Барбара Бреттон - А может, в этот раз?

– По крайней мере от Слейда ты можешь избавиться? – продолжала настаивать Терри. – Если ты, конечно, не хо­чешь обнаружить свою физиономию на обложке «Нэшнл энкуайер» с интригующим заголовком: «Как я был сексуальным рабом Кристины Кэннон».

Кристина даже рассмеялась над абсурдностью такого утверждения.

– Поверь мне, Терри, ты ошибаешься. Я все объясню тебе за ленчем.

Меньше всего ее волновал Слейд.

Джо, вот кто представлял для нее реальную угрозу и не важно, жили они в одной комнате или нет. Она чувство­вала его присутствие сквозь стены, они дышали одним воз­духом, и этот воздух был пропитан запахом Джо. Она старалась по возможности избегать его, завтракая в патио, обедая на веранде, ужиная у себя в спальне. И все время только и думала, что о нем.

На третий день совместного проживания приехала дом­работница.

– Как раз вовремя, – проворчала миссис Кукумбо, берясь за тряпку.

Конечно, она нашла Джо таким же очаровательным, как и прежде. Впрочем, большинство женщин не могли устоять перед его обаянием. Она готовила ему персонально сок из свежих апельсинов и наливала кофе. Слейд что-то бурчал насчет привилегированного положения отдельных личностей, но миссис Кукумбо словно и не слышала. Джо стал объек­том особого внимания домработницы, и даже Марина не оставила этот факт незамеченным. Кристина слышала, как она однажды спросила у своего мужа:

– Как ты можешь позволять пожилой женщине но­ситься с тобой как с младенцем?

– Ей нравится ее работа, – ответил тогда Джо. Марина недоуменно пожала плечами, зато Кристина поняла Джо прекрасно. Он был одним из тех, кто находил радость и удовлетворение в самой простой обыденной рабо­те. Работе плотника, водопроводчика, официанта. Он мог бы быть любым из них, и только одна профессия была ему не по вкусу: профессия Кристины.

Как-то Кристина, решив ненадолго улизнуть из дома, пребывание в котором становилось все более невыносимым, решила съездить в Манхэттен на интервью. Поездка обер­нулась сущим кошмаром. Слейд напросился с ней и по до­роге вступил в бесплодные пререкания с одним из тех парней, что в поисках легких денег ловят машины на выходе из тоннеля Линкольна, предлагая превратить авто в конфетку с помощью грязной тряпки и собственного плевка. Слейд закусил удила, парень с тряпкой оказался тоже не промах. Дело кончилось тем, что Кристине пришлось объясняться с копом.

– В следующий раз попридержи язык, – процедила она, въезжая на серпантин, ведущий к закрытой стоянке. – Нас могли упрятать в кутузку.

– Фашист проклятый, – пробормотал Слейд.

– Ты о копе или о мойщике? – язвительно спросила Кристина.

– Какие мы сегодня строгие, любовь моя. Что тебя так тревожит, собеседование или Бойскаут со своей юной женой?

Кристина не ответила. Кто знает, что ее раздражало больше: пробки на дороге, из-за которых она уже опоздала на свою первую в Нью-Йорке деловую встречу, или что-то еще. В любом случае она была сыта по горло бесконечными комментариями Слейда по поводу Джо и Марины.

Разговор с Терри тоже получился не таким, как хоте­лось бы Кристине. Она так и не смогла объяснить подруге ситуацию.

Терри и Кристина подружились еще в колледже. И та, и другая получали стипендии за отличную успеваемость, но если Терри готова была с пеной у рта доказывать справед­ливость такого порядка, то Кристина всегда словно немного стеснялась своего привилегированного положения. Как бы там ни было, ни та, ни другая не общались с другими счаст­ливчиками, имевшими право на стипендию и прочие соци­альные льготы.

– Почему все считают нужным сообщить мне, что у них есть чернокожая подружка? – пожаловалась как-то Терри Кристине в пиццерии. – Может, мне стоит напи­сать мелом на спине, что у меня подруга блондинка?!

Кристина, та самая «подруга блондинка», швырнула в Терри кусочком гриба.

– Тебе хотят дать понять, какие они все либералы. Но, во всяком случае, это приятнее, чем когда тебя постоянно спрашивают, отчего у тебя такой забавный выговор. В кон­це концов, я приехала сюда не с Марса, а всего лишь из Невады.

– Ты действительно смешно говоришь, – подтверди­ла Терри. – Сдается мне, ты слишком много времени про­вела беседуя с лошадьми, ковгерл!

Их дружба возникла не сразу. Сначала казалось, что они слишком разные, но постепенно поняли, что в главном они очень похожи. Обе мечтали о карьере и семье, и обе свято верили, что достойны и того, и другого.

Теперь обе были в разводе, с той лишь разницей, что у Терри росли две прелестные дочки, а у Кристины – никого.

– О'кей! – сказала Терри пару часов спустя, когда они с Кристиной зашли в ресторан, стилизованный под рус­скую чайную. – Признайся, наш британский друг тебя зацепил.

– Нет, – решительно заявила Кристина, кивнув офи­цианту, одетому в казачий костюм, когда тот протянул ей меню. – Дело не в Слейде. Мне действует на нервы вся эта дурацкая ситуация.

Терри даже не взглянула в меню. Ее карие глаза бура­вили Кристину – профессиональный взгляд журналиста, способного разглядеть сенсацию там, где ее никто не ждет.

– Так измени ситуацию. Тебе сивеем не обязательно возвращаться в Хакетстаун. У меня достаточно просторная квартира. Оставайся у меня в Лонг-Айленде. Поживи, пока твою квартиру не приведут в порядок.

Кристина готова была согласиться.

– Девочки остались с тобой?

– Селина на той неделе уезжает к отцу в Мэн. Эльза со мной, но это одна видимость: душой она далеко, нянчит свое разбитое сердце, слушает музыку у себя в комнате и пишет стихи. Я уже забыла, что значит быть шестнадцати­летней.

– Кажется, еще вчера она рыдала по поводу пластинки для зубов и загорала в одних трусиках.

– Это и было вчера, Крис. В том-то и ужас. Время летит все быстрее с каждым годом. Когда у тебя растут дети, не заметить этого нельзя.

За столом повисла неловкая пауза.

– У большинства людей есть дети, – сказала Кристи­на. – Я знаю это и понимаю.

– Но тебе все еще больно, не так ли?

– Все еще больно.

Терри разделила радость Кристины, когда та узнала, что беременна, и именно Терри помогла Джо найти медсе­стру для ухода за Крис после выкидыша. Терри и Крис многое связывало.

– Эй, Крис, – предложила Терри, хитро ухмыльнув­шись. – Что, если я отправлю к тебе Эльзу на пару дней? Немного проблем «трудного возраста» – быть может, это именно то, в чем вы все четверо нуждаетесь?

– У нас хватает своих проблем «трудного возраста» – это я о жене Джо. Весьма мрачное создание.

– Эй, девочка, попридержи коней! Не ревнуй! – И тут же, перегнувшись через стол, Терри, не удержавшись, спросила: – А сколько лет на самом деле жене Джо?