Жестяная королева - Девни Перри

все еще была запечатлена в обветренных чертах его лица.

День, когда я приду сюда и увижу, что борьба исчезла с его лица, будет днем, когда я начну беспокоиться.

По настоянию папы я навещала его нечасто. Но с учетом того, что все пошло своим чередом, я сомневалась, что смогу приехать сюда еще какое-то время. Я хотела встретиться с ним в последний раз, прежде чем глубже окунуться в жизнь Эмметта в Клифтон Фордж.

Прошло два дня с тех пор, как Эмметт нашел меня на веранде, а я все еще чувствовала его между своих ног. Его вкус был шепотом на моих губах, а его запах — призраком на моей коже.

До сих пор я играла медленно, методично, но была близка к повышению уровня, и как только начну, я не могла рисковать еще одним посещением тюрьмы.

— Каков твой следующий шаг? — спросил папа.

Было рискованно рассказывать ему о том, что я делаю, особенно в этой комнате с камерой, установленной в углу, и охранником за стальной дверью. Я надеялась не делиться подробностями своего плана с папой, но, когда я пришла сюда сегодня, он небрежно сказал, что связался с человеком, связанным с Воинами снаружи.

Последнее, что мне было нужно, — это вмешательство, поэтому я объяснила папе свой план и попросила у него время. Время проникнуть в жизнь Эмметта Стоуна, время найти информацию, которая отправит его, Дэша Слейтера и Лео Уинтера в тюрьму.

— В доме Эмметта есть информация. Я уверена в этом. Ты сказал мне, что он увлекался хакерством, верно?

— Да.

— Тогда с этого я и начну. Теперь, когда я в деле, могу копнуть глубже. Но ты должен доверять мне. Дай мне время.

Он глубоко вздохнул и кивнул.

— Спасибо. — Я открыла папку из плотной бумаги, которую принесла, и положила ее на металлический стол между нами.

Папа оперся на предплечья, заключив страницу в квадратные скобки, прежде чем начал читать. Для тех, кто наблюдал, я была просто адвокатом, дающим своему клиенту какие-то документы для ознакомления. Но, спрятанные за его руками, на второй странице было еще одно письмо от мамы и недавняя фотография Кристиана.

Пока он читал его, я оглядела комнату. Мы сидели здесь, на этих самых местах, бесчисленное количество раз с момента вынесения приговора. Комната была серой и без окон. Его ярко-оранжевый комбинезон бросался мне в глаза.

Но именно в этой комнате папа наконец-то втянул меня в свой круг общения.

Когда он впервые заговорил о Воинах, я была уверена, что это ошибка. Единственным членом нашей семьи, которому он доверял, был Ти Джей. Папа всегда держал маму, меня и Шелби в неведении. Но визит за визитом, пока я притворялась одним из его адвокатов, он доверял мне все больше и больше. Шлюзы открылись.

В его прошлое.

И в мой гнев.

Потому что именно в этой комнате я узнала подробности смерти моего брата. Что его убил не просто безымянный конкурирующий клуб, а «Тин Джипси».

Папа мог думать, что у него есть варианты, кроме меня, но я никому, кроме себя, не доверяла довести это дело до конца.

Он закончил читать письмо и поднял глаза. Выражение его лица было пустым, за исключением печали в глазах. Тоска по моей маме.

Он любил ее так же сильно, как она любила его.

— Я вернусь не скоро. — Больше не будет ни писем, ни фотографий.

Он кивнул, поколебавшись с бумагами, прежде чем подвинуть их к себе.

— Она думает о тебе, — пробормотала я.

— Я тоже думаю о ней.

— Может быть, однажды она сможет приехать в гости.

— Нет. — Его тон не допускал возражений. — Никогда.

— Но…

— Я не хочу, чтобы она видела меня здесь. Только не таким. Мы попрощались. Как делали каждый раз, когда я покидал ее дом.

Я вздохнула.

— Хорошо.

Он грустно улыбнулся мне, затем кивнул в сторону двери. Время истекло.

Я собрала бумаги, образец брачного соглашения, которым пользовалась на работе, и убрала их в папку. Затем я положила ее в портфель рядом с моим поддельным удостоверением личности.

Технически это было настоящее удостоверение личности. Я выдавала себя за юриста, который работал в папиной адвокатской фирме.

Нэнси Леннокс.

У нас был одинаковый рост и похожее телосложение. Форма ее лица отличалась от моей, но благодаря светлому парику под цвет ее натуральных волос и моим очкам с толстыми стеклами никто никогда не смотрел на меня дважды.

То, что я была Нэнси, позволяло мне приходить и уходить отсюда без вопросов.

— Будь осторожна, — сказал он.

— Ты тоже.

— Я люблю тебя, Нова, — прошептал он.

Я не часто слышала эти слова от своего отца, просто из-за отсутствия возможности. Из-за его клуба, который разделял нас.

— Я тоже люблю тебя, папа.

— Работай быстро.

Папа беспокоился, что по прошествии лет, проведенных в тюрьме, он потеряет свое влияние. Это было обоснованное беспокойство. Люди за пределами этих стен вернутся к своей обычной жизни, и, хотя среди Воинов были те, кто не проведет здесь десятилетия, через пять лет у них будет меньше шансов помочь ему в его битве с «Тин Джипси», чем сейчас.

Но в тот момент многие из них были так же злы, как папа. Так же злы, как и я. Прямо сейчас все было непросто.

Время притупит эти эмоции. Время заставит их забыть.

Если я потерплю неудачу, если я не смогу найти улик, чтобы запереть Цыган и выбросить ключ, папа попросит об одолжении. Он изучит другие варианты.

Часики тикают.

— Я рассчитываю на тебя, Нова.

— Я знаю. Ты можешь.

— Это моя девочка.

Моя грудь наполнилась гордостью. Как долго я ждала его доверия? Сколько лет я мечтала, чтобы он включил меня в свою жизнь? Печально, что его арест стал катализатором, который свел нас вместе. Мне разбивало сердце то, что, находясь в этой комнате, я чувствовала себя ближе всего к своему отцу.

— Я вернусь, когда все будет сделано, — сказала я, поднимаясь на ноги.

— Веди машину осторожно. — Будь осторожна.

— Всегда. — Я подошла к двери и постучала. Охранник появился в окне и отпер замок. Затем, оставив отца позади, меня повели по лабиринту тюремных коридоров к выходу. Добраться сюда было нелегко, но в конце концов я вышла на улицу, под августовское солнце.

Сегодня парковка была почти пуста. По пятницам обычно было тихо. Но завтра, в субботу, здесь будет много народу, так как это будет обычный день посещений.

Я дошла до парковки и села в «Нову». Самым рискованным шагом, который я