Тайная Кетрин - Дядя Стёпа для Дюймовочки

   - Слушай, а ты не думал, что тех парней могли нанять? Ну, которые меня хотели... ну, ты понимаешь. - Я начала издалека, а то сразу скажет, что я это специально наговариваю на его ведьму.

   - Понимаю, - процедил он сквозь зубы. - Возможно. Но кому нужно, чтобы над тобой поизмывались какие-то психи?

   - Та, кто завидует. Или ревнует, - я особенно надавила на последнее слово, заставив Синицына повернуть ко мне голову. - Я, конечно, понимаю, что ты сейчас будешь пытаться отрицать, но я вчера слышала кое-что интересное, когда как раз вышла из больницы... Хотя, тебе это бесполезно рассказывать - ты всё равно, как я сказала, будешь отрицать.

   - Только не говори, что это Юлька их подкупила!

   - А я и молчу. Я это знаю, видела и слышала. Вот и вся наука. А ещё она обещала мне бойкот, который, по-видимому, случится, если она меня увидит возле тебя. Жду не дождусь, когда это случится, - радостно потёрла я ладони, и тут же поняла, что слово -точно не воробей...

   - Ты... что ты пытаешься этим сказать? Зачем он тебе? - Синицын смотрел на меня страшными глазами, не отрываясь. - Так она действительно ревнует? То есть, она могла подкупить тех парней... Так, стоп! Что я несу?

   - Всё ты правильно несёшь! И она не могла, она это сделала! - парень сморщился, и, не веря, на меня посмотрел. - Я тебе это докажу, дурачок влюблённый! Обязательно! - пообещала я, и выскочила из палаты, не дав ему возможности ответить. Вот дурак! Тут же всё очевидно, что это Романовой рук дело! Ну да ладно, пускай верит пока в это, но я так просто этого не оставлю - уж если взялась, то надо довести дело до конца! 

7

   Прошло две недели с тех пор, как я пообещала Синицыну доказать виновность Романовой. Он всё ещё полёживал в больнице - какая-то зараза во время травмы попала ему внутрь, и теперь он был вынужден провести недельку-две в родной палате. Я продолжала к нему ходить, а через неделю притащила вкусненькие шоколадки, которые мы вместе разъедали, пока учили английский, и на которых я собиралась поставить жирный-прежирный крест, но, видимо, поленилась. По физкультуре я продолжала получать пятёрки, чем очень удивила весь класс ( не считая Романовой) и восхитила физрука, который теперь вместо прежнего ворчания ( он всегда брюзжал, когда проходил мимо меня все эти годы) радостно улыбался.

   Но я отошла от темы. Я пообещала, но пока толком план не изобрела и не вычислила все его возможные неудачные исходы. А наш главный герой любовник постоянно подкалывал меня на счёт обещания, что я просто терпеть не могла, ведь я главная в острых шутках, а не он! Хотя, я к нему привыкла, даже шутками некоторыми обижать не хочется... Ой, чего это я? Нет-нет, вовсе нет, мы не подружились, этого физически быть не может! То есть, теперь в этом я не так уверена... Мы просто одноклассники, у которых хорошие отношения, и всё! Я теперь уже не думаю, что мы будем в школе на друг друга огрызаться, а зачем? Конечно, все это заметят. Ну и пусть, это же не их дело! Мне все эти переругивания давно осточертели, так почему бы не помириться хотя бы до конца девятого класса?

   Я шла по школьному коридору, и довольно улыбалась. Рядом шла Маринка, что-то трещала про своё недавнее свидание, я же хлопала ушами, ну или по простому вообще в её слова не вдумывалась - я думала уже о больнице, в которую сегодня снова пойду. Да что это такое? Надо, в конце концов, и о друзьях своих думать! Я выгнала мысли о Синицыне, и тут же на ум пришло обещание. Чуть не застонав, я хлопнула себя по лбу, чем очень удивила подругу.

   - Ксюш, тебе не интересно, да? - вздохнула девушка, неожиданно обидевшись.

   Я вдруг замахала руками, и воскликнула:

   - Нет, что ты! Продолжай! Я тебя внимательно слушаю.

   Она недоверчиво уставилась на меня, уперев руки в бока.

   - Правда? Ну и как зовут парня, с которым я вчера встречалась?

   Блин... Я напрягла мозги, и попыталась вспомнить, о ком говорила подруга. Кажется, его зовут Николай, они сходили в кино, он проводил её до дома и подарил пять роз. Это я и сказала подруге, которая тут же насупилась.

   - Ксюша, это было две недели назад! Две! А вчера я была с Даниилом! Ты что, в облаках витаешь? Да у тебя, наверное, парень появился, о нём-то ты и думаешь!

   - Эй-эй-эй! Не заводись, Марина! Какой парень? - я попыталась взять девушку за руку, чтобы не ссориться, но она убрала её за спину.

   - Такой, по-видимому! - фыркнула подруга. - Давай, колись - кто он! Я, в отличие от некоторых, выслушаю тебя! И не вздумай ничего упускать!

   - У меня нет никакого парня! Я просто... о предстоящих экзаменах думаю! - нашлась я.

   - Ага! Да тебе раз плюнуть, чтобы сдать их! Я от тебя ничего не скрываю, и ты не стесняйся - выкладывай! Я ведь никому не скажу.

   Дело было всё в том, что я подруге не рассказывала, что каждый день совершаю походы в больницу. Я боялась это говорить, а то ещё проболтается кому-нибудь, и вот тогда начнётся всё сначала : Синицына К. + Синицын В. = любоФФ-маркоФФ. Вот уж спасибо, но мне этого жуть как не хочется - это конкретно испортит мою репутацию, а ещё и жизнь - ведь Романова об этом узнает. Стоп. Это же гениально! Она узнает, проследит за мной, устроит бойкот - нужно потом будет найти доказательства того, что это она его устроила, причём специально - и всё! Я докажу этому чудику, что права! Вот потом-то он её и кинет, в этом я уверена на сто процентов.

   - Знаешь, а ты немного права, - я посмотрела по сторонам, и потащила её к стене. - Так вот...

   Я красочно ей рассказала о том, как хожу в больницу к Синицыну, и что мы заключили сделку о временном перемирии. С этим перемирием в устном договоре была также заключена бла-ародная помощь с обеих сторон: с одной умственная, с другой - физическая, и всё это должно быть поровну. Мы не должны оскорблять друг друга до тех пор, пока не расторгнем 'договор' ( хех, которого, собственно, и не существовало!).

   Когда я закончила, подруга изумлённо разглядывала меня, нервно постукивая ногтём по стене. А затем вдруг широко улыбнулась.

   - Так вот откуда у тебя взялись пятёрки по физ-ре! А я-то думала, что ты решила взяться за ум, ну, то есть, за свою фигуру, вот и занимаешься! Значит, Владислав тебя практикует... Ой, я не о том совсем говорю! Вы теперь друзья, да? Он тебе нравится? - сразу загорелась девушка, дёргая меня за руку.

   - Не то слово, как нравится, - вздохнула я, попытавшись мило улыбнуться. Что-то плохо у меня с томными взглядами и вздохами, не моё это... - Обожаю прямо.

   - Как же это здорово! - воскликнула она, заставив некоторых обернуться на мою крикливую подругу. Я прижала палец к губам, мол, тише, не кричи так. Она смутилась, и уже более тихо сказала: - Прости. Я очень рада за тебя.