Не разбивай мое сердце, босс! (СИ) - Лена Голд

таком случае мне придется спать на лестнице у твоей квартиры.

— Одеяло с собой прихвати.

Стас нажимает на кнопку и запускает лифт.

Мое дыхание все еще частое. Выдыхаю, когда створки расходятся и на меня смотрят две пары глаз. Эдик и Таня стоят напротив и явно еле сдерживают улыбку.

Я же радуюсь как ребенок. Хорошо хоть, что не невеста Стаса и не его отец. А то начался бы новый поток угроз, к которым я совершенно не готова. Мне достаточно того, что я услышала ранее. И я искренне надеюсь, что Стас решит ту самую свою «проблему» и действительно приедет ко мне ночью с логичными объяснениями, которые смягчат меня, и я снова поверю ему.

Как бы не разочароваться в нем…

Глава 13

Мы со Стасом выходим из лифта одновременно. Я к Тане, он к Эдику, с которым я здороваюсь, улыбнувшись, и получаю в ответ такое же приветствие.

Хорошо, что на фоне проблем с моим боссом между нами ничего не изменилось. Он хороший парень и действительно очень милый и добрый.

Таня по-прежнему стоит и сверкает улыбкой, даже хихикает. Какого черта?

Только хочу с ней отойти к диванчикам, стоящим в огромном фойе у окон, как Стас мягко обхватывает мой локоть и шепчет на ухо:

— Не уходи, Ир, я отвезу тебя домой, — пока он говорит, касается губами уха, и я почти падаю. Меня ноги не держат.

Хочу огрызнуться, но в итоге просто делаю шаг вперед.

Мы садимся с Таней в самом углу, и я наконец спрашиваю:

— Что смешного, блин? Я сейчас на взводе, а ты стоишь и ржешь.

Оглядываюсь в сторону лифта, где ребята скрылись.

— У тебя волосы взъерошены и губы красные, Ир. А так все нормально.

— Господи, — вытаскиваю быстро зеркало и ужасаюсь виду. Почему не увидела в отражении лифта?

Если с губами ничего не удается сделать, то с волосами справляюсь на ура.

— Так лучше?

— Гораздо. Итак?

— Итак?

— Говори. Он объяснился?

— Ага. Наобещал мне кучу всего и в маленькую тележку добавил: «Я приеду вечером, открой дверь», — кривлю его фразу, потому что, вспоминая разговор, начинаю на него злиться.

— Ну, уже что-то, разве нет?

— Нет, Тань. То, что он там мне сказал, просто пшик. Ничего существенного. Он тупо хочет приехать ко мне вечером.

— А ты будь как кремень, — сжимает кулак и поднимает его вверх.

— Тань, я ему дверь не открою, — отмахиваюсь, потом добавляю: — Ну, может, и открою, но не сразу.

Она начинает смеяться.

— Если честно, я чувствую, что начинаю уставать. Не знаю, это как-то все… Он когда рядом, я еще ощущаю, что важна. А если нет, эти муки отдаляют автоматически.

— Понимаю, — она грустно опускает голову.

Мы ненадолго умолкаем, и тут я вспоминаю, что хотела сказать:

— Так, ну-ка скажи мне, подруга, почему ты здесь с Эдиком? — я пристально наблюдаю за ее лицом, которое меняет несколько раз цвет от красного до бледного. — Выкладывай.

— Надеюсь, ты не подумала ничего такого, — отмахивается. — Он просто до дома меня иногда подвозит. Нам в одну сторону. Он в моем районе живет.

— И из всех проживающих в одном районе он именно тебя подвозит?

— Ой, Ир, вот ты как ляпнешь. Прекрати.

— Ну уж нет, я еще Наташе расскажу, и мы тебя вместе донимать будем. Кстати, она уже уехала, да?

— Да, с братом гулять пойдет. Он, бедолага, там вовсю скачет на одной ноге. А мама их работает допоздна. Позвонила ей, попросила, чтобы приехала.

— Как вспомню его маленького, самой больно становится, — сглатываю ком боли за ее брата.

— Согласна.

Еще болтаем о всяком, пока лифт не звонит и из него появляются оба мужчины.

Рассматриваю Стаса и сразу же отмечаю, насколько он красив. Идет такой уверенной походкой, держит в руках свой портфель. А лицо при этом… Мурашки по телу разносятся моментом.

Они останавливаются около дивана и, пока мы встаем с Таней и прощаемся, тоже пожимают друг другу руки.

Из компании выходим вместе, но разойтись не успеваем. Телефон Аверина подает признаки жизни, и он, извинившись, отходит в сторону. И на столько шагов, что ни черта не слышно из того, что он говорит в трубку.

— Эд, скажи, — заговариваю, чтобы чуточку отвлечься. — Мое рабочее место готово уже?

— Эээ, ну…

— Ты же знаешь, что я умею удушающий захват делать, — угрожаю ему кулаком. — Так что лучше скажи, что да.

Он смеется, запрокинув голову.

— Да уж, ты чудо, Ир.

— Я знаю, что я чудо. Но ответа на вопрос я все еще жду.

— Блин, давай вы с ним все уладите окончательно, а потом уже…

— Так и знала, что вы два прохвоста. Я сказала, что ухожу. А это значит, что я действительно ухожу.

— А я сказал, что у меня есть для тебя место, и не отказываюсь. Я хочу, чтобы вы, два упрямых человека, поговорили и решили все обоюдно.

— Ну, знаешь ли, решить можно только то, что разложить по полкам желают оба, а не один все тянет на себе. Тебе ли не знать?

Он тяжело вздыхает, а я понимаю, что зря сказала ему то, в чем он не виноват.

— Прости, это все нервы.

— Приди завтра в мой корпус в обеденный перерыв и поговорим.

— Хорошо.

Голос Стаса становится все ближе, и мы слышим, как он говорит, что сейчас же будет на месте. А