, пустивший глубокие корни в ее сердце.

Она была во власти этого сильного, решительного мужчины, который брал от жизни все, что хотел, и который, похоже, знал ее лучше, чем она сама. Блэр пыталась отводить глаза, но он заставлял ее встретиться с его взглядом, полностью отдаться своему желанию. Он воспламенял ее своими ласками, увлекая в волшебный мир чувственности, о существовании которого она не имела понятия прежде. Блэр медленно подходила к вершине безумного, всепоглощающего экстаза. Все это время он смотрел на нее не отрываясь. Его пальцы творили с ее телом чудеса. Крэг прерывисто задышал, услышав ее стон.