Искуситель для Евы - Вера Добрая

Неизвестные люди ворвались так быстро, что я не успела даже опомниться. Меня стащили с постели, ударили по лицу и в живот, чтобы не брыкалась и, даже не дав одеться, затолкали в машину. Надели мешок на голову и куда-то увезли. Было больно и страшно. Я могла никогда больше не увидеть своего сыночка, и это сводило с ума. Сидела в машине и боялась даже пошевелиться. Ехали очень быстро, но достаточно долго. Меня не трогали, но от паники и страха всё тело колотить в жутком ознобе. Незнакомый мужской голос пару раз разговаривал по телефону и отчитывался кому-то, почему мы так долго едем. Затем машина остановилась, меня грубо вытолкали из неё и почти волоком куда-то повели. Чувствовала, как на шею надели что-то вроде ошейника и защёлкнули сзади. Руки завели за спину и тоже застегнули наручниками. Затем сняли мешок с головы и нанесли удар по лицу. Я почувствовала резкую боль, привкус крови во рту и отключилась.

К жизни меня вернуло ведро ледяной воды, которую вылили мне на голову. Я очнулась от того, что едва не захлебнулась. Было тяжело дышать, я кашляла и пыталась подняться с пола. Один из стоящих рядом мужчин подошёл и, схватив меня за волосы, злобно прорычал:

– Очнулась, сука? Поверь, скоро будешь умолять пристрелить тебя.

– Что вам от меня надо? – просипела, за что тут же схлопотала хлесткую пощечину.

– Не строй из себя дурочку. Чего ты ожидала, когда лезла в это дерьмо?

– Честно, думал, не найдётся таких уже, кто полезет к Соколу,  – хохотнул второй мужчина и больно смял мою грудь. – Но я рад, что это именно ты. Надеюсь, босс позволит нам прежде позабавиться с тобой!

– Почему бы и нет. Смотри, какая аппетитная задница!  – заржал второй и больно ущипнул за то место, которое только что оценил.

Вспомнила, что в доме было жарко, и я легла спать лишь в тоненькой маечке и стрингах. Теперь в таком виде я стояла перед этими отморозками.

– Не трогайте меня! Уберите свои грабли! – взвизгнула и постаралась отстраниться от мужчин, но только рассмешила их этим.

Они толкнули меня к стене и стали жадно лапать моё тело, причиняя боль и доводя до крайней точки истерики. Их руки были везде, они терлись об меня своими эрегированными членами и тяжело дышали.

– Давай прямо сейчас её трахнем. Пока босс приедет, мы уже закончим. Очень аппетитная сучка! – прохрипел первый и облизал мою щеку своим липким языком.

– Нет! Отпустите меня, сволочи! – пыталась вырваться, практически не имея шанса на успех.

– Да ладно тебе! Расслабься и кайфани перед смертью, – засмеялся второй и резко повернул меня лицом к стене.

Меня нагнули, и я услышала, как чиркнули молнии на их брюках.

– Не надо… – обреченно прошептала и зажмурила глаза.

Сопротивляться бесполезно. Их двое, я связана и слаба.

– Хватит! – прозвучал громом стальной голос, и мое тело окаменело от ужаса.

Только не это… Только не он…

Насильники тут же отпустили меня и быстро отошли. Я разогнула спину, но поворачиваться и открывать глаза не стала. Было слишком страшно и стыдно. В том, что это Денис, сомнений не было. Его голос и запах я узнала бы из тысячи. Только сейчас до разума дошли слова моих похитителей о том, что я влезла в дела какого-то Сóкола. Сокол – это же ведь Соколов!

– Денис Анатольевич, мы просто решили немного проучить девку, чтобы знала, какую ошибку совершила, – виновато пробубнил один из мужчин.

– Я так и подумал. Только я вроде не отдавал такого приказа? Или я что-то путаю, а? – рявкнул, и моё тело бросило уже в жар.

Колики побежали по венам, и сердце снова трепетно забилось в груди. Глупенькое, все ещё продолжало тешить себя надеждой на любовь этого мужчины.

– Простите, босс! – уже совсем хмуро ответил подчинённый Дениса. – Её телефон и ноутбук в вашем кабинете.

– Хорошо. Можете идти. Я сам с ней разберусь.

Мужчины больше не стали испытывать терпение своего босса и спешно покинули место моего заточения, и лишь тогда я решилась открыть глаза. В полутемном подвальном помещении было прохладно, но на данный момент я задыхаюсь от жара, который огнём горел в душе.

– Ну, что? Так и будешь пялиться в стену? Или повернешься, скажешь, кто твой заказчик и начнёшь уже, наконец, умолять меня сохранить твою никчемную жизнь? – с лёгкой насмешкой спросил Денис, и я медленно повернулась к нему, потому что всё равно это бы произошло.

Наши взгляды встретились, и меня словно током пронзило. Думала ли я, что смогу ещё когда-нибудь стоять к нему так близко и смотреть в бездонные холодные глаза? Нет, не думала… Он смотрел на меня без всяких эмоций, никакого удивления или сожаления, словно мы и не были знакомы, словно я не отдала ему самое дорогое, что у меня было.

– Где ребёнок? – немного помолчав, задал вопрос, видимо всё же узнав меня.

– Что? – испуганно переспросила, и мозг начал работать в усиленном режиме, пытаясь придумать подходящий ответ.

Где-то внутри неприятно заскребло отчаяние, ведь на мгновение мне показалось, что как только Денис поймёт кто перед ним, сразу снимет этот ужасный ошейник и отпустит… Наивная дурочка…

– Ева, не беси меня! Я итак на грани. Где ребёнок и кто твой заказчик?  – сказал и приблизился на пару шагов.

Знала, что если меня убьют, Валентина не бросит Димку и позаботится о нем, поэтому отдавать своего сына этому бессовестному уроду я не собиралась.

– Нет никакого ребёнка. Я сделала аборт. Не хотела, чтобы в моей жизни что-то напоминало о тебе!

– Вот как? И чем же я плох? Разве я был с тобой груб, малышка? Помнится, ты текла и стонала подо мной, – порочно улыбнулся, и в его глазах пробежала волна возбуждения.

Того самого, когда мы были в комнате. Тело вспомнило его прикосновения и томительно заныло. Дыхание участилось, но я не собиралась сдаваться ему просто так.

– Чем плох? Ты и твой поганый братец обманули меня, один продал – второй купил, как какую-то дешёвую вещь! Ты просто не заслуживаешь, чтобы у тебя были дети.

Мужчина злобно рыкнул и за долю секунды подлетел мне. Схватил за волосы на затылке одной рукой и потянул вниз, а второй ухватился за ошейник и прижал меня спиной к стене. Денис находился так близко, что его дыхание обжигало и заставляло меня снова плавиться, растекаться перед ним в грязную лужицу, забыв о гордости и обо всем плохом, что было между нами в прошлом.

– Прикуси